Гробница Ариэля - Guiltythree

А труп Великого Монстра, который они использовали в качестве укрытия, как раз медленно уносило течением в том же направлении.

Титаническая туша Чёрной Черепахи была похожа на корабль, который вполне мог доставить их до места назначения. А раз так, то не было смысла сражаться с лазурным змеем, да и вообще с кем бы то ни было.

Разумеется, всё могло измениться к худшему в любой момент. Будущее было неясным, и нельзя было предсказать, что произойдёт.

'Нет… стоп… раз уж мы плывём вниз по течению, то разве это не прошлое является неясным? Ах… голова болит…'

Санни вздохнул и взглянул на Нефис:

«Что же нам тогда делать? Каков нас следующий шаг?»

Она посмотрела вверх. Семь солнц уже начинали тонуть в сияющих водах Великой Реки, и рассвет на восточном горизонте медленно исчезал в кромешной тьме ночи.

Нефис опустила взгляд.

«…Уже поздно. Наверное, нам стоит отдохнуть, а утром взглянуть на ситуацию свежим взглядом. Не знаю, как ты, а я сильно устала. Я давно не спала, да и битва черепахи со змеем сильно меня вымотала».

Санни криво улыбнулся.

Он тоже устал… последние пару дней он ничего не делал, только дрейфовал по небу, но, как оказалось, ничего не делать — очень утомительно. Особенно когда человек висит между гладью мистической реки и небом, вынужденный следить за обоими, чтобы какая-нибудь ужасная тварь не проглотила его целиком за один присест.

«Да. Я тоже устал».

Спустя некоторое время они вдвоём укрылись от ветра и пронзительного взгляда древнего змея в знакомой расщелине в панцире мёртвой черепахи. Между ними горел небольшой костёр, отбрасывая тени на чёрный камень.

Тени плясали в его свете.

На тёмном острове было не так много вещей, которые можно было бы использовать в качестве горючего, но у Санни в Жадном Сундуке хранилось несколько кирпичей прессованных синтетических дров. И вновь его верный металлический сундук оказался полезным… к сожалению, он был уже практически пуст.

Нефис приготовила блюдо из последних запасов Санни, и они вдвоём насладились поздним ужином, пока мир медленно поглощала тьма. Мягкое свечение воды не было видно изнутри расщелины, и казалось, что за пределами небольшого круга, освещённого огнём, нет вообще ничего.

На чёрном небе не было ни одной звезды, и поэтому…

Санни невольно вспомнил похожую ночь, произошедшую много лет назад, когда они с Нефис впервые встретились на Забытом Берегу и беседовали в темноте.

'Боги… с тех пор ведь прошло почти четыре года, не так ли?'

На его лице появилась небольшая улыбка.

«Слушай… помнишь, ты рассказывала мне о приключениях Одиссея?»

Нефис оторвала взгляд от еды и на мгновение замешкалась. На её красивом лице появилось задумчивое выражение.

«Конечно. А что?»

Санни покачал головой и отправил в рот ложку ароматного густого супа.

«Нет, ничего. Этот Одиссей… не думаю, что он прошёл и через половину того дерьма, через которое пришлось пройти нам…»

Глава 1250: Смерть героя

На лице Неф появилась слабая улыбка. Она некоторое время смотрела на огонь, а затем прислонилась спиной к обветренному чёрному камню и пожала плечами.

«Кто может сказать? Есть много историй об испытаниях и бедах, которые ему пришлось пережить».

Окунувшись в тепло костра и наевшись до отвала, Санни почувствовал, как его тело и разум расслабляются. Бросив на неё любопытный взгляд, он спросил:

«А какая история об этом парне твоя любимая?»

Нефис некоторое время молчала, её задумавшееся лицо было погружено в тень, и только его смутный силуэт виднелся в темноте… а также пляшущие белые искры, сверкающие в глубине её глаз.

В конце концов она сказала:

«Может быть, эта история и не самая любимая… но я часто думаю о ней».

Санни поднял бровь.

«О чём же она?»

Неф тихо вздохнула, после чего ответила:

«Одиссей был великим героем Эллады, но он не был величайшим. Величайшего и самого могущественного героя звали Геракл, он был полубогом и истребителем чудовищ. Геракл обладал невероятной силой и совершил множество невероятных подвигов… после его смерти боги забрали его душу в небесное царство, где он сам стал бессмертным божеством».

Она сделала секундную паузу.

«Однако однажды Одиссей спустился в подземный мир, где увидел тени умерших. Среди них была забытая тень Геракла… поэтому в детстве я всегда удивлялась, как Геракл может быть одновременно и богом, и потерянной тенью в стране мёртвых».

Нефис слегка сдвинулась с места и пошевелила рукой, отчего огонь вдруг запылал ярче.

«Я спросила у бабушки, и она объяснила, что одна часть Геракла была божественной, а другая — человеческой. Именно божественная часть Геракла вознеслась к богам, а человеческая была низвергнута в подземный мир и обречена вечно скитаться по его тёмным залам.

В её голосе прозвучала тоска.

Санни нахмурился и бросил на неё мрачный взгляд.

«Это… немного запутанно».

Неф улыбнулась.

«Правда? Я тоже всегда считала, что это совершенно несправедливо, когда боги просто отбрасывают человеческую часть Геракла. Даже лицемерно».

Она помолчала несколько мгновений, а затем пожала плечами.

«Конечно, когда я стала старше, я поняла, что на самом деле это просто две разные версии мифа, столкнувшиеся друг с другом. Истории об Одиссее более древние, и поэтому Геракл, несмотря на то, что был величайшим из героев, в тех древних мифах трагически погиб. Известная нам версия его собственных историй более новая, и первоначальная концовка в какой-то момент была изменена на более счастливую, с дополнительным уроком: «Будь доблестным героем, и тебе воздастся». Что-то в этом роде».

Когда она закончила говорить, Санни внезапно рассмеялся. Его глаз сверкнул в темноте.

«Значит, маленькая Неф думала, что боги лицемерят? Теперь я понимаю… оказывается, твоё презрение к авторитетам уходит корнями далеко в прошлое».

Уголок её рта скривился.

«…Наверное, так и есть».

'Неудивительно, что она твёрдо решила убить Суверенов и уничтожить Заклятие… эта безнадёжная сумасшедшая была такой с самого начала…'

Санни некоторое время колебался, но потом всё же спросил:

«А тебе не кажется, что это тоже немного лицемерно? Ты ведь теперь сама являешься большим авторитетом. Леди Меняющая Звезда из клана Бессмертного Пламени, факелоносец человечества и кумир миллионов людей, как обычных, так и Пробуждённых. Это кажется противоречием».

Нефис взглянула на него через огонь с нейтральным выражением лица. Во время ответа в её глазах заплясали искры белого света:

«Люди — противоречивые существа. Они могут вести геноцидные войны во имя пацифистских религий, говорить правду, чтобы обманывать друг друга. Они даже могут любить и ненавидеть что-то… или кого-то… одновременно».

Отвернувшись, она пожала