Темные празднества - Стейси Томас

– Нет. – Она бросает короткий взгляд на леди Тевершем, а затем поднимает подбородок и продолжает: – Но потом я нашла восковую куклу, изображающую лорда Гилберта, спрятанную у них под супружеским ложем!

Леди Тевершем удовлетворенно кивает, а ее сын громко протестует, замолкая под взглядом Уилла.

Затем мисс Торн торопливо покидает суд, но ее свидетельства не отклонены.

Мистер Хим позволяет себе минутку самодовольства:

– Я вызову на скамью саму леди Кэтрин?

– Сначала я хотел бы поговорить с лордом Гилбертом, – произносит Уилл после недолгого колебания.

Лорд Гилберт не выглядит привороженным, но Персиваль все равно обязан его об этом спросить.

– Вас приворожили? – задает он вопрос.

– Нет, – отрицает лорд Гилберт. Гордо стоя за трибуной, он повторяет эти слова присяжным, но ни его уверенность, ни непреклонность в том, что его жена – не ведьма, не кажутся им убедительными. В течение всего допроса они смотрят то на Уилла, то на мистера Хима, то на леди Тевершем, словно именно они, а не свидетели, должны решить, какая чаша весов перевесит.

Получив одобрение Уилла, мистер Хим подходит к лорду Гилберту.

– Ваша жена убила вашего отца?

Лорд Гилберт смотрит поверх головы мистера Хима.

– Нет.

Мистер Хим улыбается. Будучи полным решимости снискать расположение тех, кто стоит выше его на социальной лестнице, он старается выглядеть максимально угрожающе, зная, что сейчас на него смотрит леди Тевершем.

– Ну, что ж, даже если ваш сэр был убит не с помощью колдовства, в любом случае имело место его убийство. Разве коронер не предполагал изначально, что вашего тестя отравили?

Он замолкает, и связь между мною и Альтамией прерывается, когда леди Тевершем вдруг вскакивает на ноги.

– Моего супруга убило ведьминское проклятие.

– Мой отец болел в последние месяцы перед смертью. Его смерть имела абсолютно естественный характер и никак не была связана с колдовством или ядом, – добавляет сын.

Я сжимаю зубы от того, как легко отклоняются показания лорда Гилберта. Вместо того, чтобы и дальше продолжать давить на лорда, мистер Хим какое-то время злорадствует, прежде, чем попросить старшего шерифа привести леди Кэтрин.

Недовольство леди Тевершем растет, когда она видит, что на ее невестку не надели поножи, ее лицо – здорового цвета, а нижняя юбка расшита золотом и серебром. Не считая синяков под глазами, ничто во внешности леди Кэтрин не выдает ее недавнего заключения. Лицо одной из присутствующих в зале женщин уже не кажется таким восторженным. Война между королем и Парламентом привела к тому, что теперь каждого могут столкнуть вниз. Она представляет себя на месте этой девушки и ощущает тревогу от мысли о падении со столь большой высоты. Хотя, я уверен, она заставит себя забыть об этом страхе, а вот я должен делать все что смогу, чтобы всегда о нем помнить.

Леди Кэтрин полна достоинства, хотя взгляд у нее – как у лисы, которая попалась в ловушку в барсучьей норе, а потом будет отпущена лишь для того, чтобы быть растерзанной собаками. Лицо лорда Гилберта выражает сдержанную поддержку, и Кэтрин шагает к скамье подсудимых, кажется, не обращая внимания на перешептывания, в которых ее называют ведьмой и виновной.

– Меня зовут Кэтрин Тевершем, моя девичья фамилия – Майер, – заявляет она, поворачиваясь к присяжным, которых она превосходит по статусу благодаря замужеству. – И я – не ведьма.

Голос женщины усиливается звуковой панелью у нее над головой. В свою очередь, зеркало, висящее над кафедрой, помогает зрителям с задних рядов рассмотреть искренность на ее лице.

