Турнир - Анна Кондакова

Также здесь были преподаватели из школы Ютаки: Лидия Зернова и учитель Ёси. Привели сюда и мать Мичи Хегевары, и мать Мидори Арадо, и даже старшего брата Горо Исимы — Дейчи. А ещё тут были секретарь Канцелярии Игнат Зверев, смотритель Пётр Храмов и даже личный врач Акулины Снеговой Елена.

Инспектор Суров нашёл всех, с кем я так или иначе контактировал последние два месяца, с момента появления в Ютаке. Хорошо, что не притащил сюда ещё и студентов, с которыми я учился.

У меня даже в глотке пересохло, когда все эти люди повернули головы и посмотрели на меня одного.

Инспектор Суров встал во главе стола и сразу обратился ко мне:

— Представьтесь залу.

— Кирилл Волков, — ответил я негромко, но чётко.

Суров окинул взглядом сидящих за столом людей.

— Итак, перед нами Кирилл Миронович Волков. Вы подтверждаете, господа, что это тот самый человек, о котором вы нам рассказывали?

Один за другим, все подтвердили, что я — тот самый.

— Это он убил чароита и сорвал мою свадьбу, — сказал Дейчи Исима, с претензией покосившись на Маямото.

Тот не обратил внимания на хмурый взгляд бывшего жениха своей внучки, потому что не сводил с меня глаз.

— Да, этот парень — мой личный телохранитель, который сейчас проходит обучение в Международной Академии Линий по моему требованию. И, кстати, делает успехи, как мне докладывали.

— Всё верно, этот юный Витязь проживает в Башне Академии, смотрителем которой я работаю, — кивнул Пётр Храмов. — Парень смышлёный, даже чересчур, как я уже говорил.

Следом мою личность подтвердил и Игнат Зверев.

— Именно на него писали доносы в нашу Канцелярию. С какой целью, предположить не могу.

— Да, я лечила ему ногу, — сказала Елена, врач Снеговых. — Акулина Андреевна очень о нём беспокоилась. Она была заинтересована в его расположении.

Потом высказались матери Мичи и Мидори.

— Он всё ходил к моей дочери, очень наглый молодой человек, — заявила госпожа Арадо. — Из-за него она и сбежала из дома в Академию. Из-за него расстроилась её свадьба с Горо Исимой, а ведь у них всё было так хорошо. Этот Волков принёс только смуту в душу моей наивной девочки. Он пренебрегал нашими янамарскими традициями...

— Очень порядочный парень! — перебила её госпожа Хегевара. — Он жил у нас почти месяц, и мои дети до сих пор по нему скучают. Особенно Юмико и Шаман-Ю. — Она улыбнулась мне. — Надеюсь, у тебя и Мичи всё хорошо, Оками-кин? Знай, мой дом всегда открыт для тебя.

Последними заговорили учителя.

— Уникальный случай в нашей школе, — сказала Лидия Зернова строгим голосом. — Его ранний психодух имеет невероятные свойства отражения. К тому же, парень пытался проявить себя в Целительстве. Хотя... особых успехов в этой сфере от него не ждите.

— Потому что он боец, а не лекарь, госпожа Зернова, — вставила учитель Ёси. — Он крепок силой духа, упёрт и стратегически мыслит. А это важно для воина. Он человек не совсем мирных профессий.

— Целители тоже могут быть воинами, — возразила Лидия.

Инспектор Суров поднял руку, и в зале в ту же секунду воцарилась тишина.

— Всем спасибо за визит и показания, которые вы давали в течение этой недели. А теперь вы свободны, кроме господина Волкова.

Это был не просто сбор людей, это была демонстрация того, что в моей жизни неплохо покопались.

Выходя, почти каждый из присутствующих, бросил на меня взгляд. Кто-то — тревожный; кто-то — вопросительный; кто-то — подозрительный. Последним вышел Маямото. Он один, проходя мимо, тихо сказал:

— Не натвори дел, малец. Мне потом за тебя отвечать.

Ясное дело, волновался он не за мою шкуру, а за свою.

Когда двери закрылись, и я остался один на один с Суровым, то он сразу же освободил место во главе стола и сел сбоку, а из дополнительной комнаты в зал вошёл совсем другой человек.

Девушка.

Увидев её здесь и в таком качестве, я опешил, но эмоции сдержал. Хотя она, конечно, рассчитывала выбить меня из колеи.

Это была секретарь Адриана Коровина — Лиза.

Только на этот раз выражение лица у неё было совсем другим: уверенным и сосредоточенным. Она прощупала меня цепким взглядом и села во главе огромного стола. Теперь вместо скромных юбки и блузки на ней, как влитая, сидела чёрная форма инспектора.

— Удивлены, господин Волков? — поинтересовалась девушка.

— Немного, госпожа... Бык, — ответил я, нахмурившись.

Она кивнула.

— Елизавета Бык. Агент «Железного Бутона» и старший инспектор, а сегодня, по совместительству, ещё и проведу с вами беседу.

При ней не было привычных папок и блокнотов, она ничего не записывала и не выглядела вечно взмыленной от работы.

Это была совсем другая Лиза. Судя по взгляду, жёсткая и хитрая.

Знал бы Коровин, кто на самом деле постоянно ходит у него под боком, он бы не заваливал её делами.

— Что ж, начнём беседу, — сказала она, откидываясь на спинку кресла. У неё даже голос изменился. — Расскажите всё, что знаете о заговоре Жрецов с подземными магами и контрабанде фагнума.

Мой рассказ вышел быстрым и чётким, потому что я прокручивал свой доклад в голове несколько раз, пока летел до тюрьмы.

Выслушав, Лиза кивнула и неожиданно задала вопрос совсем из другой области.

— Откуда вы родом, господин Волков?

Я начал гнуть ту же линию, что обычно.

— Из Северного Нартона. Мои родители — Целители. Отец умер, а мать живёт в деревне около соляных шахт на севере Нартонской Долины, но я не хотел бы...

— Мы проверили все деревни Нартонской Долины и не нашли ни одной семьи с фамилией Волковы.

— Там такая глухомань, что вряд ли бы вы её нашли.

Лиза по-лисьи сощурилась.

— Когда я говорю, что мы проверили все деревни — это значит, все. Даже бюрократические проволочки не помешали нам сделать это быстро, всего за неделю. Бюрократия, она ведь во всех мирах одинаковая, не так ли?

А вот это уже был жирный намёк.

У «Железного Бутона» появились подозрения, что я Иномирец. Только прямых доказательств явно не имелось, иначе мне бы уже предъявили их в лицо, а не вели со мной беседы.

— Наш дом находится в лесу, на отшибе, — ответил я сухо. — Мои родители не особо любили общество. Не вижу ничего необычного в