Экспедиция - Игорь Павлов

— А заблокировать полностью было никак? — Заворчал.

— Нет, их минные заграждения мешали внезапным манёврам.

Принцесса сглотнула слюнку. А я встрепенулся.

— Какие потери с нашей стороны? — Спросил, не сильно рассчитывая, что ответит.

— Если учесть, что япошек потрепали знатно: не считая кораблей, тысяч пять солдат убитыми и столько же пленными, то наши потери несоизмеримо меньше. Два дирижабля сбито, потери личного состава до батальона, один средний броненосец подорвался на мине, у одного крупного разорвало башню с главным калибром из–за случайной детонации снаряда, с сопутствующими жертвами. Ещё погиб наш Ваня. Прямое попадание снаряда, предположительно калибра 305 миллиметров прямо в кабину меха. От него там просто ничего не осталось.

Чувствую, как на последней фразе к её горлу подкатил ком. Небесная прослезилась. Но порыв перетерпела, проморгав ресницами быстро.

— Мехар восстановлению не подлежит, — добавила, вздохнув.

— Уверены?

— Да, поражено его сердце. Такое, как с роботом Суслова не провернуть. Кстати, зачем он тебе был нужен? Медведь же посерьёзнее машина.

Вздохнул тяжело теперь я, уводя свой взгляд.

— Для Агнессы, — выдавил, признавшись.

— Выходит, ты хотел и её привлечь к вашим вольным набегам.

— Что–то в этом роде.

— А ты отчаянный, — прокомментировала Небесная с нотками укора.

Смолчал, вспоминая, как прорывался через аллею до пирамиды…

Надо отдать ей должное, такого подробного доклада не ожидал услышать в своём–то положении.

Она ведь намекнула об Агнессе.

— Мне больше нет дела до неё, — добавил зло и, наконец, спросил то, что мучило меня с самого начала: — Зачем вы пришли?

Принцесса на несколько секунд задумалась. Мне даже показалось, что она сейчас просто встанет и уйдёт. А я вернусь обратно к своей размеренной жизни со своими мыслями. Но не так быстро.

— Твои показания о Британии, разговор с послом Испании, который ты озвучивал, — начала неуверенно.

— Информация, на которую всем было наплевать? — Перебил сварливо.

— Всё протоколируется, Андрей. В общем… твои слова в некотором роде подтвердились.

— В чём именно?

— Об этом позже. Главное, что Мастер всё–таки послушал мои доводы по поводу тебя.

Я насторожился и впился в принцессу вопросительным взглядом. Она ответила своим, несколько виноватым.

— Без тебя нам не обойтись, — выпалила.

От чего ахнуло в груди. Но внешне я сдержал эмоции. А следом пришло то гадкое чувство недоверия. Не очень–то хочется вновь попасть в ловушку или клубок их интриг.

— То есть вы пришли меня забрать? — Спросил скорее с насмешкой, нежели с надеждой, но уколол. — Великому Мастеру и непобедимой Небесной понадобилась моя помощь? Что с оргалидами кстати, не беспокоят?

— Нет, притихли.

— И не мудрено. Если верить моим предположениям, новую армию они вырастить ещё должны. А с этим у них проблемы. Ведь я разбил кучу их гнёзд в рейдах на Хоккайдо, пока вы ковырялись в носу.

— Ты серьёзно⁈ — Ахнула, отшатнувшись. И вероятно собиралась откинуться на спинку, которой у табуретки нет. Успела рукой за край стола уцепиться.

Ой, как неловко.

— Так точно, товарищ полковник, — отчеканил.

— Значит, мы обязаны тебе ещё больше, чем я думала.

— По гроб жизни, ваше высочество, — согласился. — Так что у вас за предложение?

— Титул, воинское звание, награды, капитал, земли и именья — всё это тебе вернут. Но с одним условием.

— Ни о каком Надзирателе не знаю, тысячу раз уже говорил, — обрезал сразу.

То, что Мастер так и не добрался до Фёдора, или не сумел распознать в нём того самого, я понял спустя две недели заключения, когда содержание допросов изменились. А теперь я и подавно рад, что Распутин остался с носом. Этот странный и страшный интриган, затмивший разум всей императорской семье, играет в свою нечестную игру.

Признаться, тогда решил, что они ворвутся в Медвежью пещеру и поживятся всем, что там оставил мне отец. На фоне их успеха в шпионской игре Татищева переоценил их в целом.

Максимум, что они могли сделать, это перешерстить наши сараи и дом в Якорной. А дальше почесать репу: во Владике сотни построек и большие площади густых лесов, где можно спрятать землянку с агрегатом.

Кому вообще в голову взбредёт, что всё под носом у гусарского эскадрона. Получается, дядька Азаров сыграл свою роль, когда привёл кавалеристов ко мне.

— Условие другое, — ответила Небесная, глядя своими синими глазищами прямо в душу. Или хотя бы в рот.

Неужели их так к стенке припёрло, что она со мной, как со своим сыном нянчится, не теряя терпения?

Помню, как от неё дрожали генералы и чиновники на плацу перед парадом. Да я и сам трепетал до поры до времени.

— Мы готовим экспедицию, — заявила шёпотом по существу и вынула из кармашка бумажку, которую протянула мне, прокомментировав при этом: — миссия секретная. Не вслух, пожалуйста.

Развернул, переполняясь любопытством. Надо же, я ещё не согласился, а она выложила все карты на стол. Не пойму, с чем связано такое высокое доверие.

Вероятно с тем, что если откажусь, меня попросту пристрелят без суда и следствия.

На листочке целый план с маршрутом накарябан перьевой ручкой с несколькими кляксами. Похоже, почерк Небесной, как мило. Из содержимого всё быстро становится ясно.

Они собирают экспедицию в Северную Америку.

Что конкретно они там забыли — не написано. Но мне и так понятно, что хотят добраться до основной части Метеорита, к которой ещё не подступала нога человека.

Метеорита, из которого и вылезли первые Оргалиды!

Метеорита, который, возможно, таит в себе множество ответов.

И задача добраться к нему — не из простых, даже для летающих гвардейцев.

На мехаре с континента на континент перелетать — это самоубийство, ресурса человеческого может хватить едва–едва. При этом добравшись, можно только завалиться без сил в тарелку на ужин оргалиду.

Через север лететь, где Аляска — не лучшая затея. Всё равно нужно потом на юг, преодолевая сотни километров вражеской территории. Возможно, у принцессы на этот счёт есть ещё соображения, но об этом ни слова.

Усугубляет условия экспедиции и то,