Генерал Крузо - Дмитрий Суслин

Сначала все шло как обычно. Краснобаев поднял самолет в воздух, при этом генерал Бочкин сидел в кресле совершенно спокойно и даже не ерзал. Взлет прошел нормально. Нормальным был и полет. Самолет летел как по скатерти. Ни одной воздушной ямы. Генерал даже не чувствовал, что он в воздухе.

– Молодец, Краснобаев! – похваливал он. – Как на саночках везет. Не зря, ой не зря его ко мне направили. Выйдет из парня толк, или я не генерал Бочкин.

Иван Иванович тоже был доволен. Настроение у него было просто замечательным. Он уже видел себя за штурвалом боевого самолета на выполнении важного государственного задания, связанного с риском для жизни.

Так прошел час. Краснобаев даже песенку начел мурлыкать себе под нос:

Мы парни бравые, бравые, бравые,

Пускай же любят нас

Девчоночки кудрявые.

– Внимание, внимание! – вдруг заговорило радио. – Всем, кто сейчас в воздухе, объявляется тревога. Со стороны Северного полюса в наш район стремительно приближается смерч исключительной разрушительной силы. Буря и ураган. Всем срочно идти на посадку.

– Товарищ генерал, – позвал Краснобаев по радио Бочкина, – приказано идти на посадку.

Бочкин встал со своего места и пришел в кабину.

– В чем дело?

– Приближается тайфун исключительной разрушительной силы, – доложил Краснобаев. – Со стороны Северного полюса.

Бочкин побледнел:

– Со стороны Северного полюса? Тогда скорее вниз.

– Вниз нельзя. Там лес. Нет никакой возможности приземлиться. Даже лужайки не видно.

– Тогда возвращайся обратно.

– Но наша база будет ближе.

– Тогда летим к базе. Прибавь скорость.

– Есть, товарищ генерал.

И Краснобаев прибавил скорость и разогнал кукурузник так быстро, как только смог. Но кукурузник, он и есть кукурузник, сколько его не разгоняй, он все равно будет лететь медленно.

А небо за спиной уже почернело, и первые порывы ветра, заставили самолет слегка качнуться.

– Вот так влипли! – Бочкин даже присел от страха. – И угораздило меня в такой час оказаться в воздухе, да еще с новичком за штурвалом.

– Не переживайте, товарищ генерал, – стал успокаивать его Иван Иванович. – Нам совсем немного осталось. Скоро будем дома.

А небо тем временем стало черным уже со всех сторон. Только впереди маячиила голубая полоска чистого неба, но и она уменьшалась с каждой секундой, а затем и вовсе пропала.

Ветер тут же усилился и стал с яростью голодной сторожевой собаки набрасываться на несчастный кукурузник.

– Ну все, – прошептал Бочкин и стянул с головы фуражку. – Это конец.

И в ответ на эти его слова грянул гром и сверкнула молния, белым светом освещая все внутри самолета, и бледное и испуганное лицо генерала Бочкина, и упрямое со сжатыми губами лицо Краснобаева и штурвал, и приборную доску с десятками приборов, тумблеров, рычагов и кнопок.

Самолет вздрогнул, как будто по нему ударили кулаком. Краснобаев вцепился в штурвал и удержал его на месте. Он продолжал управлять самолетом и держал ситуацию под контролем.

Бум!!!

Но это был не гром. Это хлопнула дверь отделявшая пилотскую кабину от салона. Ее забыл за собой закрыть Бочкин.

Бу-бум!!!

А это уже ударил настоящий гром.

Яркая молния пролетела перед самым носом самолета, и Краснобаев чудом успел свернуть в сторону, и не попасть под нее.

Бум! Бум! Бум! Гром начал грохотать без перерыва, молнии так и посыпались с неба.

Самолет замотало из стороны в сторону.

– Бум! Бум! Бум! – Это незакрытая дверь то открывалась, то закрывалась и громко хлопала.

Генерал Бочкин не понял, как оказался на полу на четвереньках со своей генеральской фуражкой в зубах. Пот тек по его лицу, немногочисленные волосы стояли дыбом.