Инженерный Парадокс 5 - Олег Сапфир

И вот: есть пресловутые девяносто процентов аристократов, прибывших по призыву Империи. И вопрос их субординации: если представители мощных родов и корпораций зарегистрированы как «вольные командиры», со своей вертикалью командования, то вот простые аристократы — это сложность. Обычных военных над ними не поставишь — надо не просто родовитого, но хотя бы во втором-третьем колене, сильного одарённого…

А на дюжину одарённых, какими и формировали дворянское ополчение, таких командиров не напасёшься. Так что управлял такими «хорунжий», тринадцатый в хоругви. Кстати, подчас, хоругвь была весьма сильным подразделением — её члены могли, например, быть поголовно в механизированных доспехах. Что делало эту «хоружную дюжину» весом в танковый полк.

Или — сильные одарённые, например… В общем всяко бывало, но мне, судя по папаше, достанется дюжина средних одарённых… Что тоже неплохо, вообще-то. Ну и назначался хорунжий «по представлению» Имперского командования, имел за спиной подтверждённый опыт успешных боестолкновений и командования… Как я, например.

Тем временем самолёт зашёл на посадку, прокатился по серому полю, остановился. А на выходе тридцать человек пассажиров уже встречали офицеры в черной форме с золотыми эполетами и прочими финтифлюшками: офицеры Имперского Благочиния, безопасники.

Причём ко мне подкатил особо противный тип: и в эмоциях, и на вид — какой-то скрюченно-вывернутый. И даже по званию — аж целый штабс-ротмистр. Впрочем, практика эта была распространённой и нормальной, так что на «граф Мехов, следуйте за мной!» я просто пожал плечами и направился, как и прочие, за безопасником к подземному входу в базу.

Где после нескольких коридоров меня привезли в пустоватую, ярко освещённую комнату.

— Присаживайтесь, Мехов, — махнул рукой этот тип на жёсткий даже на вид стул. — Считаю долгом поставить вас в известность, что ваш до… опрос будет проводится с использованием полиграфа.

— То, что я менталист, ваш полиграф не смущает? — с любопытством уточнил я, усаживаясь на стул.

После моих слов ротмистр открыл лежащую на столе ТОЛСТЕННУЮ папку, с деловитым видом её залистав. А я ухмыльнулся — тот самый пресловутый ментализм и визор позволили определить, что большая часть листов — пустая.

Прямо-таки эталонное «мы тебя знаем» и «смотри, сколько на тебя, негодяя, данных есть!»

— Полиграф — не смущает, граф Мехов. Он — механизм, лишённый способности испытывать данное чувство.

— А вас?

— Я так же не смущаюсь на службе. Особенность же вашего Дара… неважна. Я проведу ваш опрос. И ложь на нём может повлечь последствия, вплоть до обвинения в измене Империи.

— Не собирался врать, — пожал я плечами.

— Тогда приступим. Вы — имперский дворянин, граф Марк Мехов?

— Да.

— Вы — родовой аристократ, барон Марк Мечников?

— Отказываюсь отвечать, господин ротмистр.

— И на каком же основании, позвольте полюбопытствовать⁈

— На основании того, что это не ваше дело, господин ротмистр. Направьте соответствующий запрос в геральдическую палату, если вас терзает любопытство. Я, граф Марк Мехов прибыл на зов Империи. А ваш второй вопрос вне рамок опроса при проверке рекрутов, — пожал я плечами.

— Запираетесь, граф? — почти прошипел на меня ротмистр.

— Ага! — радостно и широко улыбнулся я.

— Что ж, так и запишем, — пробормотал этот тип, ничего не записывая. — Вы представлены к званию хорунжего полковником Имперской Механизированной гвардии, это так?

— Да.

— И на основании чего?

— Узнавайте у господина полковника Трофимова, господин ротмистр.

— Вы издеваетесь, Мехов?

— А по-моему — издеваетесь вы, господин ротмистр. Обозначенный в Уставе дворянского ополчения «опрос рекрутов» имеет чёткие, однозначные цели. Пока вы задали всего один вопрос, имеющий к ним отношение — про моё имя. Остальное я расцениваю как ваше праздное любопытство, которое не намерен удовлетворять.

— И вы считаете, что вправе решать, что имеет отношение к моей службе, а что нет, Мехов⁈

— В случае, если вы осуществляете опрос рекрута — да, ротмистр. Считаете, что я скрываю необходимые данные — направьте рапорт командующему базой, будем разбираться в ваших вопросах, — улыбался я. — А если данное… мероприятие — не опрос рекрута, то соизвольте предъявить обвинение, по которому проводите допрос.

— Это — опрос рекрута, — проскрипел ротмистр. — Но в вашем случае, Мехов, вам присвоено звание хорунжего, без службы в рядах ополчения. Это… расширяет спектр вопросов вам!

— Даже не спорю. Просто даже расширенный спектр вопросов не может содержать вами озвученных.

— Это мне решать, Мехов.

— Решайте. А я решаю, отвечать или нет. Или к командующему, — пожал я плечами.

Ротмистр «страшно» позыркал на меня. А я, если честно, не слишком напрягался. Ухватки этой братии я прекрасно знал от дядюшки, как и неистребимое желание влезть в дела сверх положенного. Ну и не собирался давать ни крупицы информации сверх необходимой — пусть сами ищут, морды протокольные!

— Вы участвовали в боевых действиях, Мехов? — задал он первый вопрос по существу.

— Да.

— Вы руководили боевыми группами?

— Да.

— Перечислите типы сил, которыми вы руководили.

— Пехота, тяжелобронированная пехота, гренадёры. Легкая штурмовая и разведывательная бронетехника. Диверсионные и снайперские группы.

— В ваши годы⁈

— Да.

— Успешно?

— Да. Цели достигнуты, безвозвратных потерь под моим командованием не было.

— Понятно. Вы убивали людей, граф Мехов?

— Да.

— Много ли?

— Не считал. Моя оценка — много.

— Вы убивали невинных? Специально для вас уточняю — по вашей оценке.

— Да, — ровно ответил я, хотя вопрос был каверзный и… неприятный.

Но утверждать что все погибшие от моей руки и от руки людей под моим командованием «виновны» я не мог. Скорее всего — «не все», так что честным был ответ «да».

В общем, «опрос» вскоре закончился. Ритуально завершился «мы еще побеседуем» и прочими «мы про тебя всё знаем», но на деле — скорее ритуал.

Те же «подвиги», мной совершённые, гарантированно были доступны командованию дворянского ополчения. Просто «представить» по велению левой пятки Трофимов меня не мог — описание боевых столкновений, пусть и без деталей, должны были быть.

Ну и больше я с благочинцами просто не встречусь… Ну если меня не обвинят в измене Империи либо не захватят в плен. А так — «опрос» успешно пройден. Отсутствие враждебности Империи и то,