Кодекс Крови. Книга ХII - М. Борзых

— Что?

— У вас седина появилась.

— Ну хоть не рога, хвала Матери Великой Крови, — улыбнулся я и потянулся. — Как же приятно вновь ощущать собственное тело.

Гемос с восторженной отеческой улыбкой наблюдал за моими движениями, а вот Тайпана не излучала особых восторгов. Она откровенно боялась меня, но старалась скрыть свой страх за бахвальством и женской истерикой.

— Нет противника страшнее, чем союзник — идиот, — коротко резюмировал я наши с аспидой отношения, глядя ей в глаза. — Я разрываю союзнический договор. В отношении друг друга у нас нет долгов, ты спасла меня от чистильщиков, я — тебя от адамантия. Но спасать твою задницу из-за жадности, недальновидности, истеричности и откровенной глупости я больше не буду.

— Ты не можешь вот так взять и бросить меня теперь, когда я пострадала! Я — последняя чистокровная аспида этого мира! Если бы не я, ты бы не дошёл сюда! Как ты собираешься восстанавливать империю?

— Уж явно не с твоей помощью. Боги упасите меня ещё раз с тобой связаться!

Я разглядывал аспиду в змеиной ипостаси, и она как будто стала меньше. Пришлось присмотреться, прежде чем пришло понимание, что она и правда уменьшилась, причём не только в размерах, но в уровне владения магическим даром. Что там Гемос говорил о карме…

Сейчас аспида имела уровень дара, едва дотягивающий до шестого ранга. Если не ошибаюсь, то даже графиня Коброва Елизавета Александровна имела дар сильнее, чем её бывшая богиня-покровительница. Кроме того, изменился цвет магии Тайпаны. Из светлых Рассветных розовых оттенков он стал грязнее и серее.

Что-то мне подсказывает, что столь радикальными изменениями аспида была обязана не карме, а адамантию. Удивительное вещество — этот адамантий. В малых количествах — невероятно ценный ресурс, способный приобретать разум и волю при накоплении большего объёма.

— Я могу вернуть тебя приёмному отцу в качестве жеста доброй воли или оставить в этом мире, но при условии, что ты лично дашь клятву о непричинении вреда мне и моим родам в обоих мирах.

— Это нечестно, почему клятва только с меня? А ты?

— А я больше не страдаю благотворительностью. Радуйся тому, что есть. Со своим нынешним шестым уровнем дара ты даже до Каролийских гор не факт что доберёшься одна.

— Я хочу в собственность резиденцию, где стоит ковчег рода Найадов. Она по праву моя, раз там расположено наше устройство, — решила переть напролом аспида. Я даже диву давался от такой непрошибаемой наглости и уверенности, что ей все должны.

— Дорогая, твои хотелки — твои проблемы. Мне пришлось выйти в одиночку против пятидесяти тысяч воинов и убить дюжину богов, которые были посильнее тебя. Эти резиденции мои. Ты думаешь, что после этого я поделюсь с тобой хоть одной с барского плеча? Ошибаешься. Мне проще тебя убить, высосать остатки силы и развеять тело над пустыней, чем тратить время на твои капризы. Переговоры закончились. Ты либо делаешь, что тебе велят, либо…

Договорить я не успел, ведь пришло сообщение от Паука из Хмарёво:

«Михаил Юрьевич, у нас здесь гонец из Министерства обороны. Вас срочно вызывают в Москву».

Глава 10

Песец ты мой пушной арктический! Вот и аукнулся мне мордобой с Орловым и Медведевым. С учётом разницы во времени вызвали меня практически сразу, стоило нашим силовикам отереть кровь с лиц.

«Надеюсь, хоть не конвой прислали? А то Медведев из вредности мог и трибунал запросить», — задал вопрос Пауку.

«Нет. Гонец весьма вежлив, просит указать сроки прибытия. А в связи с чем за вами могли конвой отправить?» — осторожно полюбопытствовал Паук.

«За то, что съездил по лицу Министру обороны и главе Имперской службы безопасности. Правда, первому я сохранил остатки боевого подразделения, а последнему — сына от смерти спас, так что не всё так однозначно».

«Ну вы прям весь в деда! — хмыкнул командир. — Что отвечать будем?»

«Сообщи, что я сейчас в экспедиции на изнанке и связи со мной нет. Ориентировочная дата возврата — через сутки».

Спустя пару минут пришёл ответ:

«Ему велено лично вас сопроводить».

«Пусть дожидается. Проследи, чтобы ничего лишнего не услышал и чтобы эрги не шалили на глазах у гостя».

«Будет выполнено! — отчеканил командир. — И да, Михаил Юрьевич… Рады вас слышать в добром здравии. Мы переживали».

Выходит, мои приключения с адамантием коснулись так или иначе всех кровников.

«Уже всё нормально. Скоро вернусь домой», — поспешил я успокоить Паука.

А тем временем Тайпана смотрела на меня с вызовом, кажется, так и не понимая, что её линия поведения абсолютно провальная:

— Либо я делаю, что велят, либо что?

— «Либо» закончились, — обрубил я любые варианты. — Я жду клятву!

— Ты не можешь! Мне нужно поговорить с ковчегом! Я не согласна! — снова принялась качать права аспида, но мне это уже порядком надоело.

Никогда не любил истеричных женщин, видимо, поэтому меня окружали на редкость здравомыслящие особы.

Совершив частичный оборот, я когтями пустил кровь Тайпане.

— Гемос, внутрь! Если начнёт творить всякое, ты знаешь, что делать!

Симбионт кивнул и передал мне россыпь адамантиевых ключей. Превратившись к чёрную кляксу, он впитался через кровь в тело аспиды. Та верещала, словно её заживо резали.

— Что это? Вытащи это из меня! Отец тебя убьёт! Я буду жаловаться! Совет основателей меня защитит!

— Каролийский хребет там, — я махнул рукой на запад. — У тебя есть пять дней пути на обдумывание своего будущего. Удачи, она тебе теперь понадобится!

Сам же преспокойно открыл портал на вершину стенки кратера и переместился, захлопнув зеркало прямо перед носом аспиды. Поразмыслив, решил оставить наши рюкзаки Тайпане, но забрал очки Инари и свой комплект формы, чтобы не щеголять голым задом. Жирно будет разбазаривать божественные артефакты.

Следующий портал был уже в Эсферию. Здесь нужно было успеть решить вопросов не меньше, а то и больше, чем в родном мире Михаила, но разница в течение времени пока играла мне на руку.

Оповестив кровников и близких о завершении вторжения и открыв порталы для возврата