Рыжий 2 - Alex Berest

потом гуляли до вечера. Сейчас перед нами будет стоять выбор, пойти гулять или делать домашнее задание. И многие выберут гулянья вечером, так как утром не с кем гулять или с мелкими в войнушки и прятки играть. — По классу прокатилась волна смеха. — Сначала всё будет нормально, так как все привыкли вставать рано. А потом попривыкнут и многие будут спать до десяти или одиннадцати утра. Ну и домашку будут делать впопыхах и с ошибками…

— Ничего, вы уже взрослые, привыкнете к изменению расписания, — прервала меня классный руководитель.

— Уверен, что привыкнем. Но ведь будут ещё и факультативы. И вряд ли учителя согласятся их вести поздно вечером, дожидаясь окончания наших уроков. А значит, будут их назначать нулевыми или в доступные им дневные окна.[46] А это ещё больше урежет наше утреннее время на домашку. Так что вангую, что успеваемость к концу второй четверти в восьмых классах просядет.

— Ван? Что ты делаешь? — переспросила англичанка.

Упс. Вроде давно уже отучил себя от слов-паразитов из будущего, а ты же смотри, вылазят.

— Предсказываю, — поправился я.

— Ладно, садись, предсказатель. Поживём, увидим.

А на следующий день я узнал, что Вера Павловна, жена нашего туристического руководителя, Владимира Владимировича, родила. Причём, двойню. И почти до декабря мне пришлось вести занятия в обеих наших командах, так как тренеру резко стало нехватать времени. Как будто у меня его много!

И постоянно все стремились моё свободное время уменьшить. Дежурствами по школе, факультативами, которые, как я и предсказал, учителя проводили в первую смену. И даже на одной субботней дискотеке умудрились половину вечера совместить с выступлениями школьной самодеятельности, посвящённой празднованию 920-летия города Азова. Видимо, в пику празднованию в Москве 840-летия.

В сентябре же бабуле повысили пенсию на сорок процентов, а мне нет. И где справедливость? А заодно ввели талоны на сливочное масло, водку и вино. И если вино на полках винно-водочных отделов магазинов до введения талонов ещё было, то после исчезло, как и водка.

Весь октябрь и начало ноября школа и дворец пионеров готовились к 70-летнему юбилею Октябрьской революции. Рисовали плакаты, делали стенгазеты, разучивали песни и стихи к праздничным концертам. Почти все осенние каникулы мы и потратили на различные праздничные мероприятия. А на демонстрацию я не попал. Как одного из немногих комсомольцев восьмых классов, меня назначили в почётный караул к бюсту дедушки Ленина между двумя туалетами в школьной рекреации второго этажа.

В начале октября в город пришли морозы. И если во дворце пионеров отопление включили сразу после приказа директора, то в школах и домах тянули до официального начала отопительного сезона — 15 октября.

Хорошо, что я не брезговал брать за работу по электрике не только деньги и водку, но и различные ненужные народу инструменты и электробытовые приборы. Некоторые в нерабочем состоянии. После починки я их сбывал через своего перекупщика на колхозном рынке. А некоторые вещи оставлялись мной «на всякий случай».

Вот так у нас в одной из кладовок и примостились электрокамин «Рубин» и тепловентилятор «Луч». Камин отправился обогревать комнату бабули, а тепловентилятор работал в моей. Как выходили из этого положения остальные жильцы даже и не знаю. Но количество просьб о ремонте обогревательной техники в эти дни просто зашкаливало, что окончательно съело всё мое свободное время.

Пятнадцатое припало на воскресенье, и котельную запустили только вечером шестнадцатого, и в дома пошло тепло. Везде и у всех стало тепло, кроме нашей квартиры и других квартир над нами. Сначала грешили на милицию, которая под нами в своём опорном пункте перепутала вентили. Но участковый, делегированный бабулей проверить это, сказал что вентили и не трогали, так как на них нет рожков.

— Это всё Ирка, — вдруг заявила бабушка. — С пятого этажа. Воздух со стояков не спустила, а мы теперь здесь замерзаем. Сходи, внучек, напомни ей. А то она деревенская, может и не знает про это.

Пришлось идти. Звонил, стучал, ноль реакции. «Может она там померла от холода» — подумалось мне. Но в этот момент открылась дверь соседней квартиры, где проживала семья капитана-гаишника, и вышла его жена, тётя Галя.

— Здрасте, тёть Галь. А не знаете, баб Ира дома?

— Так нет её, Жень. В деревню уехала. В эту, свою, Гусарову Балку. А что? Случилось что-то?

— Она, похоже, воздух из батарей не спустила и мы теперь все замерзаем. Вот бабуля меня и направила напомнить ей.

— Так она ключ мне оставила на всякий случай. Но я тебя одного не пущу. Приводи бабушку свою или еще кого из соседей.

Бабуля, быстро пробежавшись по соседям, собрала инициативную группу из таких же бабок, как и она. В качестве главной рабсилы, естественно, выбрали меня. Ну и не откладывая это дело в долгий ящик, двинули на пятый этаж. Тётя Галя конечно удивилась такой толпе, но без вопросов открыла нужную нам квартиру.

Начать я решил с зала, с самой большой комнаты. Плоскогубцами провернул «кран Маевского»[47] и из него, зашипев, пошёл воздух. Минут пять шипел, а потом вместо него пошла грязная и холодная вода. Еле успел закрутить кран.

— Ну что? Всё, Жень? Вода пошла? — спросила у меня бабуля, которая в компании женщин перемывала кому-то косточки.

— Не так быстро, ба, надо воду спустить до появления тёплой. А то мало ли где-то еще пузырь воздуха висит, — терпеливо объяснил я ей. — Сейчас тару возьму. Будете воду в туалет носить сливать?

— Да. Конечно. Вынесем, — закивали и почти хором подтвердили женщины.

Тем временем, я продолжил спускать холодную воду, которая чередовалась с воздухом. Всё усугублял неудобный, маленький кран, который находился почти вплотную к стенке. Воду можно было набирать только в детское литровое пластиковое ведерко, а затем переливать в нормальное большое, предварительно перекрывая кран плоскогубцами, чтобы не затопить соседей снизу. Одним словом — мазохизм. Хорошо хоть при наполнении большого ведра его тут же подхватывала одна из соседок и опорожняла в туалете.

Наконец, пошла теплая вода и я, перекрыв кран и проверив не подтекает ли он, перешёл на кухню. Здесь, видимо для еще больших мучений советских граждан, этот неудобный кран убрали под самый потолок и расположили вертикально. А значит сикать водой, он будет в бок, что усложняло и затягивало процесс спуска воздуха.

Слава МинЮгСтрою[48], что этот кран спускал воздух только с батарей ванных комнат. И то, из-за извращенной системы спуска и моего пока еще недостаточного роста, провозиться пришлось прилично. В спальне, идентичной размерами с моей, потребовалось времени столько же,