Калгари 88. Том 6 - Arladaar

Наташа крутанула барабан, порылась внутри и достала мячик, который показала Писеевой, и назвала стартовый номер.

— Наташа Скарабеева, стартовый номер 7, время выступления 11 часов ровно, — объявила Писеева.

Скарабеевой попался не очень хороший стартовый номер, но она ничем не выказала своё удовольствие, лишь мило улыбнулась, помахала своим мячиком во все стороны и отправилась к своему тренеру. У Арины сложилось впечатление, что Скарабеева приехала сюда с удовольствием, без всяких планов на занятые места. Хотя… Соперница она более чем серьёзная — Левковцев говорил, что эта спортсменка обладает вообще всеми тройными прыжками, разве что исполняет их пока нестабильно. Но он также добавил, что в жизни и в спорте иногда бывает, что и палка стреляет… А ещё Скарабеева старше Арины — ей явно уже 16 или 17 лет, судя по длинным сформированным пальцам рук, уже лишившихся подростковой припухлости и коротких ногтей. Тут Арина невольно взглянула на свои пальчики и ногти 14-летней девочки-припевочки и сокрушительно покачала головой… М-да… Дело, конечно, совсем не в ногтях… Просто если Скарабеевой уже 16 лет, наверное, самый сложный пубертатный период она миновала и сейчас вполне спокойно может набирать обороты в спорте. Если не на этом первенстве, то в будущем сезоне точно. Телосложение это позволяло.

А ещё… Удивительно, но тренера Скарабеевой Арина тогда знала. Правда, по внутрироссийским стартам. И звали его, кажется, Виктор Николаевич Кудрин. Говорили, что во времена СССР он был очень известным тренером. Даже заслуженным тренером СССР. Во времена Арины Кудрин тренировал в основном парней-юниоров и был главным тренером старейшей столичной школы фигурного катания «Москвич».

— Марина Соколовская, Свердловская область, — объявил Гончаров.

Объявление это вызвало лёгкий шум и пересуды. Спортсмены гадали, как так получилось, что с Урала приехали сразу две фигуристки. Это оказалось абсолютно невозможным! Даже из союзных республик приехали только по одной спортсменке!

Соколовская, не обращая никакого внимания на поднявшийся шумок, в котором явно чувствовалось удивление и лёгкая недоброжелательность, встала с места и с надменным выражением лица отправилась к председательскому столу. По её лицу было видно, что она приехала сюда не в бирюльки играться, а брать места и медали! Она приехала сюда побеждать, и ей никто тут был не указ! С независимым видом Соколовская сунула руку в барабан, вытащила первый попавшийся мячик и сказала результат Писеевой.

— Марина Соколовская, стартовый номер 10, время выступления 11 часов 30 минут, — объявила Писеева.

Соколовской достался явно неудачный стартовый номер, в самой середине соревнований, в середине второй разминки. Сильные соперницы, Малинина и Денисенко, будут выступать после неё. Однако это обязательные фигуры, а она в них сильна и стабильна, так что особого повода горевать пока не наблюдалось. Соколовская иронично хмыкнула и пошла на своё место, подбрасывая и ловя шарик на ходу, чем вызвала повышенное внимание к себе, что в фигурном катании было скорее плюсом, чем минусом.

— Пофиг! — сказала Соколовская, плюхнувшись рядом с Ариной и похваставшись перед ней мячиком. — Смотри, какой мягкий! И я никого тут не боюсь!

Так-то оно так, возразить тут было трудно. Соколовской, при её наглости и напористости, действительно, бояться было нечего, а вот Арине… Она вдруг ощутила, что в данное время находится в самом центре фигурного катания былых времён. Она помнила некоторых фигуристок, выступающих здесь и сейчас, и которые в её время стали известными тренерами. Видела и заслуженных тренеров СССР, которые в её времена были легендами, а здесь они ещё блистали в самом цвете. Но тогда напрашивался закономерный вопрос — где тогда Люська? Где в её время долбаная Люська Хмельницкая? Неужели она так ничего и не добилась за всё время в спорте??? Впрочем, такими мыслями накануне важнейшего старта точно себе не поможешь. Нужно делать своё дело и жить именно здесь и сейчас. Возможно, попав сюда, Арина изменит своё время, и Люська добьётся хороших результатов!

— Людмила Хмельницкая, Свердловская область! — объявил Гончаров.

Объявление вызвало ещё более громкий шум, и на начавшую вставать Арину вообще обернулся весь зал, с интересом уставившийся на неё. Шум был таким громким, что Шеховцов постучал ручкой по графину, призывая к тишине.

— Товарищи! Соблюдайте тишину!

Пунцовая от смущения, с бешено бьющимся сердцем, Арина отправилась к барабану, чувствуя, что её спина дымится от недоброжелательных взглядов. Самое время провалиться под пол! Ещё и этот барабан… Крутнув его, Арина услышала, как внутри сиротливо колотится один-единственный шарик, оставшись невзятым. По сути, и крутить-то было незачем — права выбора перед ней не осталось. Осталось только довериться судьбе.

Арина вытащила мячик и посмотрела на табличку. 13-й номер. М-да… Впору потрогать крестик на шее. Однако крестика не было, хотя, обязан быть! Фигуристы, как и все спортсмены, люди донельзя суеверные. Многие крестятся, катаются с крестиком, да еще и не с одним, выставленным наружу. После прокатов становятся на колени и целуют лёд, ставший победным. И стартовый номер 13, наверняка, не входил в число удачных по всем параметрам…

Арина подошла к Писеевой, чуть улыбнувшейся ей и кивнувшей головой, что было всё-таки добрым знаком — в федерации о ней помнили, и показала мячик.

— Номер 13, время 12 часов 20 минут, — слегка запинаясь, сказала она, чувствуя, что появилась какая-то непонятная картавость, которая донимала её первые дни, когда она попала сюда.

— Хорошо, — кивнула головой Писеева и протянула протокол с именами, фамилиями участниц и стартовыми номерами.

Арина поставила в протоколе напротив своей фамилии невнятную закорючку и, прижимая мячик к груди, пошла к своему месту, провожаемая сотнями глаз.

— Людмила Хмельницкая, стартовый номер 13, время выступления 12 часов 20 минут, — объявила Писеева и добавила: — Жеребьёвка участниц для соревнований в исполнении обязательных фигур объявляется законченной. Завтра ждём вас на соревнованиях. А сейчас товарищ Гончаров объявит списки тренировочных групп и время сегодняшних тренировок.

— Не переживай, золотце, — приободрила Соколовская, погладила Арину по спине и чуть приобняла, когда она расстроенная плюхнулась рядом с одногруппницей на сиденье. — В жизни всякое бывает. Прорвёмся!

— Да… — неуверенно ответила Арина. — Всё будет хорошо.

Вот только будет ли оно так, никто дать гарантии не смог бы…

Глава 10