Аномальщик 2 - Андрей Розальев

есть. Хуже всего — скорость, она у них запредельная. При первом контакте бодаются, бьют носом, там у них твёрдая массивная кость, а сами отбегают. Смотрят, насколько сильна жертва, в траве-то они и сами нихрена не видят. Автоматов пугаются, но ненадолго. Уязвимо брюхо и нёбо, если он решит с открытой пастью напасть. Шкуру автомат пробивает, только если прямо и в упор, под углом не берёт.

— Откуда ты столько знаешь? — спросил я у него. — Встречал уже?

— Именно таких не встречал, — покачал головой Клим, — да это и необязательно. Эволюция ходит проторенными дорожками, снова и снова находя одни и те же удачные решения. А все неудачные — отбрасывает. Кругом трава, рано или поздно врежешься во что-нибудь. У кого кости хрупкие — вымерли, у кого слух плохой — вымерли, кто самый медленный — ну, вы поняли. Уверен, эти ящеры ещё и плавают прекрасно. Этакая помесь крокодила с кузнечиком. Спасибо, что не летают!

Договорив, Клим на ходу сделал несколько одиночных выстрелов в воздух. В ответ из травы послышался звук, как будто лошадь всхрапнула, и тут же размеренные удары о землю. Похоже, ящер решил отступить от греха подальше.

Мы пошли дальше, гуськом. Клим впереди, я сзади. Мелкорослую Майю поставили в середине, и на этот раз она ничего не стала говорить, какая она тоже боец.

На экране Мити отметки бойцов приближались, а с другой стороны к ним приближались ещё две точки. Конечно, каждая точка — это пара бойцов, просто разрешения экрана недостаточно, чтобы различить их.

А удобно, кстати, что Митя на внутренней стороне предплечья. Держишь автомат перед собой, и Митя аккурат в поле зрения оказывается. После небольшой тренировки даже смотреть на него не надо — мозг сам считывает нужную информацию. Единственный недостаток — рябь помех. Датчик радиации в жёлтой зоне: неприятно, но не смертельно, однако даже вот на электронику влияет. Интересно, а в красной зоне что будет? Совсем отрубится? А имплант???

Мои размышления прервало глухое рычание Чарли, который почти стоял у меня на плече, как суслик, придерживаясь передними лапами за шлем. Даже не оглядываясь, я понял, что дело дрянь.

— Клим, нас берут в полукруг! — предупредил я.

Откуда у меня такая уверенность? Научился понимать Чарли? Хм…

На всякий случай оглянулся, чтобы убедиться своими глазами. Так и есть. Пять следов движения в траве, как волны на поверхности воды от крупной рыбы. И расстояние небольшое. Вот из одной такой волны высунулась голова, Чарли зарычал, а я получил возможность разглядеть ящера, точнее, его голову.

Похожа на змеиную, в мелкой чешуе. Тупой нос, ноздри-щёлки немного по бокам, глаза посажены так, что могут видеть и по бокам, и прямо перед собой. Жёлтые глаза с вертикальным зрачком, как у кошки. Явно могут неплохо видеть в темноте. Голова плавно переходит в мощную шею.

И клыки. Ящер, вперив в меня взгляд, втянул воздух, принюхиваясь, и приоткрыл пасть, показав ряд острых зубов с сильно выступающими клыками.

Похоже, свою добычу они рвут на части, поедая кусками. Бррр!

— Сколько, дистанция? — уточнил Клим.

— Пять штук, дистанция десять-пятнадцать метров.

— Больше бодаться не будут, — в голосе командира послышалась явная тревога, и он переключил рацию. — Всем отделениям, стрелять на поражение по готовности. Ящеры сочли нас добычей. Давайте покажем им, кто тут…

Он не договорил. Нападение произошло внезапно, и оттуда, откуда не ждали. Спереди.

Зелёный чешуйчатый вихрь сбил с ног Клима и понесся дальше, на нас с Майей.

Но если у Клима из-за травы не было шансов, то мы были уже готовы. Майка успела увернуться, и ящер пролетел мимо неё. От удивления он даже пасть приоткрыл, оглянувшись на вёрткую жертву. И тут же получил от меня короткую очередь между зубов. Запнувшись, он кувыркнулся через голову, подлетел выше моего роста и упал метрах в шести позади меня, под ноги тому самому ящеру, с которым мы обменялись взглядами.

— Клим? — спросила Майя.

— Да живой я, — прохрипел тот. — Твою ж налево, е**чая трава!

А я смотрел назад. Вот из травы, в том самом месте, где упал подстреленный мной ящер, медленно поднялась голова, видимо, вожака. Он, кажется, решил закосплеить василиска, вперил в меня взгляд и что-то ворчал, раздувая ноздри и демонстрируя клыки.

Я также медленно, демонстративно, поднял автомат, переключил на одиночные, тщательно прицелился и выстрелил вожаку в глаз.

Меньше десяти метров — это как в детском тире по мишеням стрелять. Я был уверен, что сейчас мозги ящера разлетятся по округе. Но… в последний момент голова вожака дёрнулась, и пуля лишь чиркнула по чешуе. Ящеру это явно не понравилось, и он тут же скрылся в траве.

— Попал? — спросила Майя.

— Пуля от чешуи отскочила, — ответил я, мельком оглянувшись.

Из травы доносились звуки, нечто среднее между ворчанием и рычанием. То с одной стороны, то с другой. Ящеры больше не скрывались. И больше всего мне не нравилось то, что это походило на переговоры. Твари договаривались между собой, координировали действия.

Вернулся Клим, посмотрел на нас.

— Лёха, траву выкоси, — приказал он. — Эти нам уйти не дадут, а трава даёт им преимущество.

Без лишних слов я перекинул автомат за спину дулом вниз, чтобы если что быстро достать, вытащил мачете и пошёл по кругу, срезая и вытаптывая траву.

Я пошёл уже на пятый круг, радиусом метра четыре, когда ящеры напали. Короткое рычание Чарли, и я, повинуясь какой-то интуиции, не иначе, падаю на спину. Надо мной пролетает светло-зелёное брюхо, в которое я всаживаю мачете. Наверное, моей силы не хватило бы, чтобы вогнать клинок, но ящер сам своим весом напоролся. Рывок, выкручивающий запястье, и я отпускаю рукоять.

Слышу автоматную очередь и толчком вскакиваю на ноги.

«Мой» ящер валится на землю и дрыгает лапами, что-то вереща на своём на ящерином. Чуть дальше ещё с одним совместными усилиями расправляются Майя, стреляющая из автомата, и Клим. В тот момент, когда я вскочил, он как раз замахнулся своим шестопёром.

Перекидываю автомат и выпускаю короткую очередь в упор, под прямым углом к шкуре, как учил Клим, в раненого мной ящера. Вот теперь результат есть — тот дёргается ещё раз и затихает.

С чавканьем выдёргиваю мачете. В нос ударяет запах горячей крови. Эти ящеры, видимо, теплокровные.

Смотрю по сторонам.

Мощнейший удар пудовым шестопёром всё же пробил прочный череп ящера. Майя деловито меняет магазин. Прикинул — в моём ещё достаточно патронов, но на всякий случай тоже сменил.

— Три — ноль, — подвожу я итог стычки.

И только сейчас замечаю, что у меня