Демиург истории - Виктор Сергеевич Руденко

Эйнар пренебрежительно пожал плечами и в след за своими мыслями, утвердительно качнул головой. Он не собирается действовать по их правилам. И довольствоваться отведенной ему участью – не станет. Ведь ничто, не может ему помешать – поменяться с ними местами! Ярл, загрузил свои драккары дарами Севера и изделиями, взятыми на франкском корабле. Захватил в разоренных поселениях словен и кривичей – меха, лен, воск, зерно, кожи, полотно… А главное – рабов. Именно тех невольников, которых с удовольствием купят не только восточные и ромейские купцы находящиеся в Кенугарде, а обязательно приобретет и киевский конунг! Хевдинг Нидароса, первым придет в город – но не как враг, а в качестве гостя. Предупредит хозяина о походе войска северян, присмотрится в граде, поторгуется получив большую прибыль от продажи своих товаров... А там – будет видно, как поступать дальше.

Если викинги победят Алексия, то им это, наверняка обойдется очень недешево. Он видел русов в битве. Так что, хирды конунгов после сражений, будут сильно прорежены. А его рать, останется целой и свежей. И навязывать Эйнару условия – у них потом не выйдет. Можно будет попробовать, даже расколоть их ослабленный союз, договорившись с кем-нибудь из наиболее недовольных и понесших тяжелые потери вождей. И тогда, он обязательно возьмет свое – вновь, получив огромную добычу в ограбленном Кенугарде! Более того, возможно, выйдет и самому захватить горд, пока предводители северян, будут зализывать раны. Снять сливки и удачно уйти, воспользовавшись ослаблением конунгов.

Вероятность длительной осады Кенугарда – Эйнар не допускал. Вряд ли Алексий, будет долго отсиживаться в голодающем городе, когда обширные земли русов будут разоряться жадными и свирепыми норегами. Это для киевского конунга – совершенно бессмысленно и безнадежно. Викинги, вполне могут остаться здесь, до следующей весны. Северяне проделывали подобное в странах Валланда, островах саксов и англов – неоднократно.

Ну а коли викинги, потерпят поражение – то и Алексий, тоже, неизбежно понесет очень большой урон. И Эйнар, со своими свежими бойцами, вполне сможет тут добить его и останется в Кенугарде единственным победителем! Тогда ярл Нидароса, затем не только дочиста ограбит земли русов, сказочно обогатившись, но и обретет на Севере признанную славу великого вождя! А может быть и укрепиться здесь – став правителем в этом краю! Боги определенно покровительствуют ему! Недаром он, принес щедрые и кровавые человеческие жертвы Одину, в последнем захваченном поселении славян!

От открывающихся возможностей – захватывало дух! И Эйнар от восторга, подражая волку, тихо завыл. Начав высокой нотой, он завершил удовлетворенным ворчаньем, как зверь, вцепившийся в теплое горло жертвы.

– Проводники говорят, что послезавтра мы уже будем у Вусегарда, – сидя у костра и жуя большой кусок жареного мяса, довольно произнес Балдер Большой Топор, один из самых нукротимых и заслуженных хускарлов конунга Харальда. По его рыжей бороде стекал жир и скапывал прямо на кожаный поддоспешник, но огромный викинг, громко чавкая и весело отфыркиваясь, не обращал на это никакого внимания.

– Это северный бург русов – с полуночи прикрывающий Кенугард? – уточнил форинг Альрик, поглядывая на блестевшую во мраке светлую полосу реки.

– Верно, – подтвердил херсир Гилли, запивая свой ужин и опрокинув в глотку целый ковш пива. – Говорят, что он расположен на высоком холме правобережья и хорошо укреплён. Оттуда, удобно держать под рукой близлежащие водные пути по Данпару, Ирпеню и Десне. Там важная переправа, оживленные торговые тракты и место сбора дани. В горд, ведут три три дороги: с востока – из долины и перевоза; с полудня – с самого Кенугарда; и с севера – с Полесского шляха.

– Значит, возможно уже через два дня будет битва? – подбросив головню в пламя, лениво промолвил опытный хирдманн Асбьерн, прославившийся кровавыми набегами на церкви и монастыри Валланда.

– Может быть. Если киевский конунг, не захочет отсиживаться в осадах, а решит нас там встретить, – не отрывая застывшего взгляда от поднимающихся в небо искр, негромко обронил бывалый хольд Свавильд.

Яркий огни бивачных костров, разгоняли сумерки наступающей душной ночи. Темное, затянутое тучами небо, где не проглядывались ни луна, ни звезды – поражало своей чернотой. Объединенное войско северян, расположилось на берегу Днепра. Разбив свой стан на небольшой возвышенности, неподалеку от своих драккаров – привязанных к росшим у воды деревьям или на треть вытащенных на берег. Норманны, чувствовали себя достаточно уверенно и спокойно. Выставив надежную стражу со стороны лесостепи и холмистых оврагов. Впрочем, никто и не верил, в какие-либо серьезные угрозы такой большой и мощной рати...

Вдруг, на реке появились размытые тени, которые были почти незаметны. Их контуры, напоминали большие лодьи. Негромкие звуки от плеска весел, заглушались шумным гомоном военного лагеря, шорохом деревьев от ветра в лесу, криками птиц, потрескиванием костров… Вскоре, послышались странные приглушенные удары – будто какие-то горшки разбивались о землю или дерево. И тут же, весь берег осветился ярким пламенем пожара! Громкие крики раздались у реки! Вскакивающие на ноги люди увидели, что их драккары охватывает огонь. Мимо кораблей северян, на расстоянии приблизительно 100 шагов, черными призраками скользили насады и челны русов. Оттуда в драккары, летели небольшие горшки с тлеющими фитилями. Разбиваясь о просмоленные борта и лавки судов, содержимое этих сосудов сразу растекалось по дереву. И вспыхивало ярким пламенем!

Викинги с ревом невыносимой боли, бросились спасать самых верных друзей и главное сокровище любого скандинава – свои драккары. С которыми они сжились в долгих морских странствиях. Выдерживали на них шторма и бури. И которые были, неотъемлемой частью души и личности, суровых северных воинов. А навстречу им, с пронизывающим свитом уже летели стрелы, копья и камни. Поражая на смерть и нанося различные раны, кинувшихся к своим кораблям без щитов, кольчуг и шлемов, обозленных норманнов.

Драккары пылали. Потушить водой, их было невозможно. Только песком или землей. Либо как-то сбить и закрыть огонь – перекрыв к нему доступ воздуха. В тоже время, когда все внимание викингов было отвлечено в