Потрошитель - Дэвид Линн Гоулмон

– Кому это ты звонишь? – испуганно спросил Эверетт.

– Джеку, разумеется. Хочу сама сообщить ему.

– Вирджиния, давай поговорим об этом, – сказал он и последовал за ней, все еще пытавшейся установить связь.

На другой стороне поля Найлз Комптон по-прежнему улыбался, глядя, как встречаются обе команды. Улыбнулся еще шире, увидев, что Эверетт и Менденхолл бегут за Вирджинией Поллок. Собрался было спуститься на поле и поразвлечься, но тут к нему подошел морской пехотинец.

– Прошу прощения, доктор Комптон, вас срочно вызывает дежурный офицер службы безопасности. Говорит, что на связи наш контакт из ФБР в Вашингтоне. Похоже, у нас неприятность в Мексике! – сказал посыльный и перевел взгляд с Найлза на Пита. Потом подался к директору отдела, – Сэр, у нас потери.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Найлза.

– Пит, догони капитана Эверетта и Вирджинию, пусть немедленно идут ко мне в кабинет. Скажи, что, возможно, в Мексике у нас код один.

Пит тут же побежал наперерез Эверетту. Он знал, что означает «код один», как и вся группа «Событие» – люди во время операции попали в беду, возможно, ранены или даже убиты!

Найлз повернулся и пошел к выходу из спорткомплекса, недоумевая, как может спонсируемая университетами команда оказаться в чрезвычайном положении, когда Сара находилась там только для того, чтобы определить геологическую формацию, в которой на стене пещеры находились древние пиктограммы.

С Райаном и другим охранником при ней пострадать или даже погибнуть могли три члена группы «Событие». Начальник отдела Найлз Комптон понимал, что, по крайней мере, в Мексике возникло серьезное осложнение.

Ларедо, Техас

Четыре часа спустя

За столиком в ресторане «Аламоса» в центре Ларедо сидел человек, одетый в пепельно-серый костюм с ярко-красным галстуком. Волосы мужчины были острижены коротко, однако не настолько, как были на протяжении восемнадцати лет службы в армии Соединенных Штатов. Он стал более улыбчивым после того, как сменил службу после дачи в две тысячи шестом году показаний против армии и Белого дома о вмешательстве командования в дела Афганистана. Тогда майор Джек Коллинз решил, что его карьера пришла к концу, поскольку его отправили в пустыню в штате Невада и буквально похоронили под базой ВВС «Неллис». Там началась его служба прикомандированного к отделу 56–56, то есть к группе «Событие», в должности начальника службы безопасности. Тем вечером Джек Коллинз находился в отпуске. Он должен был встретиться с женщиной, в которую влюбился, после ее возвращения из Северной Мексики, где она принимала участие в археологических экспедициях.

Джек убрал телефон и улыбнулся матери, Кэлли, сидевшей за столиком напротив него; она ответила ему улыбкой и поставила на стол свой стакан. Этой женщине не верили, когда она говорила, сколько ей лет. Для матери Джека выглядела она слишком уж молодо. Лицо и тело у нее было женщины не пятидесяти четырех лет, как гласило свидетельство о рождении, а тридцати четырех – не больше. Шатенка Кэлли перевела взгляд с Джека на свою младшую, Линн, вернувшуюся в жизнь Джека после многих лет отчуждения. Служба препятствовала их обычным отношениям брата-сестры, как в большинстве семей. Линн служила в ЦРУ, Джек – в армии.

– Ну, Сара, как обычно, не отвечает по сотовому, – сказал Джек и потянулся к стакану с пивом.

– Может, у нее трудности с этим чертовым переходом границы. Ты же знаешь, какие там строгости из-за войны наркоторговцев в Нуэво-Ларедо – с ней ничего не случится, ты сам сказал, она далеко от опасной зоны, – заговорила Линн. – Судя по донесениям нашей агентуры, а также ФБР и техасских рейнджеров, там все улаживается. Уровень тревоги на границе значительно понизился.

