Мультиверс - Василий Головачев

– Поговорю с Грымовым.

– Что ж, милые мои, впрягаемся и едем на Суперструнник.

Дверь кабинета закрылась за ними.

* * *

До вечера они вместе с двумя инженерами (секретными сотрудниками «Сокола»), обслуживающими энергооборудование Дженворпа, изучали состояние дел на этом гигантском «ускорителе струн», протянувшемся на десять тысяч километров за орбитой Марса.

Удалось ознакомиться с программами, которыми руководствовался кванк по имени Сизиф, а также с контингентом, обслуживающим всё сложное силовое хозяйство «ускорителя», один импульс которого способен был изменить вакуум в пробитом тоннеле до такой степени, что звёзды в нём либо схлопывались в подобие чёрных дыр (это называлось инициацией конфайнмента), либо взрывались как новые и сверхновые.

Полгода назад, когда Суперструнник ударил по шаровому звёздному скоплению Омега Кентавра, там началась локальная реакция инфляционного расширения (настоящий вакуум-взрыв, по словам Всеволода Шапиро), которая лишь недавно перешла в стадию «нормального» расширения Вселенной. К счастью, разумных видов жизни в скоплении обнаружено не было. А месяц назад, после того как в районе второго спирального рукава Галактики собрался флот ядран, намеревавшихся «проучить наглых землян», импульс Суперструнника превратил его в «чернодырную паутину». Поэтому вместо инструмента исследования космоса люди в лице Суперклизмы получили колоссальной мощи орудие, заставившее всех разумных обитателей в галактике и за её пределами почувствовать себя неуютно.

Пока Ярослава с подругой изучала технический состав сферы услуг, найдя несколько знакомых по прежним контактам деятелей, Веласкес с контрразведчиками провёл мониторинг пограничных сил вокруг Суперструнника и обнаружил три «чешуйки» на обшивке сооружения, прилепившиеся к его торцам. Это были те самые, из которых состояли обнаруженные мусорщиками «шишки», и не приходилось сомневаться, что они представляли собой замаскированные разведмодули ядран, ждущие своего часа.

Доложив о находке Грымову, Веласкес получил задание присоединиться к группе спецназа для операции по снятию «чешуй», о чём и сообщил Ярославе, отыскав её в недрах жилой зоны сооружения, располагавшейся в сотне метров от центра управления Суперструнником.

Ярослава выглядела уставшей, но довольной.

Ани Санта казалась абсолютно занятой (мысленно разговаривая одновременно по сети «спрута» сразу с несколькими абонентами), но при появлении невозмутимого витса расслабилась.

– «Чешуйку» изъяли?

– Там всё время шастают подозрительные личности, под видом служителей и технических специалистов, трудно будет провернуть операцию по изъятию незаметно.

– Есть идея, – сказала Ани. – Сломать что-нибудь в блоке ускорителей, и пока туда помчатся спасатели и ремонтники, за минуту удалить объект.

– Есть идея получше, – сказал Веласкес.

– Да? – удивилась женщина.

– Объявить учебную тревогу, и все сотрудники Суперклизмы разбегутся по рабочим местам либо соберутся в защитном модуле.

Ярослава с любопытством посмотрела на витса.

– Сам придумал?

– Сам, – остался спокойным Веласкес.

– Но для объявления тревоги нужен доступ к Сизифу.

– В центре управления работает моя подруга Габриэла, она инконик с допуском «красный-золотой», – сообщила Ани Санта.

– Всё равно потребуется разрешение директората и службы безопасности Суперструнника.

– А это уже забота вашего Грымова.

– Воеводин, – сказал витс ровным голосом.

Женщины повернулись к витсу.

– Но Степан Фомич в отставке… – засомневалась Ани.

– У него мощные связи.

Секретарь Комбеза посмотрела на Ярославу.

– Позвонишь?

– Вместе позвоним. Но сначала обсудим идею с Иваном.

– Тогда идём в центр связи. Наши мобики так далеко не работают, для связи с Землёй нужен стационар.

– Твоя Габриэла может обеспечить доступ?

– Куда она денется?

– Побежали, время не ждёт.

Ани связалась с центром управления, недолго объясняла подруге, что нужно сделать, и через несколько минут все трое вошли в помещение комплекса межпланетной связи Суперструнника, занимающего куполовидный пузырь, прилепившийся к диску центра управления.

Впустили троицу в святая святых комплекса без требований кода доступа, стоило гостям только подойти к двери в зал.

Ярослава бывала здесь не раз, да и Ани тоже, но всё же они потратили минуту, осматривая сложный интерьер помещения, претерпевший ремонт после известных событий с отражением десанта ядран. Теперь каждый аппарат связи представлял собой отдельный модуль, защищённый своими фозмами^[15], и при необходимости мог капсулироваться.

Оператор-витс одной из групп дальней связи организовал им зону, недоступную для прослушивания.

Грымов понял идею моментально.

– Благодарю, девчонки! Я не сомневался в ваших творческих способностях.

– Идея принадлежит Серджо, – сказала Ани.

Командующий «Сокола» приподнял брови, кинул взгляд на Веласкеса, сохранявшего невозмутимый вид.

– Яблочко от вишенки недалеко падает… спасибо, Серж. Уж не сидит ли в твоей голове курьер МККЗ?

– У меня были хорошие учителя, – скромно ответил витс.

Ани засмеялась.

– Семейка Адамс^[16], честное слово. Такое впечатление, что вы одна семья.

– Так и есть, – серьёзно подтвердила Ярослава.

– Я поговорю с генералом, – пообещал Грымов.

– Я сама поговорю, – отрезала женщина. – Готовьте диверсионную группу. Не надо откладывать операцию, пока мы здесь и пока никто не обращает внимания на наше присутствие.

Ответ последовал спустя секунду:

– Хорошо.

Ярослава связалась с земным бюро Коскора, и её соединили с Воеводиным, который жил в настоящее время в своём коттедже под Ярославлем.

Он выслушал её внимательно, не перебивая.

– Что скажете, Степан Фомич? – закончила жена Руслана Горюнова.

– Дайте мне час, – попросил бывший глава «Сокола».

– Согласны с предложением начать операцию немедленно?

– Да.

– Будем ждать! – обрадовалась она, с облегчением вздохнув. Какое-то время идея Веласкеса казалась ей слишком безумной, но так как Воеводин не задал ни одного вопроса, означало, что он видел шанс решить проблему.