Крабоид - Юрий Никитин

– Со степенью, – поправил Шерлок. – Да-да, вот такой умный, красивый, а еще и со степенью. Ладно, пойдем отсюда. Не дали нам с тобой размяться на этих толстых рохликах.

Ничего не понял, сказал я про себя, но это и понятно, ко всей немыслимой сложности их строения еще и сложнейшие взаимодействия, которые называют социальностью. Это пока нужно просто запоминать, а когда данных наберется больше, включая все то, что постоянно ловлю по электромагнитным волнам, попробую разобраться с новыми силами.

На улице множество идущих в обе стороны людей, я заметил, что у них такой же порядок движения, как и у муравьев, строго отмеченными тропами, ни шагу в сторону, хотя, правда, с одной стороны стены зданий, а с другой непрерывно и с большой скоростью двигаются автомобили.

Никто не выскакивает на проезжую часть, как тогда вышло у меня, для них это закончится прерыванием существования, двигаются вроде бы хаотично, но, как и у муравьев, чувствуется общий порядок.

Даже не сталкиваются, справа проходят в одну сторону, слева в другую, изредка обгоняют друг друга.

Автомобиль под рукой Марианны замедлил скорость, Шерлок начал отстегивать ремень, а когда автомобиль остановился, вышел первым и открыл для меня дверцу.

– Я уже запомнил, – сообщил я. – Через дверь уже не выйду.

Он хмыкнул, взгляд его стал прицельным и острым.

– Не знаю, как насчет через дверь, но вместе с нею, думаю, можешь.

Марианна вышла с другой стороны, веселая и жизнерадостная, сказала щебечущим голосом:

– Жизнь хороша, небо ясное, солнышко умытое!

Я взглянул с жалостью, никто из них не видит всей красоты Вселенной, даже звезд днем рассмотреть не могут. Возникли в этой слизи, приспособились в ней жить, потому слышат и видят только то, что позволяет им эта слизь, плотная у поверхности планеты, и разреженная в самых верхних слоях.

Причем видят и слышат практически все существа одинаково, от самых примитивных форм и до самых сложных, различия несущественны.

Чтобы понимать их, недостаточно принять внешнее подобие, нужно и внутри стать таким же, постараться решить этот парадокс, почему эти существа такие невероятно сложные, в то же время такие слабые?

Шерлок сказал с неодобрением:

– Не самая лучшая кафешка в городе…

Марианна уже подошла к стеклянной разукрашенной крупными цветными надписями двери, обернулась.

– Намекаешь на ту, где с утра толкутся полупьяные мужики и где тебе так уютно?.. А здесь даже баб нет, только леди!

Он громко хмыкнул.

– Леди? Видал я таких ледей.

Марианна вошла первой, Шерлок пропустил меня вперед, я чувствовал его дыхание за спиной и видел, как он поглядывает мне в затылок с настороженностью.

В просторном помещении десяток столиков, окруженных легкими стульями, всего четверо посетителей за одним из столов, остальные не заняты.

Как только мы сели, к нам поспешила девушка в ажурном переднике и с повязкой на голове, в руках старинный блокнотик и карандаш.

– Здравствуйте, что будете?

Марианна открыла было рот, но Шерлок опередил:

– А пивко у вас есть?

– Есть, – прощебетала девушка. – Вам какое?

– Лучше куявское, – ответил Шерлок, – но можно и артанское…

– Сколько? – спросила девушка.

Шерлок спросил обрадованно:

– В самом деле? Тогда у вас кафе не совсем пропащее!.. Литр мне, литр моему другу и литр девушке…

Марианна сказала с возмущением:

– Я не буду!..

Шерлок в изумлении вскинул брови.

– А тебе кто-то предлагает?.. Берем на тебя, это не значит, тебе. Мы с Крабоидом справимся.

Девушка улыбнулась, черкнула в блокнотике и отбыла, красиво балансируя на неудобной обуви с очень длинными и тонкими каблуками.

Шерлок откинулся на спинку стула, фигура вроде бы расслабленная, но взгляд внимательный, я видел, как оглядел и оценил тех четверых за дальним столом, а сидит так, чтобы видеть кто входит и выходит, так ведут себя доминирующие самцы на этой планете, к какому бы виду ни принадлежали.

Вообще, единство так называемой жизни сказывается во всем. И в симметрии всего живого, в одинаковом строении органов, поведении, так что правильнее рассматривать этот биологический мир, как единое целое, но, конечно, проще всматриваться именно в эти отдельные проявления так называемой жизни, именуемые человеками, иначе точно ничего не пойму в этой странной аномалии.