Леди Кэтрин пристально смотрит на толпу, пока я любуюсь ее золотыми волосами, задумываясь, не они ли стали сетями, в которые попался лорд Тевершем.

Мистер Хим игнорирует ее протест.

– Вы заключили сделку с дьяволом, чтобы обрести высокий социальный статус.

Дьявол одаривает потенциальную ведьму благами, пока она не продаст ему душу. Обретения подобных даров достаточно, чтобы ее осудить, и неважно, насколько далеко зашли ее встречи с сатаной. Мистер Хим не расстраивается, когда твердое «нет» от леди Кэтрин мешает ему обрести легкую победу.

– Вы научились своим темным искусствам у дьявола, – настаивает он, – и воспользовались ими, чтобы проложить себе путь в дом Тевершемов, где приворожили лорда Тевершема, чтобы выйти за него замуж. А когда его отец этому воспротивился, вы приказали своему фамильяру от него избавиться.

– Я невиновна, – настаивает она.

– Тогда почему же ваш свекор умер с вашим именем на губах? – настойчиво спрашивает мистер Хим.

Кэтрин покачивается на месте, словно попав в ловушку. Уилл теряется в толпе, а собаки готовы превратить свою жертву в кровавое месиво. Именно такой финал ее ждет, признает мистер Эдмундс, бросая ободряющий взгляд в сторону леди Тевершем.

Хим подходит к своему месту и берет в руки объект, завернутый в черную ткань.

– Мистер Хим, – предостерегает Уилл.

Обвинитель кладет это подобие театрального реквизита перед леди Кэтрин, и теперь оно лежит там, словно использованное пушечное ядро.

– Прошу вас, леди Кэтрин, – указывает он ей жестом, предлагая достать вещь.

Пальцы женщины дрожат, пока она нерешительно разворачивает его подарок.

– Поднимите его, – приказывает он.

– Нет, – отказывается она, и ее ответ отражается в зеркале.

Мистер Хим возвращается к Кэтрин и берет в правую руку светло-серую фигурку, чтобы продемонстрировать ее всем присутствующим. У куклы есть глаза, нос, рот, руки и ноги. Для орудия зла она выглядит весьма мирной, словно спящей. Проклятия и заклинания ведьм низшего уровня всегда имеют временную природу. Этот недостаток они обходят, используя специальных кукол. С их помощью колдуньи постепенно изводят своих жертв, помещая фигурки в теплое место или втыкая булавки в те части тела, которым хотят нанести вред. Череда болезней в конце концов приводит к гибели жертвы. Мистер Хим демонстрирует оплавленный бок куколки и имя лорда Гилберта, нацарапанное у нее на лбу. Самого лорда Гилберта передергивает при виде этой миниатюрной копии его самого, а леди Тевершем продолжает смотреть перед собой.

– Мистер Хим, эта театральность выводит меня из себя, – говорит Уилл, хотя его ответ и теряется среди перешептывающейся толпы, называющей женщину ведьмой. Голоса заполняют зал, словно морской прилив.

Мистер Хим на мгновение отшатывается, а затем снова кладет предмет на стол перед тем, как пуститься в очередную атаку:

– Мисс Эмма Торн нашла этот предмет под вашим брачным ложем.

Молчание леди Кэтрин лишь укрепляет петлю, которую Хим уже представляет на ее шее. Я сжимаю ладони, чтобы перестать нервно чесать шею.

Уилл обращается к леди Кэтрин со своего места:

– Если у вас когда-нибудь и была возможность, чтобы свободно высказаться, то этот момент наступает сейчас.

Леди Кэтрин оборачивается к знаменитому судье Персивалю, словно впервые осознавая, что он – единственный, кто способен ее защитить.

– Мисс Торн была моей подругой, когда мы обе прислуживали моей теперешней свекрови, – отвечает она, в то время как леди Тевершем явно недовольна таким смелым упоминанием родства. –