Легион Кэнби - Билл Болдуин

На пугающих скоростях Николай вел корабли вниз, к бесформенным, сглаженным облаками берегам, которые быстро обратились в подвижные сероватые массы. На мостике наступила тишина — по внутренней связи он слышал лишь дыхание и редкие вздохи. Только в нескольких сотнях метров над первым слоем облаков Кобир при помощи рулевых двигателей с трудом вывел корабль из опасного броска. Взгляд на гиперэкраны подтвердил, что оставшееся «стадо» Николая прошло не только благополучно, но и с некоторым подобием порядка.

Корабли опустились сквозь внушительную гряду облаков, почти такую же большую, как и континент, который они покрывали. Чуть ниже Кобир заметил по крайней мере еще четыре слоя грязных сероватых облаков, медленно двигавшихся вниз с ледяных полярных областей планеты.

На мгновение у Кобира возникло желание связаться с каким-нибудь Планетарным Центром для получения посадочных инструкций. Однако многими из этих центров владели теперь имперцы — как и полагалось на планете такого размера, не имевшей даже спутниковой сети предупреждения. Николай вслушался в звук гравитонных двигателей, громыхавших с каждой стороны корпуса. Ничего опасного не наблюдалось. Кобир посмотрел на Шкоду, тоже напряженно вглядывающегося в поверхность планеты.

— Боишься садиться, старик? — спросил Николай. Шкода улыбнулся.

— Боюсь нашего нового начинания, — ответил он, глядя на центральную консоль. — За последние два года я сыт по горло всякими передрягами.

Кобир почувствовал, что тоже улыбается.

— Ну, настоящие передряги начнутся, когда мы сядем и спрячем корабли. Придется как-то выкручиваться, пока все не утрясется.

— Зато теперь, — парировал Шкода, — собственные проблемы мы будем решать сами, а не под руководством никудышного начальства.

Кобир вздохнул.

— Пожалуй, один ноль в твою пользу, дружище, — произнес он.

Когда они опустились сквозь первый слой облаков, палуба сотряслась от ряда слабых толчков, затем все снова пошло гладко, и Николай вновь сосредоточился на управлении. Согласно показаниям приборов, атмосферные излучатели уже работали — вскоре связь прервалась, а корабль начал подпрыгивать и трястись из-за усиливавшегося вихревого возмущения.

С легкостью ведя корабль, за что Николай завоевал репутацию искуснейшего шкипера, он небрежно повернулся к офицеру связи:

— Крюгер, вы готовы дать сигнал транспортникам?

— Готов, капитан, — ответил Крюгер. — Я ввел в передатчик три закодированных сообщения.

— Хорошо, — бросил Кобир через плечо. — Отправьте одно прямо сейчас.

Надвигался очередной слой облаков, когда Николай заметил по левому борту молнию и слегка уклонился вправо, по-прежнему теряя высоту примерно по шестьдесят метров в секунду.

Через некоторое время Крюгер взволнованно воскликнул:

— Капитан, нам ответили.

— Правда? — с легкой улыбкой спросил Кобир. — И что говорят?

— «Добро пожаловать в Королевство Скуки», — прочитал Крюгер. — «Маяк на 14273».

Засмеявшись впервые за несколько дней, Кобир кивнул.

— У вас есть установка на этот маяк, Шкода? — спросил он.

— Я только что ввел значения в наш курс, — невозмутимо ответил Шкода.

На фронтальных экранах Кобира затлел, а затем разделился на горизонтальные линии ярко-красный огонек. По мере того как Николай делал поправку вправо, огонек мерцал вертикальными линиями. Еще одна последняя поправка — линии срослись в одну центральную точку. Взглянув вправо, Кобир удостоверился в том, что другие корабли тоже выстраиваются на маяк.

Увеличивая подъем до девяти, Николай проверил навигационные переключатели и настроил регуляторы скорости примерно на один пятьдесят. Затем повел огонек новым курсом, в то время как мощные нисходящие потоки выхватили корабль и швырнули набок.

— Не отказался бы поискать укрытие и при лучшей погоде, а, Шкода? пошутил Кобир, снова выравнивая корабль.

— Идеальная погодка, — с невозмутимым видом разглагольствовал Шкода, чтобы прятать корабли от любопытных глаз.

На мгновение облака сместились вправо, и перед Кобиром мелькнула земля. Насколько он мог разглядеть — густой лес. Николай был здесь только один раз, много лет, тому назад. В то время его раздражала древность планеты, пестрая архитектура единственного города и эксцентричные жители. Теперь же… если все не очень изменилось, это место покажется раем.

Едва корабль снова проглотили грязновато-серые клубящиеся облака, раздался сигнал превышения скорости. Через несколько секунд корабли нырнули в очередную воздушную яму. Кобир твердо держался выбранного курса. После шести лет полетов в военное время одной ненастной погоды явно было недостаточно, чтобы его смутить. Корабли резко вырвались из последнего слоя облаков. Впереди, у подножия низкой горной гряды, сквозь штормившую атмосферу Кобир разглядел длинное узкое озеро и ярко-красный маяк. Пещеры и транспорт должны находиться поблизости.

Снизившись до ста пятидесяти футов над тем, что походило на очередной лес, корабли пролетели сквозь несколько серых прядей дымки. Затем она быстро сгустилась — по гиперэкранам закапал дождь, закипая на раскаленных добела кристаллических поверхностях. Пилоты инстинктивно сомкнули корабли для поддержания визуального контакта. Любой источник излучения мог привлечь внимание города к непрошеным гостям.

— Если не возражаете, начнем посадочный контроль, Шкода, — предложил Кобир.

— Есть, капитан, — кивнул Шкода. — Как с непрерывным повышением?

Кобир проверил гравитационные панели.

— Включил, — сообщил он, в то время как корабль запрыгал в вихре облаков.

— Радионавигационные переключатели?

— Настроены на радиозондирование.

— Приборы автопилота?

— Проверены, — откликнулся Кобир.

Семь его оставшихся кораблей сомкнулись в одну линию.

— Теперь будем всех сажать, — добавил Кобир.

— Есть, капитан, — ответил Шкода. Через несколько секунд его голос уже разносился по переговорному устройству корабля:

— Всем обеспечить личную безопасность. Всем обеспечить личную безопасность…

Затем Шкода спросил:

— Навигационное радиозондирование? Кобир переключил внимание на панель связи.

— Ручная настройка… — бросил Кобир. — Как будто она нам еще понадобится.

— Вот уж действительно, капитан, — поддержал его Шкода. — Высотомер и навигационные приборы?

— Э-э… настроены и перепроверены.

Теперь корабль стремительно приближался к озеру. Ряды пенистых гребней волн устремились к кораблю, словно огромная седая армия.

— ЭПР ошибки скорости полета?

— Уменьшены до одного и тридцати девяти — и перепроверены.