Линия - К. С. Л.

— Прошу, Вы, — директор NIS протянул руку в сторону корреспондента. Журналист встал. Назвал себя и издание.

— Если нашим разведчикам стало опасно возвращаться в Корею, то они навсегда останутся в России?

— Вернуться. И, надеемся, что скоро вернуться! Чеболь «Самсунг» сейчас ведёт переговоры с Россией о строительстве у нас атомной электростанции. В этом строительстве должны участвовать сотни специалистов из России. Вот среди этих русских и будут пятеро наших разведчиков с семьями.

— Русских? Но корейцы не похожи на европейцев!

— Извините, оговорился. В России живут многие народы более сотни национальностей, в том числе и этнические корейцы. В Европе и Америке их всех привычно называют русскими. А кто ты там на самом деле по национальности для европейцев и американцев не важно, — русский, украинец, монгол или кореец. За границей России все они становятся русскими, — директор NIS пожевал губы и добавил. — Какой национальности наши разведчики я не говорил. Пусть это останется маленькой тайной, чтобы журналисты искали наших разведчиков не только среди этнических корейцев, приехавших из России.

— Ещё вопросы.

— Скажите, что теперь будет с Пак ЮнМи? Её выпустят из тюрьмы?

— Что делать с племянницей нашего офицера, капитана NIS Пак ЮнСока, пусть решают юристы. NIS не вмешивается в работу судов. Но должен напомнить, по заявлению юристов чеболя «Самсунг» суды над ЮнМи были проведены с грубейшими нарушениями судебной процедуры. Это даёт возможность поставить под сомнение решение этих судов и потребовать нового судебного разбирательства. Что решит по этому делу суд, скоро узнаем. Мне тоже этот вопрос интересен, —господин Пак ГонХён-сии помолчал, потом решил пояснить свои слова. — Интересен как частному лицу, а не директору NIS. Так что буду внимательно следить за вашими публикациями по этой теме.

— Вам известно, кто эта девушка, которую хвалил Лидер Северной Кореи? Его слова о ней подтвердились?

— Да, мы знали кто это, но следственных действий с ней не проводили, боясь вспугнуть предателя. Сегодня утром она была арестована у трапа частного самолёта, когда пыталась покинуть Корею. Вы понимаете, что для корейца срочно улететь в начале праздника «соллаль» это не нормально. Собственно, попытка улететь косвенно подтверждает её вину.

— Кто эта девушка? Пожалуйста, назовите её имя.

— В интересах следствия позвольте имя этой девушки официально не называть. Могу только сказать, что она из семьи чеболей. Ещё могу добавить, что она нарушала законы не только сообщив прессе о дяде ЮнМи. Мы подозреваем, что она действовала против Агдан, нарушая законы, в течении полутора лет. Когда и каким образом сообщить её имя должен решать наш президент по согласованию с главой чеболя. Этот вопрос уровня президента, а никак не директора NIS. Подождём решения уважаемой Пак КынХе-ним.

— Какие перспективы расследования предательства?

— Следствие ведут два департамента:

3-й департамент — проведение расследований преступлений, подпадающих под действие «Закона о защите военной тайны», «Закона о национальной безопасности», и

4-й департамент — расследование преступлений, связанных со служебной деятельностью персонала агентства.

— Пока следствие не закончено, оно попадает под закон о государственной тайне. По окончании следствия и передаче дел в суд, общественность будет подробно ознакомлена с ходом следствия. Мы планируем провести пресс-конференцию с участием всех руководителей департаментов NIS, а пока извините.

— На вручении американских наград за достижения в музыке и литературе госпожа Пак ЮнМи-сии жаловалась на действия военных и разведки. Будет ли NIS предпринимать действия по расследованию этих жалоб.

— Всё будет в рамках закона. Я знаю, что адвокаты «Самсунга» проводили процессуальные действия в отношении армии и контрразведки. Мы ознакомимся с этими материалами, а потом уже решим, какие действия следует предпринять.

Дальше пресс-коференция покатилась обычным образом. Вопросы стали повторятся, сформулированные по другому. Журналистам надо было засветиться перед своими главными редакторами, показать, что они не даром рис жуют.

(чат, который не спит)

[*.*] — Ну, вот! Агдан опять выкрутилась! Её дядя не предатель, а кадровый разведчик NIS. И все, кто хейтерил девчулю, подозреваются в сотрудничестве с Пукханом *(«Северный Хан»).

[*.*] — Так сразу в сотрудничестве. Просто она так издевалась над нами, что народ Намхан *(«Южный Хан») ответил ей тем же. Не плюй в общество, народ так в ответ плюнет, что утонешь.

[*.*] — Согласен, на вручении ЮнМи американских премии «Хьюго» и «Грэмми», она такое в своей благодарственной речи сказала, что хоть стой, хоть падай.

[*.*] — А ты где слышал? На телевидении «картинка» была без звука.

[*.*] — Понятно, — почему. В Японии показали полностью, ничего не вырезали. ЮнМи там такое несла!

[*.*] — И что же она «несла»?

[*.*] — В общем, будь я корейским президентом, то на её месте я бы подала в отставку.

[*.*] — Настолько всё плохо?

[*.*] — Хуже, чем можно представить. Не понимаю, чем занято наше правительство? В стране действительно полным ходом идёт депопуляция, а оно вместо этого преследует человека, зарабатывающего для Халлю мировое признание. Других забот нет?

[*.*] — Японцы, смотрю, трепетно относятся к Агдан. Не пожалели для неё времени в прайм-тайм.

[*.*] — Это только из-за чёрной тодук-коянъи.

[*.*] — Не из-за кошки. Знают, что корейцам не понравится, поэтому и не пожалели лучшего времени для показа. Гады.

[*.*] — Жаль, японский плохо знаю. Не получится посмотреть.

[*.*] — Можешь смотреть. Японцы для своих сделали строку текстового перевода, а ЮнМи на родном говорила. Наслаждайся.

[*.*] — Агдан — предательница!

[*.*] — С каких пор критика действий властей стала предательством?

[*.*] — Не обязательно было выносить её на международный уровень.

[*.*] — А как следовало сделать? Отсидеть пять лет в тюрьме, и только тогда начать бороться за свои права? Ты бы так поступила?

[*.*] — Раз суд вынес приговор, — значит было за что!

[*.*] — На пресс-конференции директор NIS ясно сказал, что суды над ЮнМи проходили с грубейшими нарушениями судебной процедуры.

[*.*] — Суды, бывают, ошибаются. Судя по списку нарушений, перечисленных ЮнМи, это как раз такой случай.

[*.*] — Пока в тюрьме сидит, значит Агдан дезертир. Вот выйдет из тюрьмы, тогда посмотрим.

[*.*] — Это ты преступник, всё никак не успокоишься, всё мечтаешь в Пукхане получить политическое убежище. Почём нынче предательство Родины?

[*.*] — Ничего я не преступница. Просто Агдан мало трудилась, а получила такие награды. В тюрьме сидит, а всё равно американский посол награждать приехал. Злость берёт!

[*.*] —