Око василиска - Маркус Кас

Вид добродушного дядюшки пропал и Воронцов стал серьезным, меняя тему:

— По городу прошла волна дерзких ограблений, читал наверняка в газетах?

— Не имею такой привычки, — я пожал плечами.

Дед мне о грабежах не рассказывал, а он был единственным источником вестей от журналистов.

— Ты не читаешь прессу? — удивился граф.

— Нет, от новостей портится аппетит.

— Возможно… — задумался Воронцов и отмахнулся: — Впрочем, неважно. Именно с этими ограблениями и связано то дело, которое я хочу тебе поручить.

— Ловить воров? — удивился я. — Не совсем моя специализация.

— Предотвратить ограбление, — граф не обратил внимания на мой шутливый тон. — Которое может стать самым громким из всех.

Он замолчал, изучающе глядя на меня. Я терпеливо ожидал продолжения, уже примерно понимая, чего хочет сенатор.

— То, что я тебе скажу, должно остаться между нами, Александр. Один мой старый друг… А, к чему скрывать, тебе лучше знать всё. В общем, это глава купеческой гильдии, барон Кусов. Платон Серафимович поделился со мной проблемой — самые престижные гильдейские лавки обносят прямо как по расписанию. Когда привозят редкий дорогой товар или собирается крупная выручка.

— У них есть свой человек внутри гильдии, судя по всему.

— Однозначно, но вычислить его не удается. Платон вызывал менталистов, обновил защитные системы, уволил уйму подозрительного народа… Но всё впустую. Гильдия терпит убытки, а воры продолжают как ни в чем ни бывало.

Граф прервался на глоток чая, закусил его конфетой и зажмурился от удовольствия. Открыл глаза и немного виновато объяснился:

— Её сиятельство, графиня Воронцова, внезапно озаботилась моим здоровьем, отчего-то решив объявить именно сладости главным врагом. Не такой я и сладкоежка, но с женщинами лучше не спорить. Запомни это, Александр. Сбережет нервную систему и семейное счастье. Лучше подождать, когда её увлечет новая идея, а об этой забудет.

— Обязательно запомню, — я кивнул.

— Так вот, — граф вернулся к теме нашей встречи: — Есть большая вероятность, что вскоре целью грабителей станет само здание гильдии. Там хранятся самые ценные товары. И Платон опасается, что никакая защита наглецов не остановит. Если это случится, то издержки полностью разорят как гильдию, так и барона. Да и репутации их придет конец.

— А нанять дополнительную охрану? Усилить её магами приличного ранга? — предложил я логичные варианты.

— С охраной Платон попробовал — не помогло. Нанимать ещё больше людей, да к тому же высокоранговых одаренных… Слишком затратно выйдет. Представь себе, в какую копеечку это влетит. Да и если у грабителей есть информатор — они просто обождут, когда охрану уменьшат или уберут совсем. Нужен артефакт и мощный.

— Защищающий здание гильдии от воров… — задумчиво закончил я.

С виду задача не самая сложная. Но сначала стоило изучить текущую охранную систему и понять, как её можно обойти. И как обошли защиту лавок. Ведь обносили не самые простые, значит и там должна была быть серьезная защита.

— Да, именно такой артефакт нужен. И как ты сам понимаешь, об этом никто не должен знать. Барон дошел до той степени отчаяния, что никому не доверяет. Уже и слухи поползли, что Кусов не справляется со своей должностью. Оплатит он твои услуги щедро, даже не сомневайся. В этом я за него ручаюсь.

Хороший человек Христофор Георгиевич, за друзей искренне переживает и любую помощь оказать готов. Редкое качество. Я улыбнулся графу, но честно предупредил:

— Прежде чем браться за работу, мне нужно поговорить с бароном и осмотреть здание.

— Конечно же! — обрадовался Воронцов, с облегчением вздохнув. — Всё, что потребуется. Тебе когда удобно будет?

— Да хоть прямо сейчас, — кофе меня прилично взбодрил, да и задача заинтересовала, к чему откладывать.

— Подожди минуту, — сенатор поднялся, доставая из кармана мобильный. — Мне ещё ему нужно объяснить, а то я не стал сразу обнадеживать, хотел прежде с тобой поговорить.

Воронцов отошел от беседки для разговора, я а закинул в рот целую горсть конфет. Шоколад для мозга полезен и здоровью не вредит, тут я с женой графа был не согласен. Тем более в Михайловском саду шоколад подавали отменный, горький и насыщенный.

Пока сенатор беседовал с другом, расхаживая по лужайке, я успел съесть все сладости, взять ещё кофе и полюбоваться хрупкой бабочкой, бесстрашно усевшейся мне на руку.

Когда Христофор Георгиевич вернулся, то с грустью посмотрел на опустевшие блюда. Но смирился и доложил:

— Платон готов тебя принять в любое время. Отлучиться сейчас он не может, если только вечером…

— Не проблема, я съезжу к нему сам. Говорите адрес.

* * *

Купеческая гильдия, с первого взгляда, не бедствовала. Мягко говоря.

Здание находилось на Каменном острове, на самом берегу с шикарным видом на слияние двух рек. От шумного проспекта его прикрывал большой парк с тенистыми дорожками.

Это был настоящий дворец — величественный, с объемными колоннами, подпирающими фронтон, и широкой террасой со спуском к воде.

Спокойствие снаружи резко контрастировало с шумом внутри.

Сразу после входа располагался необъятный зал с сотней столов, условно огороженных невысокими перегородками. В каждом из таких закутков находился человек, который громко говорил по телефону или что-то кричал соседу.

По периметру на втором ярусе нависал балкон, по которому носились взмыленные люди и тоже что-то орали.

Я даже вернулся на улицу и проверил — тишина. Вновь распахнул дверь и гомон голосов обрушился, едва я переступил порог. Посмотрел на две статуи у входа — грозные женщины, держащие указательный палец у рта. Неплохой артефакт.

К счастью, Христофор Георгиевич меня проинструктировал. Вряд ли я бы смог перекричать хоть одного из работников, чтобы узнать дорогу к кабинету начальства.

То, что мой будущий заказчик очень занятой человек, было ясно с порога. Помещение буквально утопало в бумагах. Они стопками кренились на столе, плотными башнями высились на подоконниках и усыпали пол у одной стены.

Хозяин кабинета выглядел крайне замотанным человеком. Слегка безумные глаза, растрепанная борода и синяки под глазами.

В общем, на главу богатой гильдии совсем не похож. Разве что дорогой одеждой да парфюмом.

— Платон Серафимович? — уточнил я, не до конца не веря, что попал по адресу.

— Ну а кто еще? — утомленно спросил он и неохотно ответил: — Я. Но времени у меня категорически нет, и не просите!

— Граф Александр Лукич Вознесенский, — представился я.

—