Расплата - Вячеслав Бец

– Оно самое.

То, что Логинов говорит так, ещё не означало, что он верит или собирается поверить Павлу. По крайней мере, Гронин рассуждал именно так. Но разговор пошёл таким образом, что у Павла появилась возможность будто бы между делом задать интересующий его вопрос.

– «Рассвет» не впервые ведёт себя совсем не как союзник. Им что, всегда такое сходит с рук?

– Речь сейчас не об этом…

– Об этом, Иван Павлович, как раз об этом, – не отступался Гронин. – Что происходит? Почему такое допустимо? Что такое «Булат», если союзники позволяют себе такие действия по отношению к нам?

Пауза, возникшая в результате речи Павла, была слишком уж длинной. Здесь было два варианта: либо Логинов в тупике и не может быстро решить, что ответить, либо он размышляет о том, стоит ли отвечать на вопрос честно, ничего не скрывая, и к чему это в последствии может привести. Гронин, конечно, сомневался, что это второй вариант, но очень хотел бы, чтобы это был именно он.

– Я так устал, Паша.

Генерал ответил слишком уж неформально. Вздохнув, он откинулся на спинку стула и задумчиво уставился на стол, а через пару секунд продолжил.

– Смертельно устал. От них всех. Иногда думаю: какого хрена я не сдох во время эпидемии? Почему мне выпало столько дерьма? Возиться с этими старыми долбо. бами, пытаться что-то сделать с этим застоявшимся говном под названием «Булат»…

Он снова вздохнул и перевёл взгляд на стакан, на треть наполненный янтарной жидкостью. Колебания продолжались секунды три, а затем его рука неспешно потянулась к нему. Какое-то время старик задумчиво покачивал стаканом, наблюдая, как плещется его содержимое, затем отпил примерно половину без всякого тоста и даже взгляда в сторону хозяина кабинета.

Павел видел, что со стариком что-то происходит, что он борется с собой, и с надеждой ждал окончания этой борьбы. Дождался в итоге лишь того, что Логинов допил коньяк и с сомнением посмотрел на бутылку, в которой осталось чуть больше половины. Тогда Павел решил вмешаться.

– Не очень лестные высказывания. Можно поинтересоваться почему? – спросил он.

– Потому что так и есть, Паша, – отрезал Логинов, даже не взглянув на собеседника.

Немного помолчали. Гронин осторожничал. Он предпочитал сначала посмотреть, что предпримет соперник, а потом уже использовать действенные контрмеры, а о чём думал Логинов – оставалось загадкой.

– Как ты думаешь, что мы из себя представляем? Я про «Булат», – нарушил молчание генерал.

– Мне трудно ответить на этот вопрос. Организация огромна, и я с ней не знаком. У меня тут свои проблемы и дела.

– Ладно. Я тебе расскажу. Ты знаешь, что после эпидемии не вся армия развалилась? Вернее, поначалу развалилось почти всё, но потом более менее быстро удалось кое-как собрать в кучу примерно четверть старых баз, частей и запасов, и на этой основе создать ядро новой организации. Появился базис, но в скором времени организация столкнулась с серьёзной проблемой: обеспечение. Армия по большому счёту никогда ничем себя не обеспечивала. Этим всегда занималось государство через огромный ВПК, смежников и частные структуры. Армия занималась только хранением и постепенным, осторожным, а где-то и не очень, разбазариванием запасов. И вот, преодолев первый кризис, новоиспечённый «Булат» тут же попал во второй – как поддержать своё состояние? Генералы подумали-подумали и нашли отличный, проверенный веками способ. Как думаешь, какой?

– Раз проверенный веками, то… свалить поиск решения на подчинённых? – догадался Паша.

– В точку. Офицеры пониже рангом спихнули всё дальше вниз. Сам понимаешь, какой был в итоге эффект. Месяца через три стало понятно, что выжить организации будет очень-очень трудно. Примерно в то время в неё пришёл я и привёл с собой кое-кого из наших ребят. Гемора тогда было выше крыши. Вокруг бардак, все вооружились и стреляли по поводу и без, постоянно где-то что-то взрывалось или воняло. Кое-как мы протянули ещё три месяца, а потом, когда дела стали совсем плохи, начались заказы от торговцев, которые как раз набирали силу. Мы-то умели только оружие в руках держать, а гильдейцы оказались хитрее – они пошли в производство и инфраструктуру, запугиванием или договорами забрав себе всё, что только могли. Многие банды тогда влились в ряды гильдии, но им всё равно не хватало силы. И этой силой стали мы. Вся уцелевшая армия стала одним большим наёмником. Не всем это понравилось, но таковы были реалии. Благодаря этому мы сумели выжить, а после понемногу выйти и на самообеспечение, но у нас на это ушло три года, а у гильдии – три месяца. Вот, что такое качественное, продуманное управление.

Это была интересная информация. Подобным Паша интересовался давно и везде, где только мог, по крупицам собирал данные.

– Как они это сделали?

– Долгий рассказ. Если вкратце, то у истоков там стояли и стоят сильные управленцы, которые бесподобно ведут переговоры и торгуются. Видимо, в новом мире это стало ещё важнее, чем раньше.

– И всё равно это феномен, согласитесь? – осторожно направил разговор Гронин.

– Какая теперь разница? Главное – они сумели сделать так, что мы во многом зависим от них и постепенно всё больше теряем самостоятельность. Самые горячие годы давно в прошлом, теперь важнее стали не грубая сила, а то, что необходимо для спокойной, комфортной и сытой жизни. А как раз в этом мы зависим от торговцев полностью. Это, разумеется, если не брать в расчёт войну с сектой. Она – наш шанс.

– А при чём тут тогда «Рассвет»?

– «Рассвет»…

Логинов сделал паузу, опустив лицо и потирая ладонью морщинистый подбородок.

– Представь себе, что я почти ничего о них не знаю. Я! Иван Павлович Логинов НИЧЕГО не знает о таком крупном игроке. Ты ведь понимаешь, что это не от того, что мне не интересно или не хочется узнать? – генерал поднял взгляд на Гронина.

– Догадываюсь, – кивнул Павел, хотя конкретно этим словам генерала не поверил.

– Я знаю, чем они занимаются, кое-что знаю об их делах с торговцами, но только и всего. Я понятия не имею ни где они находятся, ни где их лаборатории или базы или что там у них такое. И главное – я с трудом себе представляю их реальный потенциал и цели.

Генерал говорил, не сводя с Павла взгляд, и сделал очередную паузу. То ли он ожидал, что Гронин будет что-то спрашивать или уточнять, или думал, что он отреагирует как-то по особенному, но Павел оставался спокоен и невозмутим.

– Обычно от их имени говорит гильдия, но в серьёзных вопросах может заявиться и кто-то от них самих. Как в этом случае с тобой, – закончил Логинов и снова притих.

Конечно, Павел мог бы продолжать молчать, вынуждая генерала самого рассказывать, но тогда информации он может получить меньше. Да и генерал своим поведением и словами намекает, что ждёт вопросов.

– Так что конкретно они сейчас говорят? Что не так? Они нанесли нам тяжёлый урон, а теперь ещё и пытаются выставить в чём-то виноватыми?