Роботер - Алекс Лэмб

Когда Сент-Эндрюс остался далеко позади, Уилл принялся за единственное занятие, доставляющее хоть какое-то удовольствие в новой корабельной жизни: виртуальный дизайн, метафорическое ассоциирование.

Быстрый скан сети «Ариэля» – и отыскалось место, над которым Уилл ещё не работал: вторичный узел распределения ресурсов в системе жизнеобеспечения. Роботер прошёл по ссылке и оказался в комнате с голыми белыми стенами, с пустыми прямоугольными дырами вместо дверей.

Единственная отличительная черта: огромный портрет незнакомой женщины, с волосами, собранными в жёсткий пучок на затылке, с плотно сжатыми губами, растянутыми в холодной улыбке. Никакой мебели. На полу валяются записные книжки, ярко раскрашенные многоугольники. Уилл покачал головой. Может, у Дуга и блестящий послужной список, но вот с воображением у прежнего корабельного роботера было не ахти.

Уилл обвёл комнату рукой и приступил к работе. Блокноты и многоугольники прыгнули в воздух, выстроились ровными рядами у стены. Уилл ткнул виртуальным пальцем в стену.

– Казино! – приказал он.

На стенах и полу залоснился красный бархат, комната стала каютой на баке круизного лайнера Старой Земли. Из пола выскочили карточные столы и рулетка.

– Ты можешь идти, – разрешил Уилл женщине с портрета.

Щелчок пальцами – и портрет исчез в огненной вспышке. Отлично! Уилл пошёл, указывая пальцами на блокноты и многоугольники, веля превращаться.

– Колода карт! Группа фишек! Крупье!

Ассоциация между отчётливыми визуальными образами и программными блоками давала роботеру возможность быстрой интуитивной навигации по сети. Уилл предпочитал яркие исторические картины. Они создавали настроение, а это сокращало время прыжков от узла к узлу. Уилл давно понял: чем ближе дизайн к реальности, тем эффективней разум справляется с ним. Потому Уилл заботливо воссоздавал даже мелочи вроде окон и стульев.

Его личные узлы моделировали дом детства в городе-каньоне Эндуранс. Свой дом Уилл знал до мельчайших подробностей. Но «Ариэль» – другое дело. Тут многие метафоры ещё основаны на впечатлениях Дуга. Не обязательно менять их все, но Айра приказал – и Уилл выполнял приказ. Искоренение всех следов Дуга стало своего рода терапией. Храбрый Дуг, глядевший в лицо смерти. Чудесный Дуг, который так славно уживался с капитаном.

– Эй, ты занят? – спросил выскочивший аватар Рэйчел.

А когда бедный роботер не занят, скажите на милость? Уилл с трудом подавил желание ответить колкостью. Вместо того он сказал:

– Не более обычного.

– Я хочу извиниться. Понятно, не твоя вина в том, что сработала тревога. Я проштрафилась. Следовало проверить стабильность СОПа, перед тем как начинать прогон.

– Нет, вина моя, – ответил Уилл, качая головой. – Я слишком уж замучил того чистильщика. Потому он и застопорился. Скверно обращаюсь с роботами. Непростительно.

– Не хуже, чем Айра с тобой. Я думаю, ты справляешься отлично, а он – дерьмо.

– Надеюсь, ты это не вслух, – заметил Уилл.

Она усмехнулась и покачала головой.

– Нет. Я раньше времени взяла свой час отдыха, чтобы поговорить с тобой.

Её лицо опять стало серьёзным.

– Кэп всегда суров с новенькими, но сейчас он зашёл слишком далеко. Он ни с кем из нас не обращался так, как с тобой. Мы все видим, что он творит, – и нам неловко.

Уилла тронуло и удивило то, что Рэйчел улучила время поговорить с ним, но она лишь подтвердила уже известное: у Айры зуб на нового роботера. Судя по записям Дуга, капитан относился к команде по-семейному. Казармой и не пахло. Дисциплина на «Ариэле» была до крайности непринуждённая, но всё работало как часы, потому что команда разных и неординарных людей фанатично любила капитана и корабль. Айра был почти как патриарх маленького клана. Но с Уиллом он повёл себя совсем иначе. Что подводило к болезненному, но единственно возможному выводу: капитан просто ненавидит нового роботера, и это уже ничем не исправить.