Вторжение - Влад Лей

— Как мы? — ухмыльнулся Гор.

Торир не нашелся, что на это сказать.

Молодец все-таки Гор, к нашему разговору уже прислушивались многие, и после заявления Гора громко засмеялись.

— Оставь его, — сказал я замешкавшемуся Нуки, — посмотрим, что он может нам предложить.

— Да что он может предложить? — проворчал Нуки. — Убьем его, и все проблемы.

— Убить его мы всегда успеем, — ответил я, — но не сейчас. Сейчас нужно заняться тем, зачем мы сюда и пришли.

* * *

Наконец-то я снял неудобную и крайне непрактичную броню гвардейцев, сменив ее на свою обычную одежду и «доспех». Едва переодевшись, я сразу себя почувствовал лучше — будучи «гвардейцем» я словно бы был не в своей тарелке.

Нуки, Гор и Олаф, так же облачившись в «свое», повели нашу армию вперед.

Викинги, словно лавина, хлынули от берега к подножию Ладони бога. Возле драккаров осталось едва ли десять бойцов, которые охраняли корабли и двух пленников, оставленных «на потом».

С оставленными на берегу «охранниками», к слову, возникли большие проблемы. Я крайне опасался того, что оставленные без присмотра корабли могут пострадать. В частности, местные с легкостью могут их сжечь, уничтожить.

Но, к сожалению, моих опасений никто из северян не разделял. И оно понятно почему.

Северяне привыкли к тому, как они воюют у себя дома, на своих островах: приплыли на землю врага, высадились, напали на вражеское селение и дальше два варианта. Первый: все срослось ‒ награбили, наубивали и идем обратно, садимся на драккары, уплываем домой. Вариант второй: добираемся до селения или еще на подходах получаем по сусалам. Разворачиваемся и бежим к драккарам. Плывем домой, грозя врагу «вернуться и отомстить».

Все.

У северян не принято сжигать, уничтожать драккары друг друга. Одно дело ‒ сжечь корабль, когда бывших его владельцев не осталось (как было в нашем случае, во время той, моей самой первой битвы на Одлоре), и совсем другое ‒ попробовать обхитрить врага, обойти его или заслать диверсантов, сжечь корабли задолго до того, как разберешься с его владельцами.

Такой подход не одобрялся северянами по ряду причин: если некуда будет отступать, не на чем будет уйти домой, то прибывшие на твой остров враги останутся на нем и будут всячески гадить, пока не убьешь последнего из них. Ну и подобное действие (имею в виду сжечь корабль врага) не одобрят не только сами владельцы корабля, но и твои же воины — ты будешь выглядеть в глазах своих же трусом.

Но все эти правила действуют и актуальны там, на островах. А здесь они совершенно ни к чему. Здесь другие люди и у них совершенно иная логика. Они — то как раз захотят наши корабли уничтожить. Мы не сможем уплыть, не сможем забрать награбленное. Мы будем здесь. Ровно до тех пор, пока за нами не нагрянут регулярные войска. И тогда нам конец.

Но как только я заикнулся, что нужно кому-то остаться возле кораблей, то тут же услышал недовольный ропот — никто не хотел оставаться. Молодые рвались в бой, хотели заслужить славу, проявить себя в сражении. Старые не хотели оставаться, так как боялись упустить добычу.

И плевать, что она вроде как делилась «по-честному». Я уже понял, что в набеге «заныкать» какую-нибудь побрякушку считается нормой. И вовсе это даже не крысятничество. Опять же, участвуя в сражениях и стаскивая хабар в общую кучу, намного проще «застолбить» нечто ценное и необходимое.

И именно поэтому добровольцев на охрану кораблей я не нашел.

Сейчас удалось решить проблему увеличением доли «сторожей», однако в дальнейшем я намеревался ломать эту систему к черту. Что это за армия, что за дисциплина, если твой же подчиненный, солдат твоей армии может смело заявить:

— Нет, ярл, я не останусь сторожить драккары, я хочу в бой.

И при этом рядом стоящие поддакивают ему и кивают головой, мол, правильно, так и надо.

Мне подобное совершенно не нравилось. Тем более, уверен, если на корабли нападут и сожгут к чертям — виноватым объявят меня. Мол, недодумал, недопредвидел, что такое может случиться.

Плохой ярл, плохой!

Короче, вопрос дисциплины снова актуален. Фактически я никак его не решил еще с того, первого набега. Замотался, был занят другими делами и совершенно забыл о том, с чем могу столкнуться, и во что мне это все может вылиться.

Итак, «сторожей» мне удалось найти. Как и говорил — за двойную долю (эти средства придется выделить из моей доли ярла). Однако в дальнейшем так решать вопрос я не собирался — очень быстро в «сторожа» начнет набиваться всякий сброд. Если сейчас худо-бедно я еще мог быть спокоен — воины на берегу остались достойные, то в следующем набеге я нисколько не удивлюсь, что вернувшись к драккару, обнаружу дрыхнущих прямо на земле, вдрызг пьяных «сторожей».

Нужно будет подумать над новой системой. Нужно продумать и награды, и наказания. Но это потом. А пока…

Пока что у нас набег и крупный улов.

К перекрестку, одна из дорог которого вела к Ладони бога, я подошел чуть ли не последним. А причиной тому стала отправка моего «разведотряда» в лице трелла-торговца и его «охранников». Их всех я еще раз и детально проинструктировал.

Затем, когда они отправились в путь, настал черед «грабителей» — семеро воинов, которым предстоит бедокурить на тракте до весны, собирая добычу в удобный схрон, любезно оборудованный покойным старейшиной и его сыновьями.

Лишь отпустив «разбойников», я смог наконец-то отправиться к перекрестку и возглавить свою армию, уже прямо-таки пританцовывающую на месте от нетерпения.

И мы двинули вверх.

Почти добравшись до вершины, я пустил вперед «маскарад» — нескольких воинов, одетых ровно так, чтобы гуляки на Ладони бога решили, будто те самые «демоны», которых они так боятся, таки явились.

В целом моя задумка удалась. Воины в рогатых шлемах, в черных накидках выглядели будто назгулы, явившиеся из Средиземья.

И их появление произвело эффект взорвавшейся бомбы. На Ладони Бога стояла полнейшая тишина. Люди с ужасом взирали на словно бы выросшие из-под земли устрашающие, пугающие фигуры.

Однако стоит отдать им должное: гвардейцы довольно-таки быстро пришли в чувство. Один из них (судя по богато украшенной броне ‒ какая-то важная шишка) заорал нечто воодушевляющее и первым ринулся в бой. За ним тут же последовал один из гвардейцев, следом еще один, и еще, и еще.

Вот уже около трех десятков гвардейцев несутся на наших «демонов».

Однако к такому повороту я был готов. Еще бы, надо быть полным глупцом, чтобы не додуматься до того, что насмерть перепуганный народ, то ли пытаясь скрыть свой страх, то ли как раз из-за него, бросится в драку.

Между «демонами» проскользнула вперед «элита» — самые опытные и бывалые ветераны, которые и встретили гвардейцев, разделались с ними в считанные секунды.