Младшая сестра наблюдала за пьющим пиво Джеком. Она заметила в нем большие перемены с тех пор, как он увлекся Сарой. Ее вечно серьезный брат стал улыбаться гораздо чаще. Походка его обрела пружинистость, и в те несколько раз, когда она видела брата с Сарой, лицо его светилось. Впервые в своей суровой жизни он даже замедлял шаг, чтобы понюхать розы, и все это из-за женщины, которую брат называл «мелкой», Сары Макинтайр. Линн видела, что Джек мучительно нервничает перед первой встречей Сары с их матерью.

– Да, пожалуй, ты права, – сказал он и попытался отогнать все мысли о возможных проблемах, появившихся у Сары.

Кэлли Коллинз пристально наблюдала за сыном. Она была рада за Джека. Он сильно изменился с тех пор, как началась его командировка. Ее сын всегда был скрытным относительно своей личной и профессиональной жизни. Потеряв много людей в специальных операциях, он стал сдержанным, даже замкнутым. Теперь появилась эта женщина, с которой она собиралась встретиться здесь. Звоня по телефону домой, Джек только и говорил о Саре.

Она улыбнулась, когда Джек заговорил с младшей сестрой. Он очень напоминал ей его отца, Джона, погибшего, когда Джеку было всего одиннадцать лет, в каком-то далеком месте, которого ей так и не назвали. Он был тогда полковником, в том же возрасте и звании, что теперь его сын. Кэлли подозревала, что в своей должности и звании он, может быть, разузнал гораздо больше подробностей о судьбе отца, чем знала сама Кэлли, но если и да, то сын не делился с ней этими сведениями.

Кэлли давно уже поняла, что ей и не нужно ничего знать, кроме того, что ей сказано. Если бы ее муж погиб не при тех обстоятельствах, о которых сообщила армия, Джек нашел бы способ сказать ей. И знала, что если обстоятельства были секретными, Джек хранил бы эти секреты. Ей было достаточно знать, что он совсем такой, как отец, предельно честный, и она понимала, что их сын пошел тем путем, который наверняка одобрил бы отец.

– Джек, ты столько рассказывал о ней, что мне кажется, я уже знаю Сару. И если я права в своей оценке, она так же боится нашей встречи, как и я. Поверь, женщина, сумевшая завоевать твое упрямое сердце, уже пугает меня своей женской силой, – сказала Кэлли и улыбнулась, подняв стакан с мартини.

Джек покачал головой и покраснел. Упрямым он никогда себя не считал, но если мать и Сара заодно с Линн, Эвереттом, Менденхоллом, Райаном и Комптоном так говорят, должно быть, это правда. Джек поднял стакан с пивом и чокнулся с матерью. Линн засмеялась и присоединилась к ним.

Кэлли извинилась и вышла из-за стола, Линн подождала, чтобы она скрылась в полутьме ресторана, потом улыбнулась брату.

– Ну, сестричка, что делается в вашем доме невидимок?

– А с какой стати мне об этом тебе говорить? Я ведь до сих пор не знаю, что ты делаешь и с кем.

– Я не делаю ничего, тем более с кем-то значительным. Ты не особенно любопытна, так ведь? Мне было бы неприятно говорить о тебе с мистером Райаном – ты знаешь, что он неравнодушен к тебе.

– Джейсон Райан неравнодушен к каждой юбке!

– Вот-вот. Как я могу хорошо руководить подразделением, если за мной наблюдает Райан?

– Сдаюсь, – сказала Линн и приложилась к стакану. Поставив его, улыбнулась, потом посерьезнела. – Раз ты спрашиваешь, и раз в управлении это не бог весть какой секрет, я занималась кое-чем, мягко говоря, странным в отделе Северной Америки. Похоже, у нас есть «кроты» в правительстве, возможно, в ФБР или в Лэнгли^[15].