Маневры 3 - Азк

— Противотанковых средств у нас нет, поэтому немедленно сделать две вещи: вязать связки гранат и подготовив позади позиций учебное место, обкатать всю пехоту специально выделенной самоходкой. Пехотинцы не будут в панике отходить, а мы не останемся с немцами один на один на прямой наводке! Выводить на обкатку по-отделенно!

Производилась она так: сначала "Гвоздика" утюжила пустую траншею. Затем к этой траншее подводили красноармейцев, и они сами убеждались в ее прочности и надежности. Потом начиналось самое главное: бойцы занимали траншею, на которую медленно наезжала самоходка.

Когда с первым отделение полностью провели занятие, я не выдержал и спросил: — Ну как, хлопцы? Знаете, как вести себя в траншее, когда над головой проходит танк?

— Знаем...

— Что, недружно отвечаете? Или побаиваетесь?

— Да нет, не боимся. Но все же... Ведь танк — вон какая громадина! А земля-то мягкая, сыпучая. Всякое может случиться...

Ничего нового в таком ответе для меня не было. В нашем мотострелковом полку командир поступал следующим образом: не желая тратить моторесурс танкового батальона, начальную обкатку личного состава проводил "Гвоздиками" или КШМками управления, а зачетные упражнения уже как положено танками. Если учесть что в полку более двух тысяч человек, то можно представить от скольких проблем он уходил разом. Ну а офицеров дивизиона наш Суворыч частенько назначал ответственными за это дело. Так что методику обкатки знал досконально.

Взяв в руку наскоро связанную поясным ремешком связку ребристых гранат: — Главный способ поражения бронетанковой техники противника, является фугасный подрыв. Кидать связку гранат необходимо либо под гусеницы, либо на крышку моторного отделения, если позволяет ситуация в открытый люк башни.

После этого сымитировав срыв кольца, и бросок связки, продолжил: — Очень важно, после этого быстро залечь, а не рассматривать попал или нет, так как при этом вы будете поражены осколками своих гранат! Ясно всем? На морду танка и в борта связку не кидать! Танк железный и связка отскочит на землю и никакого вреда танку не нанесет, а вот вас может при этом поразить взрывной волной или осколками! После того как упали на землю обязательно открыть рот, тогда вас не контузит!

Осмотрев строй, еще раз спросил: Все понятно? Если что неясно спрашивайте сейчас, во время боя будет некогда, да и не у кого!

— А можно по траншее отползи в сторону?

— Даже нужно, если с нового места кидать удобнее, или надо укрыться от огня танкового пулемета! Еще вопросы будут?

Больше красноармейцы вопросы не задавали и мы приступили к выполнению упражнения.

— Ладно славяне, что бы было наглядно показываю! Ничего страшного нет, начальство абы куда не полезет, траншея безопасна, танк не страшен. С этими словами спрыгнул в недавно отрытый окоп, и уже оттуда махнул механику "Гвоздики": — Давай!

Выйдя после проезда САУ из окопа, спросил, отряхиваясь: — Ну что, кто первый?

Дело сразу пошло веселее. Один из бойцов связку кинул особенно удачно. После окончания занятия спросив его фамилию, объявил ему благодарность перед строем, а сам взял его на заметку как гранатометчика.

Поэтому уже после первого раза стал выявлять бойцов которые меньше всего терялись во время упражнений. Они будут кидать связки гранат в бою.

Чтобы успеть пропустить через это упражнение всех, пришлось просить выделить еще две самоходки, и все равно не успели — около взвода личного состава остались не обкатанными.

Несмотря на спешку, все равно когда процесс был уже отлажен, вспомнилось как это было у меня в первый раз.

На нашем танкодроме, недалеко от хлевов подсобного хозяйства был выбран ровный участок, на котором несколько солдат с гауптвахты отрыли около десяти метров траншеи, укрепив стенки плетнем из срезанных в ближайшей посадке веток и кольев. Когда все было готово, первым полез все это испытать. Спрыгнул вниз, подергал для успокоения ближайший кол плетня, высунул голову из-за бруствера и махнул рукой механику самоходки, которого отрядили для этого дела. Когда машина подошла ближе, и стала ощутимо дрожать земля под руками, да еще тоненькими струйками во многих местах осыпаться земля через плетень, вот тогда стало по настоящему СТРАШНО! А когда машина начала медленно наползать на бруствер и заслонила собой полнеба, то честно, до сих пор не понимаю, как я тогда не обделался?!

Как мне потом сказал один из офицеров, проходивший мимо по своим делам, когда я вылез из траншеи, был весь в пыли, мокрый от пота, с окровавленной губой, шальными глазами и перекошенным лицом. После этого такое повторялось десятки, если не сотни раз, но запомнился этот, ПЕРВЫЙ. Тогда я понял почему часто солдаты не выдерживали такого нервного напряжения и сломя голову бежали не видя и не понимая куда и зачем. Постепенно, от занятия к занятию, методика обучения совершенствовалась, некогда ровный участок превратился в полноценный мини полигон, на котором уже проходила не только обкатка, но и более сложные упражнения, например такие как выдвижение бойца навстречу танку, используя естественные укрытия — ложбинка, склон бугра, стена дома... Командир полка, даже получил благодарность за... творческий, не догматичный подход к учебному процессу.

Сделать успели многое, взвод семидесятишестимиллиметровых орудий успел сменить позиции — переместившись в небольшой колок, который удачно расположился на склоне пологого холма, напротив которого был крепкий деревянный мост. Его мы и не видели из-за складки местности. Когда это вскрылось, дергаться было поздно. Что бы как-то сгладить этот просчет комбат выдвинул балочкой две самоходки второго взвода, приказав расстрелять мост как только начнется артподготовка или авиаудар, под шумок так сказать.

Лейтенант— командир взвода "Шилок" и пограничники с пленными немцами прибыли практически одновременно. Небольшой затык был с переводчиком, но решили этот вопрос через радиосвязь со штабом, хотя комбат прослуживший в ГСВГ несколько лет очень неплохо шпрехал по ихнему. Так даже лучше оказалось — не надо потом докладывать ЧервонИю результат допроса — он сразу в курсе. Немчики оказались из третьего отряда двадцать первой эскадры ближней тактической разведки приписанного к одиннадцатой танковой дивизии вермахта.

Упирались не долго, и рассказали очень много интересного, вплоть до того какая ближайшая задача танкистов противника. На самом интересном