День Суркова - Александр Лебедев

— Откуда ручка? — спросил Адмирал, выглядывая из-за плеча Суркова.

— Оттуда, — Сурков показал пальцем вверх.

— Пронес? — презрительно вывел Адмирал.

— Пронес, — согласился Сурков.

— Знаю, — Адмирал почесал мясистый нос. — Знаю вас, несунов. Бывало, такое на корабль проносят — диву даешься.

— Что? — спросил Сурков.

— Баб проносили, — буркнул Адмирал. — Самых настоящих баб. Вот с такими глазами.

Адмирал описал ладонями две полусферы возле собственной груди и, схватившись за воображаемые соски, добавил:

— Вот с такими зрачками.

— Зачем же вы не запрещали?

— Хм, — ухмыльнулся Адмирал, — запрети, попробуй! Когда крейсер набит, как публичный дом, с первой палубы до последней — хоть одна сучка, но проскочит. Да и нереально это, все судно осмотреть. Вот ты, Сурков, на своем компьютере можешь спрятать информацию так, чтобы ее никто не нашел?

— Конечно, могу.

— И матрос так же. Только от его заначки гораздо большее зависит.

— Что же?

— Его обороноспособность.

— Это как?

— Так вот. Мой крейсер мог одновременно держать оборону от семи воздушных целей и делать это в девятибалльный шторм. Как ты думаешь, возможно это, если все мои матросы будут думать о…прости ее, господи?

— Я не служил на флоте.

— Твое счастье, а то я бы тебе показал.

— Адмирал, — не выдержал Сурков, — если вы будете мне под руку петь солдатские байки, я тут буду вечность околачиваться.

— А далеко ли ты собрался?

— В Рай, — коротко ответил Сурков.

— В Рай — это хорошо. Только и там водочки никто не поднесет и доброго табачку трубочку не искурить.

— А вы не распускали бы сопли, а договорились бы с чертом, глядишь — и выменяли бы на что-нибудь.

— На что, Сурков? У меня кроме адмиральской задницы ничего нет, да и та никому не нужна.

— На что-то же меняют всякую дрянь. Точно знаю, сам сухарик ел.

— Это с поверхности черти по ночам тянут. Но даром ничего не дадут. Вот у тебя авторучка дорогая, если на нее обменять?

— Оставьте надежду, Адмирал.

— Чайник, — констатировал Адмирал. — И ничего удивительного, что Ад кишит такими, как ты, сынок.

— Вы, Адмирал, тоже не без греха.

— Я? — удивился Адмирал. — Я при жизни так грешил, что на сотню таких, как ты, хватит. Если бы не мои подчиненные, горел бы сейчас на миллионном уровне.

— Как же они помогли?

— Попросили кого надо. Кому надо нашептали.

— Адмирал, — продолжал Сурков, — Объясните мне такую вещь: вы — человек не сахар. От вас наверняка многим досталось и самодурства, и вашей глупости. Неужели у вас остались друзья?

Адмирал пожал плечами:

— Никак нет.

— Так почему люди вам помогают даже после того, как вы их с грязью смешали?!

— Ты, сынок, в армии не служил, что я тебе могу сказать? Пришел бы ты первогодком, стал портянки дедушке стирать, оружие за него чистить, казармы мыть — в общем, служить. А через полгода пришла бы молодежь, и уже ты их заставлял бы то же самое делать.

— Не стал бы, — возразил Сурков.

— Стал, — махнул рукой Адмирал. — Стал, а с дедушкой своим были бы вы лучшими друзьями, играли в карты, и гонял бы ты за водкой, но на свои деньги. А затем сделал бы ты дедушке альбом, с которым отправил бы его на дембель, и сам стал дедушкой.

— Неужели вы думаете, что я смогу сесть за один стол со своим обидчиком?

— Глупый ты, сынок. Не понять тебе этого.

— Но почему вы так уверены?

— Потому что я в армии жизнь прожил и знать обязан, что чем больше ты подчиненного сношаешь, тем строже выправка и преданней взгляд.

— Солдафонская логика.

— Была бы солдафонская, не держалась бы на ней вся армия, и не одна она.

— Черт с вами, Адмирал, все равно каждый останется при своем мнении.

— А никто тебя и не пытается убеждать. Я тебе де-факто, а ты — хочешь верь, хочешь не верь.

— Скажите, Адмирал, вот вы стратег и тактик, хотя я вас таким, конечно же, не считаю…

— А мне мнение салаги ни к чему.

— Тем лучше. Скажите мне, как добраться до информации в Раю?

— А тебе нужна информация? — Адмирал сплюнул под ноги. — Я-то думал, ты как человек хочешь расти, над карьерой задумался.

— Зачем мне?

— Плох тот солдат, который не хочет стать генералом.

— Ну вот вы стали генералом, и что?! Легче вам от этого?

— Не генералом, а Адмиралом. Но ты, сынок, необразован, как черт, а знаешь ли ты, что такое генерал? — Адмирал поднял указательный палец. — Это состояние души!

— Бросьте свою демагогию, Адмирал, и отвечайте на поставленный вопрос.

Адмирал на секунду задумался и коротко ответил:

— Если нужна информация о противнике, необходимо вести разведку как положено Уставом. Радиоперехват, аэрофотосъемка, забросить в тыл врага разведывательные группы, взять языка.

— Как вы себе это представляете? Захватить парочку экскурсантов из числа Святых и пытать паяльником?

— Тебе же нужен был совет.

— А есть какие-нибудь средства, не предусмотренные Уставом?

— В последнее время появилось много того, чего не предусматривалось раньше, — задумчиво процедил Адмирал. — Спутниковая разведка, слежка с помощью высоких технологий.

— Что это? Можно поподробнее?

— Я не знаю, я — моряк. Помню одну директиву, — почесав лоб, добавил Адмирал, — как раз перед смертью. Там что-то говорилось о возможном поступлении завербованных западными спецслужбами призывников. Предполагалось, что ЦРУ разработало план «Гвоздь и молот», суть которого сводится к следующему: молодых любителей Запад вовлекал в игры, в результате которых можно зарабатывать деньги. Во время этих игр узнавали о молодежи как можно больше и по мере втягивания платили им реальные деньги. Доллары, Сурков.

— Как же это происходило?

— Трудно сказать. Возможно, так же, как это может происходить с Дьяволнетом, если присоединить его к сети Рая. Пользователи сети заколачивали какие-то гвозди, а фактически — просто смотрели рекламу. В результате их сажали на какой-то там кадр или что-то в этом роде, но самое главное — платили.

— И что?

— А то, что сегодня ты танцуешь джаз, а завтра — Родину продашь! И продавали каким-то образом.

— Но ведь вы-то этого не знаете.