Zero. Обнуление - Энтони МакКартен

— Ну, не без того, — смеется он. — Я же сказал, что я предприниматель. — Он подвигает мобильник к себе. — А это?

— Одноразовый. Только взяла. Я знаю, что делаю. Исключительно для экстренных случаев, — отвечает она.

— Урок номер один. Урок преступника копу.

Она замечает в его взгляде намек на пренебрежение, выдающий, что Джордж считает ее дилетанткой в этой сфере.

— Проблема не в телефоне, а в звонках.

По виду понятно, что он ожидает с ее стороны признания этого уголовного наставления, и подтверждает это кивком.

— Они во всех телефонах ваших контактов, — продолжает Ривера. — Во всех. Избавьтесь от него. Теперь вы в моем мире. Уж поверьте мне на слово, они прослушивают каждого засранца, с которым вы встречались хоть раз.

— Мы с вами не встречались ни разу.

— О, вы были со мной ежедневно, офицер. Каждый божий день все семь лет.

Мстительный проблеск в его взгляде. Кэтрин этого ожидала, но все равно не в восторге. Семь лет за организацию угона машин в восьми штатах. Более шестисот автомобилей общим итогом. Даже после того, как Джордж попал под подозрение, ей потребовалось четыре года, чтобы разобраться, как он действует и как его прищучить. Более трудного дела в ее практике не встречалось. Крайне долго она никак не могла уразуметь суть аферы, но в конце концов разобралась. Разводняк в два этапа. На первом этапе жульничество, до которого способен додуматься любой криминальный ум — берешь машину в аренду в компаниях по прокату автомобилей, затем меняешь номерные знаки и продаешь краденые авто ничего не подозревающим частным покупателям за наличные на вторичном авторынке. Но была еще часть вторая — вот в ней-то и заключалась особенность, позволившая его воровству так долго оставаться нераскрытым и отметившая Джорджа печатью темного гения. По завершении первой половины этого кидалова он похищал те же автомобили у их новых частных владельцев — прямо с дорожек у домов и гаражей, — менял номера на настоящие и возвращал в прокатную компанию даже до истечения периода аренды! Прокатная компания в счастливом неведении. Частные владельцы и копы чешут в затылках, ведь кому же в голову придет, что эти пропавшие машины преспокойненько стоят в автопарках? Это было шикарно. Просто охрененно.

— Урок номер два, — вещает Ривера, наливая кофе из стеклянного кофейника и подвигая ей кружку. — Думайте. Думайте, как будет думать ваш противник, а потом думайте иначе. Они этого не поймут, потому что не могут. Мы все думаем по схеме. Выйдите за рамки этой схемы, и сможете оставаться вне поля зрения.

Как ни претит Кэтрин его тон превосходства, именно из-за него она и здесь, потому-то и выбрала его, потому и пришла к этому человеку, которого сама же и посадила: он умеет избегать обнаружения, как никто другой.

— Миллион долларов? — для пущей уверенности переспрашивает Ривера.

— Наличными. Это сорок штук в день. По новому внедорожнику в день. По новому бассейну каждые три дня.

— Только за то, что я вас спрячу?

— Именно.

— Вы в беде?

— Я бы не сказала, нет.

Наконец он разводит руками.

— Отлично. Деньги ваши. Но лучше делайте в точности как я говорю.

— Или что, наденете мешок мне на голову?

— Сейчас? Сначала допейте кофе. Я привлек помощь. Кое-кого из друзей.

— Ладно. Когда я познакомлюсь с этими друзьями? Где они меня спрячут?

— Увидите. — Подготовившись заранее, Ривера вытащил из кармана узорную бандану. — Вообще-то вы их не увидите. Наденьте вот это. Урок три. Вам незачем знать, куда вы отправитесь. Эти парни, они суеверные, и отнюдь не без причины. Кстати, как вы сюда приехали? На прокатной?.. Господи!

Она выставляет ладонь, отказываясь от банданы.

— Ни за что. Идите на хрен. А машину я одолжила.

— У подруги?

Кэтрин хочет отрицать это, но вовремя спохватывается.

— Бывшей. Очень давнишней.

Ривера покачивает головой, явно не в восторге от этого.

— И вы называете себя копом? Неосмотрительно, Кэтрин.

— Расслабьтесь. Я с ней лет двадцать не виделась.

— Тогда как заполучили гребаное авто?

— Проследила за ней до дома. А потом угнала.

— Угнали? Вы же сказали, что одолжили.

— Угнала. Так что прямой связи между нами нет. Ни следа.

— Но вы ехали на угнанной машине?

— Поменяла номера. Урок номер один. Так что ни следа.

— След есть всегда. Всегда. В тюрьмах людей, думающих, что они не оставили ни следа, как селедок в бочке. Наденьте. Или сделка отменяется.

Она ждет, пока Ривера красноречиво не пожимает плечами: мол, иначе никак. И только тогда она уступает и завязывает глаза.

— Плотнее, — велит он.

Она затягивает повязку и завязывает узлом. Темно, хоть глаз выколи.

— Хорошо, — слышит она слова Джорджа в тот момент, когда обе руки вдруг рывком заводят назад и стягивают вместе — наверное, кабельной стяжкой, и все это происходит прежде чем Кэтрин успевает воспротивиться. Она с негодованием тужится освободиться.

— Нет-нет-нет. Ни за что. Руки мне нужны. Освободите меня. Какого хера?! Джордж!

— Ну и как вам оно? Оказаться в наручниках? Вот только я был поделикатнее. Ваши бугаи ткнули меня мордой в асфальт на глазах у детей, придавив ботинком между лопаток и приставив пистолет к виску. Помните это? Вы помните это, Кэтрин?

— Полегче, Джордж. И разрежьте эту стяжку. Иначе сделки не будет.

— На глазах у моих детей. Я просил вас ради детей посадить меня в патрульную машину без шума и пыли, и я поехал бы без сопротивления.

— Что это значит, Джордж?

— Я тоже провел небольшое расследование.

— Джордж!

— Вы наводите на мой след федералов после того, как я столько сил потратил, чтобы выбросить все это из головы, так, да? У меня дочь учится в Джульярдской школе[37]!

— Джордж, я предлагаю вам миллион долларов!

— Сорок штук в день, да? Вообще-то нет; я тут прикинул, выходит всего-то по сорок долларов в день… если считать время, что я провел за решеткой, а не с детьми. Маловато как-то.

— Джордж, идея кражи машин принадлежала вам.

— Сорок долларов в день, Кэтрин. Чтобы вы могли преспокойненько уйти с двумя миллионами?

Не успевает Кэтрин попытаться спасти сделку, как снаружи слышится звук приближения и торможения больших автомобилей.

— Вы бы ни за что не справились, — говорит ей Джордж. — Вам недостает криминального ума, простите за прямоту. Это дерьмо не по вам. И на заметку: за миллион долларов я теперь даже с постели не встану.

— Вы меня сдали?

— Нет. Они видели, что до этого дойдет. Позвонили мне раньше вас. Сказали, какой-то алко-ритм предсказал это. Хер их знает. И вот вы здесь, думая, что раз вы меня арестовывали