Горизонт Событий - Вадим Фарг

За спиной нового существа с лязгом распахнулись бронированные двери хранилища.

— Вайтус? Что ты наделал… — раздался сзади испуганный голос.

Существо медленно обернулось. На пороге стоял Лорд-Отец. За его спиной тяжело дышали пятеро элитных гвардейцев Дома в тяжёлой броне. Они держали наготове плазменные винтовки и водили стволами по сторонам. Отец замер в ужасе, увидев сына. Он смотрел на его изуродованное лицо, на чёрные провалы глаз и на чёрный иней, который начал стремительно покрывать стены хранилища. Старик нутром чувствовал могильный холод, исходящий от тела своего наследника.

— Убить его! — в панике воскликнул Лорд-Отец и ткнул дрожащим пальцем в сторону Вайтуса. — Немедленно убейте эту тварь! Огонь!

Гвардейцы синхронно направили на него оружие. Но существо даже не сдвинулось с места. Оно лишь слегка наклонило голову набок, анализируя их потуги.

Хватило одной лишь мысленной команды, и гравитация вокруг солдат сошла с ума. Она схлопнулась в крошечную точку прямо в центре их отряда. Пространство содрогнулось от чудовищного перепада давления, и тела пятерых крепких мужчин вместе с их тяжёлой бронёй и плазменными винтовками в долю секунды смяло в воздухе. Их спрессовало в уродливые кровавые комки размером с футбольный мяч.

Тошнотворный хруст десятков ломающихся костей и рвущегося металла эхом разнёсся по залу. А затем на пол с мерзким чавканьем упали бесформенные куски перемолотой плоти.

Лорд-Отец рухнул на колени. Его былая аристократическая гордость и презрение исчезли без остатка. Их место занял неконтролируемый страх. Старик дрожал всем телом, смотрел на кровавое месиво у своих ног и не мог вымолвить ни слова.

Существо бесшумно подошло к нему, посмотрело на этого трясущегося человека сверху вниз, но не почувствовало ни капли жалости. Не было и торжества победителя. Этот старик был просто помехой на пути. Ненужным уравнением, которое следовало аккуратно стереть с доски.

— Ты был прав, отец, — произнесло существо ровным и абсолютно безжизненным тоном.

Голос звучал пугающе. В нём сливалось многоголосое эхо миллиардов мёртвых душ, создавая эффект жуткого металлического хора.

— Эмоции — это слабость плоти, — продолжал звучать хор. — Они делают нас уязвимыми перед лицом вечности.

Отец с трудом поднял глаза, попытался молить о пощаде, но из пересохшего горла вырвался лишь сдавленный хрип.

— Но теперь их нет, — существо медленно протянуло руку к лицу старика. — Осталась лишь слепая целесообразность.

Оно коснулось влажного от пота лба кончиком указательного пальца. Лёгкий импульс чистой тёмной энергии скользнул сквозь кожу и кость прямо в череп. Лорд-Отец мгновенно обмяк и кулем повалился на пол. Существо просто стёрло его нервную систему, словно удалило ненужный файл с носителя.

Оно равнодушно перешагнуло через труп человека, который ещё полчаса назад считался отцом, и направилось к выходу. В коридоре тускло мигали аварийные лампы. На стене висело зеркало в золотой раме, и существо остановилось напротив него.

Высокий молодой человек с бледной кожей и чёрными провалами глаз долго и внимательно изучал своё новое отражение. Существо рассматривало это тело так, словно примеряло новый, не слишком удобный костюм, который придётся носить не одну сотню лет. Оно аккуратно поправило смятый воротник, а затем большим пальцем стёрло каплю чужой крови с щеки.

Всё внутри этого нового разума было подчинено единой цели. Его народ страдал слишком долго в пучине чёрной дыры. И теперь эта слабая, погрязшая в мелких дрязгах галактика заплатит за их боль сполна. Они соберут все ключи. Они вернут своих. Любой ценой.

— Этот мир болен хаосом, — тихо и без единой эмоции сказало существо своему отражению. — Нынешний Император слишком слаб, чтобы его исцелить.

Оно развернулось и медленно зашагало в спасительную тьму коридора. Существо оставляло позади мёртвый Дом и делало свой самый первый шаг к созданию новой, идеальной Империи.

«Пора сменить правителя и навести в этой галактике особый порядок», — пронеслась в пустоте холодная и расчётливая мысль будущего владыки.

Глава 1

— Мы всё-таки сдохли, да, и теперь это наш персональный ад? — прохрипел Семён Аркадьевич, с трудом отрывая лицо от дымящейся консоли навигации.

Капитан тяжело закашлялся, выплёвывая едкий дым. Он медленно выпрямил ноющую спину, вытер грязным рукавом кровь с разбитой брови и поправил на голове засаленную фуражку, которая чудом пережила этот прыжок. Вокруг сыпались искры, а панели жалобно пищали, возвещая о множественных пробоинах.

Я открыл глаза, прислушался к себе и не нашёл внутри ни боли, ни паники, ни страха смерти, зато обнаружил пугающую ясность. Увы, прыжок не получился удачным. Рубка «Рассветного Странника» на глазах превращалась в кошмар. Минуту назад мы на адреналине и везении прорвали ткань реальности, впихнув израненную тушу корабля туда, где не выживает никто. За иллюминаторами больше не сверкали россыпи звёзд и не вились реки гиперпространства, там клубился лишь серый туман кармана, представляющий собой пустоту без времени и законов физики. Внутри ситуация обстояла ничуть не лучше, потому что живой крейсер стонал и содрогался от боли. Из пробитых труб со свистом вырывался пар, ошпаривая переборки, повсюду сыпались искры от перегоревшей проводки, а воздух пропах пластиком и плавящимся металлом. Выживший экипаж замер, люди судорожно кашляли от дыма, переглядывались и просто не понимали, что делать дальше, когда судно разваливается на куски под их ногами.

Внезапно моё зрение изменилось, словно кто-то переключил тумблер в голове. Напуганные друзья, сломанные приборы и разруха исчезли, уступив место бегущим потокам данных, векторам уязвимостей и схемам повреждений корабля. Код Вазара в моём мозге заработал на пределе возможностей, безжалостно выжигая любые человеческие слабости и эмоции ради выживания, превращая меня в расчётливую машину.

— Вероятность разрушения внутреннего корпуса составляет семьдесят три процента, — произнёс я ровным голосом, который прозвучал безжизненно и механически, пока внутренняя программа анализировала телеметрию. — Шанс выживания экипажа при текущей скорости потери давления не превышает двенадцати минут, к тому же зафиксирован отказ систем жизнеобеспечения.

В другом конце рубки Кира в панике била сбитыми кулаками по клавишам реакторного пульта. Экраны перед ней мигали красным, отсчитывая секунды до катастрофы.

— Влад, мать твою, иди сюда и помоги мне немедленно! — закричала наша Гайка, срываясь на плач и отчаянно цепляясь за заклинившие рычаги управления, чтобы сбросить давление. — Реактор идёт вразнос, плазма нестабильна, я никак не могу остановить обратную связь, и нас всех сейчас просто разорвёт на