Честь негодяев - Джеймс Кори

— Что...— Хан сглотнул.— Что это?

— Запас в несколько секунд,— пояснила разведчица.

Кореллианин заставил себя снова двигаться. Они миновали еще два этажа. Теперь уже оба шли, опираясь о стену. Тут в воздухе раздался треск электрического разряда, чей-то панический вскрик и еще один, перекрывший первый.

— Это мы?— спросил Хан.— Это мы сделали?

— Мы только слегка их замедлили,— посетовала Скарлет.— Надеюсь, твоя идея действительно хороша.

— Я тоже на это надеюсь.

Кажется, прошел час или даже день, а может, всего несколько секунд, прежде чем они достигли последнего этажа. Выход на крышу закрывала полированная стальная решетка с панелью доступа, и сквозь нее проникал яркий дневной свет. Скарлет сняла с пояса электронную отмычку, и в этот самый момент Хан выстрелил в замок. Решетка дрогнула, задымила и распахнулась.

— Можно и так,— согласилась девушка, убирая инструмент взломщика.

Они оказались на огромной крыше, которую занимали идущие во все стороны воздуховоды, трубопроводы, пешеходные дорожки и громадные ретрансляционные вышки. Самая большая возносилась над крышей на добрую сотню метров, под облака. На ее вершину вела лесенка, предназначенная для ремонтных работ. Хан указал на нее:

— Туда. Бежим!

Петляя между нагромождениями труб и прочих коммуникаций, они достигли лестницы как раз в тот момент, когда появившийся на крыше штурмовик вскинул оружие, чтобы прицелиться. Хан пропустил девушку вперед и полез следом, одной рукой цепляясь за перекладины, а другой нажимая на клавиши комлинка. Бластерные выстрелы шипели в воздухе и оставляли черные отметины на стальной обшивке башни.

— А еще что-нибудь в твоем плане есть?— спросила Скарлет, пока они поднимались.

— Я работаю над этим,— выпалил он; наконец ему ответили.— Чуи! Это я. «Сокол» готов к вылету?

Комлинк рявкнул голосом вуки.

— «Почти»— это не ответ,— бросил Хан.— Ты мне нужен здесь и сейчас. Я на ретрансляционной вышке на крыше имперского разведцентра, и в меня палят почем зря.

Вой Чубакки перегрузил динамик комлинка. На крыше появилось еще двадцать штурмовиков. Скарлет добралась до верхней площадки лестницы и остановилась, перебирая инструменты на поясе.

— У меня есть идея получше,—сказал Хан.— Давай ты взлетишь, подберешь меня, а потом я тебе расскажу, что случилось. Когда в меня прекратят стрелять.

Его напарница с довольной улыбкой вынула черный цилиндр и сжала его большим и указательным пальцами. Хан вопросительно кивнул на устройство. Она покачала головой и одними губами произнесла: «Лезь дальше». Чубакка в комлинке что-то проревел. Штурмовики на крыше начали планомерно приближаться к башне.

— Нет, она в порядке!— крикнул Хан в ответ на вопрос друга.— Она здесь со мной. Мы на башне. Но ты бы поскорее вытащил нас отсюда!

Он добежал до следующей лестницы и обернулся. Скарлет спешила к нему, пригнувшись. Площадку за ее спиной объяло ярко-оранжевое пламя. Чубакка снова заревел.

— Значит, придется взлетать без разрешения. Штраф заплатим из моей доли.

Рядом ударил бластерный выстрел, высекая искры. Хан выстрелил пять или шесть раз не целясь. В комлинке завывал Чубакка, но слов Хан не разобрал. Связь оборвалась, когда подбежала Скарлет.

— Что ты сделала?— спросил он, кивая ей за спину.

— Это сцепляющая лента. Я думала с ее помощью попасть в шахту кабеля, а теперь она сожгла лестницу. Она ведь нам больше не нужна, верно?

— Нет,— согласился он и снова принялся карабкаться.

Они поднимались с уровня на уровень, опоры ретрансляционной вышки становились все уже и уже. Штурмовики окружили башню и стреляли в беглецов, но попадали только по стальным балкам и паутине лестниц и трубопроводов. Скарлет продолжала «сжигать за собой мосты». Единственное направление было— вверх, пока они не достигли крошечной платформы, где сходились все четыре поддерживающих башню опоры. Они оказались в семидесяти метрах над крышей. Последние тридцать метров надо было преодолеть по стальным скобам, приваренным к боку вышки. На такой высоте даже стальная верхушка башни покачивалась от ветра. Ноги Соло ослабли, будто веревки, спина болела. Волосы Скарлет прилипли ко лбу и шее, ее сотрясала дрожь. Сцепляющая лента кончилась, и девушка взяла в каждую руку по бластеру. Штурмовики внизу казались белыми куклами. Башня в очередной раз качнулась, заскрипел металл.

— Хм,— пробурчала Скарлет.

— Что?

— Там, внизу.

Хан наклонился вбок, глядя вниз. Четыре штурмовика устанавливали маленькую плазменную пушку. Командир орал на них, но его голоса не было слышно из-за расстояния.

— Нет, это неправильно. Они же башню снесут!

Скарлет усмехнулась. На мгновение Хану почудилось, что она не рациональный, расчетливый мастер шпионажа, а сила природы, радующаяся хаосу. Не солдат, а преступник.

— Из-за нас они повели себя несколько неадекватно. Мне вот интересно, почему они не воспользовались флаерами.

— Флаерами?

— Я бы так и сделала. Взяла несколько двухместных флаеров. Может, еще боевого дроида. И сняла бы нас отсюда, не заморачиваясь наземными играми.

Хан кивнул и прислонился затылком к металлической опоре. Тридцать метров вверх — это до жути много, и он не был уверен, что его тело сейчас способно на такой подъем. Контрабандист закрыл глаза, вслушиваясь в слабый, но такой знакомый звук двигателей. Да. Вот он.

— Может, их что-нибудь отвлечет.

— Что, например?

— Лезем дальше,— ответил он.— Надо спешить.

Город простирался под ними во всех направлениях— серый, подернутый дымкой и освещенный солнцем. Среди огромных зданий парили стаи птиц. Облака светились в солнечных лучах. Первый залп плазменной пушки Хан ощутил ступнями и пальцами рук даже прежде, чем услышал выстрел. Но он заставил себя продолжать подъем. Скарлет лезла прямо за ним, хватаясь за скобу, едва он убирал с нее ногу. Ветер был холодным, воздух разреженным. От второго выстрела ретрансляционная вышка содрогнулась. Ярко-желтые навигационные огни на верхушке башни с каждым мгновением становились все ярче.

— Мы почти на самом верху, Соло,— дрогнувшим голосом сказала Скарлет.

— Никогда нельзя быть на самом верху— ответил он.— Смотри.

На горизонте, чуть выше самых высоких зданий возникло что-то вроде грозовой тучи. Темные очертания с каждой секундой менялись, вспышки света казались слишком яркими для молний. А впереди, убегая от тучи флаеров, беспилотников, имперской полиции и портовой охраны, мчалось красивое серое пятнышко «Сокола Тысячелетия». Башня снова содрогнулась и начала крениться. Хан выстрелил в воздух три раза. Четыре. «Сокол» подкорректировал курс и направился к ним.

— Приготовься,— крикнул кореллианин.— Второй