Последняя девушка - Джо Харт

– Ты ее видела? – спросила Мика, даже не позволив ей отдышаться.

– Кого?

– Ради бога, Зоуи! Стерву, которая попыталась избить тебя вчера днем. Ту самую, что провела сутки в карцере.

– Да, я ее видела.

– И?

– И она меня обняла.

Мика еще никогда не выглядела настолько ошеломленной. Задумчиво подвигав челюстью, она потрясла головой.

– Фу! – выдавила наконец она, высунув язык. – Я бы предпочла, чтобы она меня ударила.

– Да. Но у нее были скрытые мотивы.

– Это как?

– Она сказала, что собирается меня прикончить.

– Что ж, полагаю, на нее это больше похоже.

Зоуи вздохнула и взяла с подноса овощной соус и несколько кусочков волокнистого мяса неизвестного животного.

– Я знала, что это лишь ухудшит дело.

Мика откусила большой кусок мяса и принялась громко его пережевывать.

– Я бы не была так в этом уверена. Когда Рита была здесь, она выглядела довольно паршиво. Не смогла съесть ни кусочка, просто уставилась в тарелку, и все.

– Ты видела Пенни?

– Нет. Она так и не появилась. Долбаная стерва! Ей, наверное, понравилось сидеть в карцере. Держу пари, это было для нее настоящим удовольствием.

– Может быть.

– А где ты так испачкалась? – хитро улыбнулась Мика, словно о чем-то догадывалась.

– Я же сказала – наверное, к чему-то прислонилась.

– Да ну? Что ж. Если ты вспомнишь, что мы с тобой еще друзья, и захочешь поделиться, я буду ждать.

– Мика…

Мика пожала плечами и уставилась в тарелку с желатиновым пудингом. Зоуи размышляла: рассказать ли о том, что случилось в технической комнате? Но Мика всегда напоминала ей один из этих маленьких овальных камешков на прогулочных дорожках, которые они иногда пинали друг другу, – никогда не знаешь, куда он отскочит.

– И все-таки я рада, что Рита не поменялась. Я бы очень скучала по ее очаровательной улыбке, – сказала Мика, продолжая смотреть в тарелку.

Зоуи рассмеялась и чуть не подавилась тушеным мясом, которым был набит ее рот. Мика тоже захохотала, а секунду спустя к ним присоединилась и Лили, хихикая и переводя взгляд с одной подруги на другую.

– Тишина! – приказал им Томас с другого края стола. Девушки утихли, продолжая смеяться уже без звука.

* * *

Она стояла в лазарете прямо перед дверьми. Стальными гигантами высотой в несколько километров, которые никогда не открывались перед нею прежде. Их верхушки терялись в облаках, как горы, которые она видела на фотографиях в учебнике НАД. По ногам ее что-то стекало, а руки были перепачканы липкой кровью. Зоуи с удивлением посмотрела вниз, не чувствуя боли, и увидела алое пятно, растекающееся по белому платью для церемонии. Вдруг она услышала детский плач. С разрывающимся от боли сердцем Зоуи попыталась повернуться, чтобы посмотреть, откуда идет этот звук. Но ноги ее окаменели, словно она оказалась в застывшем бетоне. В этот момент она услышала еще один звук – низкий рык, который заглушал детский плач. Глубокий, нечеловеческий рев – казалось, его могла издавать лишь машина. Но это было не так. Инстинкт подсказал ей, что это существо было живым и к тому же голодным. Ее ступней вдруг коснулось что-то влажное, и Зоуи посмотрела вниз.

Из-под двери вытекала прозрачная вязкая слизь. Она растекалась между босых ступней Зоуи, отчего кожа на ее ногах начала вдруг плавиться. Зоуи запрокинула голову, чтобы закричать, но вопль застрял в ее горле, когда она увидела ЭТО.

Двери распахнулись, и перед Зоуи предстало нечто: мелкие острые шипы, теряющиеся в складках красной плоти.

Зубы.

Дверь была усеяна зубами, по которым стекала слюна, падая на пол и растекаясь между ступней, сжигая их, сжигая, сжигаясжигая…

Подскочив на кровати, Зоуи проснулась. Сердце ее бешено стучало, грудь вздымалась от учащенного дыхания. Опираясь на руки, она часто моргала, пытаясь прийти в себя. Зубы были плотно сжаты, сдерживая рвавшийся наружу крик ужаса. Она медленно опустила глаза и посмотрела на ноги в полной уверенности, что увидит там не что иное, как окровавленные и обожженные до кости обрубки, разъеденные кислотой слюны, вытекшей из-под двери. Хотя нет, из двери, ведь ртом была сама эта дверь, которая хотела проглотить ее без остатка.

Она поняла, что сейчас случится, всего за секунду до этого. Вскочив с постели, Зоуи побежала в ванную, но ноги, еще ватные после сна, не удержали ее, и она упала. Стараясь сдержать подступающую тошноту, она поползла к душевой кабинке. С клокочущим звуком Зоуи вырвала свой безвкусный ужин, который медленно стек к водостоку и исчез в трубе. Зоуи прокашлялась, чувствуя во рту привкус желчи – и еще крови. Она прикусила язык в том самом месте, что и за день до этого.

После нескольких мучительных минут спазмы в животе утихли. Зоуи включила горячую воду и смыла остатки наполовину переваренного ужина. Потом открыла кран с холодной водой и начала плескать ее на лицо – до тех пор, пока кожа не онемела. Если бы она могла, то хорошенько прочистила бы и мозги, вымывая из них злосчастную картинку, все еще стоявшую перед глазами, и звуки детского плача.

Доковыляв до кровати, Зоуи услышала шум, нарастающий в коридоре. Почувствовав холод, она протянула руку к одеялу. Топот ботинок в коридоре становился все ближе. Из-под двери показалась чья-то тень. Раздался щелчок разблокированного замка, и дверь открылась.

Лицо Диллерта – это первое, что она увидела в проеме прежде, чем его оттеснили два других охранника и Красноглазый, поблескивавший алыми стеклами своих защитных очков. Позади них показалось каменное лицо Саймона, который был мрачнее тучи.

С кривым подобием улыбки Диллерт прошел в комнату, осмотрел ее и остановил взгляд на девушке.

– Привет, Зоуи. Не возражаешь, если мы войдем?