Путь первый: демон - Артём Соболь

Присев к стене, обхватил колени руками и прикрыв глаза, начал соображать. И, как бы я не старался себя успокоить, всё сводилось к тому, что я умер. Сердце не бьётся, дыхания нет, боль я не чувствую.

Печально конечно, даже не помню кто я и сколько мне было. Знаю, что ещё не старый, но и не молодой, не восемнадцать и уже давно. А ведь я представлял всё это по-другому: черти, котлы, грешники. Сатана, восседающий на троне из костей, жар и запах серы. В райские кущи я попасть даже не надеялся. Ещё бы знать почему? Может при жизни я был плохим человеком? Ну явно не праведником, не поверю я в это.

— Что дальше? — подняв голову спрашиваю. — Мне вечно шарахаться по этому месту? Ответьте мне!

Проклятущий коридор пошёл рябью, исказился, начал закручиваться… С хлопком всё вернулось на свои места… И тут же, в конце коридора, без каких-либо звуков, открылась трижды проклятая дверь.

— Чудеса, рот я их трепал, — глядя на это выдыхаю. — Ладно, чёрт с вами, приглашаете — зайду.

Встав, долго не раздумывая, бодрым шагом направляюсь к цели. Опасаясь, что хождение по коридору снова затянется, срываюсь на бег. И тут же понимаю, что коридор стал короче, а я уже в шаге от двери.

Что-то мне это надоедает, и в тоже время напоминает. Как будто я здесь уже был. Но это невозможно, я точно помню что в подобных местах никогда не бывал. Или нет? Да что со мной не так? Я помню и в тоже время… В голове как будто вата. Я…

— Долго стоять будешь? — весёлым и очень знакомым голосом спрашивают меня изнутри. — Заходи, не стесняйся.

Это мне? Говорит так, как будто давно меня знает. Таким тоном общаются со старыми приятелями. Тогда… Откуда я знаю этот голос? Почему он кажется мне знакомым? И это место, я был здесь, но не могу вспомнить когда и при каких обстоятельствах. Дежавю, очень похожее ощущение. Вроде никогда не был, а всё кажется таким знакомым.

— Курьер, ты долго собираешься тратить моё время? — наигранно раздражённо звучит голос.

— Курьер… А ты? Я помню… Помню. Ты Игрок? Начальник.

— Именно, — доносится из кабинета весёлый голос. — Узнал. Теперь бегом в кабинет. Разговор будет не только долгим, но и невероятно важным. Но сначала… Приготовься. Будет больно.

Неожиданно холодает, лёгкие обжигает от глубокого судорожного вдоха, в глазах темнеет, сердце громко бухает и бешено бьётся. Правую руку, в месте укуса, пронзает острой болью. На пол, стекая по пальцам, капает кровь.

Упав на колени, руками хватаюсь за раскалывающуюся голову. Перед глазами плывут картины моей жизни. Собираются из осколков, выстраиваются в картинки и тут же разлетаются разноцветными брызгами. Снова собираются, дополняются показывая мне сцены боёв, перестрелки, людей, роботов, чудовищ.

Всё это кружится, собирается, сортируется, встаёт на свои места. С каждым фрагментом памяти боль усиливается, каждый кусочек, вставая на своё место, приносит с собой невыносимые страдания. Миллиарды картинок, вращаясь, крутятся вокруг меня, собираются в ленты и принося ещё большую боль, влетают в мою голову.

— А-а-а-а! — вцепившись в волосы кричу от боли. — Что это?

— Достаточно, — спокойно произносит насмешливый голос начальника. — Встань и заходи. Орёшь как потерпевший, а у меня сегодня выходной, должен был быть. Но из-за тебя и того что ты ведёшь себя как хрен… Ладно, заползай.

— Кха… Нельзя было без вот этого обойтись? — с трудом вставая на ноги, откашливаюсь. — Зачем?

— Хм… За тем, — выйдя в коридор, хмыкает Игрок. — Ты благополучно сдох на своей любимой Пустоши. Ладно, обо всём по-порядку. Для начала пойдём ко мне, ты присядешь и успокоишься.

Добродушно улыбаясь, Игрок заводит меня в кабинет, небрежно указывает на стул, присаживается сам и сцепив пальцы в замок, начинает внимательно разглядывать меня.

— Мне бы воды, — потерев горло, хриплю. — И закурить.

— Каков наглец, — щёлкнув пальцами, улыбается Игрок. — Этим ты мне и нравишься. Приходи в себя и слушай внимательно. Разговор на самом деле серьёзный. Внимай.

— Да, да, конечно, я весь внимание, — подтягивая к себе появившуюся, бутылку ядер колы киваю и облизываю пересохшие губы.

— Хм, начнём с самого начала, — ворчит Игрок. — Шесть лет назад ты, Курьер, попал сюда и согласился работать на меня. Надеюсь, ты помнишь об этом?

— Такое трудно забыть, — залпом выпив полбутылки, пожимаю плечами. — Даже если захочешь, то не получится. Ты ещё что-то про выборы говорил. Так зачем я здесь?

— Для начала, я, как и обещал, спрашиваю тебя, — становясь серьёзным говорит Игрок. — Что ты выберешь? Новое приключение, перерождение, вечный покой или нечто большее? Подумай, я не тороплю. Но не забывай, жизнь в Мохаве закончилась, вернуть обратно я тебя не смогу, это против моих же правил. Как ты умер я тоже не расскажу, люди крайне болезненно реагируют на такие новости. В истерику впадают, начинают думать как можно было всё исправить. Тебе этого не надо, у нас есть более важные дела.

Сказав это, Игрок пододвигает мне сигарету, зажигалку и пепельницу. Открывает ноутбук и, потеряв ко мне всякий интерес, принимается быстро набирать что-то на клавиатуре.

Умер значит… Обидно, больше всего от того, что я этого не помню. Но может и не надо? И что мне делать теперь? Сложный вопрос…

Шесть лет назад я согласился на приключение и загремел в очень гостеприимное место. Дьявольскую печь, под названием Пустоши Мохаве, которые я видел только в компьютерной игре. А лучше бы вообще никогда не видел. Ну, а если вспомнить, не так уж и плохо всё получилось. По началу, конечно, было страшно и тяжело. Постоянные стычки с рейдерами, мутантами, обезумевшими роботами. Местным нифига не дружелюбным зверьём, постоянной радиацией, НКР, Легионом и многими другими. Всё это было настоящим кошмаром.

Без денег, практически без оружия, я выживал как мог. И, если бы не система, которую дал мне Игрок, я бы точно не выжил. Ну и моими первыми подарками стали: старый 10-мм пистолет, дробовик караванщика, гранатомёт, горсть боеприпасов и пара стимуляторов. С таким богатством я начал своё путешествие по просторам Мохаве.

Но, со временем, всё наладилось. Через полгода местные банды начали обходить меня десятой дорогой. Как и патрули НКР. Из запуганного выживальщика я превратился в хищника.