Вишневый самурай - Дмитрий Самохин

Проведя ночь в серьезных раздумьях, поутру я показал расчеты Гонзе Кубинцу и сообщил, что нанять кулинара — реально, только не каждый согласится вкалывать с утра до ночи на частный дом практически без выходных и без нормального распорядка. Отсюда неопровержимо следовало: нам надо искать талантливого молодого повара, возможно, только что покинувшего стены учебного заведения, желательно иногороднего, поскольку он должен будет проживать в нашем особняке — «для наибольшей эффективности работы» (выражение Кубинца).

Гонза тоже решил все обдумать и взял двухдневный тайм-аут…

Второй день подходил к концу, когда я с журналом, посвященным парусному спорту, пытаясь спрятаться от жары, забрался в прохладную воду просторной ванны.

Но полежать мне не удалось. Только я раскрыл журнал, дверь в ванную распахнулась и вошел Гонза Кубинец — решительный и грозный, словно Иван Террибл, удумавший захватить Казань.

Я громко простонал, картинно закатывая глаза.

— Что? Не ожидал, Даг? — спросил Гонза, сурово складывая на груди руки крестом.

Опять издав протяжный стон, я погрузился с головой в воду. Прохлада целиком заключила меня в саркофаг наслаждения, но раствориться в кайфе не удалось: Гонза за волосья выдернул мою голову на поверхность.

— Не смей уходить от разговора! — потребовал он.

— Я и не ухожу. Так — расслабляюсь… — попытался оправдаться я, делая виноватое лицо. — Что за наказание такое? Только собрался отдохнуть, журнальчик полистать…

Я нагло ткнул огромной фотографией белоснежной яхты с разворота журнала в физиономию Кубинца. Гонза скривился, словно все зубы в его пасти одновременно запиликали мозгу сигнал SOS.

— … так тут ты приперся!.. Ну скажи, могу я хоть десять минут от тебя отдохнуть?

— Ты уже пять минут торчишь в ванной! — взглянув на часы, сообщил Кубинец.

— Считаешь, что этого достаточно? — удивился я.

— Пока не решим вопрос с поваром, отдыхать тебе не придется! — пригрозил Гонза.

— В таком случае, пока я не куплю нам яхту, забудь о покое! Вендетта! — отчеканил я.

— Так… Опять яхта… — констатировал Кубинец и с ужасно задумчивым видом забормотал: — Где же я записал рабочий номер Женьки Постегайло?.. — Громко так, чтобы я слышал.

— Все… Все… Сдаюсь… Не хочу, чтобы мне меняли памперсы. Привык все делать сам! — Я примирительно поднял руки вверх и пошел ко дну.

Гонза Кубинец выловил меня за волосья вторично и проворчал:

— Не заставляй делать тебе искусственное дыхание!

— Упаси боже! — Я притворно ужаснулся и сделал третью попытку утонуть. Но мне не дали.

— Я узнал стоимость услуг консалтингового агентства! — сообщил Гонза.

— Чьих… услуг? — простонал я.

— Все. Совершаю преступление! — Кубинец потянул руки к моей шее.

— Сдаюсь! — капитулировал я. — Только разъясни все-таки, что это за агентство и с каким хреном его едят?

— Агентство по подбору персонала.

— И через него мы найдем повара? Гениально! — согласился я. — Обращайся в свое агентство, а мне дай помечтать о яхтах… Кстати, ты в курсе, что только в Российской империи проводится до пятнадцати парусных гонок? Между прочим, если выиграть первое место в регате, то можно окупить постройку и функционирование целого яхт-клуба!

— Ты опять?! — Кубинец грозно сдвинул брови.

— Я снова! — сурово возразил я. — Ты занимайся поваром, а я найду деньги для покупки яхты. Деньги, которые не входят в бюджет нашего агентства!

— Тебе не наварить столько пива! — скептически заметил Кубинец.

— Я продам рецептуру сортов. Эксклюзивных!

— И они перестанут быть эксклюзивом.

Я задумался. Кубинец был прав. Продажа рецептуры — не выход… Значит, нужно найти лопоухого клиента с пустяковым делом, чтобы, не прибегая к помощи Гонзы Кубинца, выполнить заказ, получить гонорар и вложить его в яхту!

Гонза оставил меня в долгожданном одиночестве, видно, пошел звонить в свое агентство. А я, испытав облегчение, которое испытывает любой человек, нашедший наконец возможность удовлетворить свою прихоть, вернулся к разглядыванию журнала. И теперь красавицы яхты я расценивал с точки зрения потенциального покупателя, причмокивая языком и примеряя себя к их палубам.