Чума Атлантиды - А. Дж. Риддл

Услышала, как сзади подбегает Мартин, намереваясь защитить ее собственным телом, как она уже загородила мальчиков своим.

Толпа была уже в тридцати ярдах. Несколько беглецов оторвались от массы, устремляясь вперед с решительными, холодными взорами. На Кейт, Мартина и мальчиков они даже не взглянули, промчавшись мимо с непрошибаемым равнодушием.

В окне второго этажа кто-то отвел кисейную штору. В окне показалось лицо ровесницы Кейт – темноволосой, с оливковой кожей. Поглядев вниз, она встретилась взглядом с Кейт. Прошло мгновение, и выражение тревоги на лице женщины сменилось… озабоченностью? Кейт хотела окликнуть ее, но та уже скрылась.

Она втиснула мальчиков в дверной проем.

– Стойте спокойно. Это очень важно.

Мартин оглянулся на надвигающееся скопище.

А затем дверь перед ними, щелкнув, распахнулась, отчего Кейт, Мартин и мальчики повалились на пол. Мужчина поднял их на ноги, а женщина из окна второго этажа тем временем захлопнула дверь. Раскатистый топот ног уже пробивался сквозь окна и двери.

Мужчина и женщина повели их в глубь дома, в гостиную с большим камином, но без окон. Странное место озаряли свечи, и глаза Кейт не сразу приспособились к полумраку.

Мартин что-то затараторил по-испански. Кейт принялась осматривать мальчиков, но они вырывались и отбивались от ее рук. Оба уже почти дошли до ручки – перевозбудились, устали, не понимали, что происходит… Как же ей быть? Больше они этого не вынесут. «Можем ли мы здесь прятаться?» Точь-в-точь как сказал Мартин: или бежать, или прятаться.

Расстегнув рюкзак, висящий на плечах у Грея, она достала оттуда два блокнота и карандаши и отдала их мальчикам. Схватив канцелярские принадлежности, Ади и Сурья забились в уголок. Им требовалось хоть какое-то подобие нормы, нечто знакомое, чтобы обрести опору и успокоиться.

Мартин бурно жестикулировал, так что Кейт никак не могла застегнуть рюкзак, и все повторял одно слово – túnel. Переглянувшись, хозяева поколебались, но все-таки кивнули и дали Мартину нужный ответ. Он оглянулся на Кейт.

– Мальчиков нужно оставить.

– Ни в коем случае…

Он отвел ее к камину и заговорил вполголоса:

– Чума отняла у них сыновей. Они возьмут мальчиков. Если Иммари будут придерживаться предыдущего протокола зачистки, семьи с маленькими детьми трогать не станут – если те принесут присягу. Призывают только подростков и бездетных взрослых.

Кейт огляделась, мысленно подыскивая контрдоводы. На каминной доске красовалась фотография хозяев, которые стояли на пляже, положив руки на плечи двум улыбающимся мальчикам примерно одного возраста с Ади и Сурьей. Да и цвет волос и кожи у них был приблизительно такой же.

Кейт перевела взгляд с семейной четы на мальчиков. Те тихонько трудились в углу возле запаса свечей, ссутулившись над своими блокнотами. Кейт прищурилась и попыталась собраться с мыслями.

– Они не говорят по-испански…

– Кейт, да они вообще почти не разговаривают. Эти люди будут заботиться о них, как сумеют. Это наш единственный козырь. Ты только подумай: мы спасем сразу четыре жизни, – он указал на взрослых. – Если мальчиков поймают с тобой или со мной, то сразу же поймут, кто они такие. Мы только подвергаем их излишнему риску. Так необходимо поступить. Мы за ними вернемся. И потом, их нельзя взять с собой туда, куда мы направляемся. Это будет… труднее.

– А куда мы…

Но Мартин не дал ей договорить, быстро сказал что-то хозяевам, и все трое вышли из гостиной.

Кейт за ними не последовала, вместо этого подойдя к мальчикам в углу и заключив их в объятия. Те начали сопротивляться, но через минуту успокоились. Поцеловав каждого в макушку, Кейт их наконец отпустила.

Дожидавшиеся за порогом супруги провели Мартина и Кейт по узкому коридору в тесный кабинет с большим дубовым письменным столом и книжными шкафами от пола до потолка. Подойдя к шкафу у дальней стены, мужчина принялся сбрасывать тяжелые тома на пол. Жена к нему присоединилась, и скоро полки опустели. Поднатужившись, мужчина отодвинул шкаф от стены, нажал на кнопку рядом со шкафом, и секция стены со щелчком ушла вглубь. Он толкнул эту секцию, и она, повернувшись, открыла взорам грязный каменный тоннель.