Волшебник-юнлинг - E. ea I

— Пфкха-кха! — Сильванус закашлялся.

— Скорджифай, — Помфри хмуро убрала разлетевшуюся изо рта еду.

— Хорошая перспектива, — одобрительно произнёс Дамблдор серьёзным голосом.

— Пфкха-кха! — Сильванус во второй раз подавился воздухом.

А дети смотрели большими круглыми глазами, особенно Перси и Пенелопа, посещающие уроки Прорицаний у профессора Трелони, одиноко живущей в башне.

— Участие в экспериментах, Сильванус, грозит непредсказуемыми последствиями. Тебе ли не знать, старый друг? — сохраняя серьёзное лицо и тон, сказал Альбус. — Я тщательно прослежу за благополучным завершением ваших опытов, студиозусы, а завтра поутру мы все вместе составим статью в «Вечерний пророк».

Кеттлберн горестно простонал и мученически глянул на оставшуюся культю — останавливаться на полпути к исцелению оказалось выше его сил. Криви и Грейнджер закивали болванчиками, ставя крест на планах до полуночи сварганить материал в «Придиру». Помфри закатила глаза и что-то невнятное пробурчала себе под нос. Рон постарался не отсвечивать, а Фред с Джорджем нехотя натянули перчатки.

Когда пациент нажрался добавок с ужина, ребята по отлаженной схеме принялись регенерировать третью конечность, самую лёгкую в плане объёмов восстановления. Трое самых младших участников слишком устали, чтобы долго волноваться из-за присутствия директора, более старшие хорошо справлялись со своими эмоциями: отросток появился спустя три заклинания и через несколько минут дозрел. Ренервейт восстановило сознательный контроль, словно конечность никуда не пропадала. Дальше мадам Помфри сдвинула ширмы, за которые ушли все, кроме Перси с Гарри-Грегарром, самой медиковедьмы и директора. Пациент оголился и был подвешен в воздухе, дабы два экспериментатора смогли направить магию по позвоночнику, а многочисленные следы на коже ничто не стесняло, иначе имелся риск сохранения отметин. Рябиновый отвар предоставил Поттер, отдав последнюю порцию собственной варки в августе.

— Квиетус, — Дамблдор сподобился убрать конфуз Кеттлберна. — Сто баллов Гриффиндору и десять Равенкло, — благоразумно не став разделять на поимённый вклад. — Мистер Криви, разрешите вашу камеру, пожалуйста. Сильванус, надень свою шотландку, пожалуйста, и повернись кругом для снимка в газету.

— Сейчас, — одинаково произнесли мальчишка и старик, исполняя распоряжение.

Перси и Гарри-Грегарр поспешили отойти к другим студентам.

— Ох ты ж! Сработало⁉

Под щелчок фотоаппарата Кеттлеберн провернулся и поражённо замер у зеркала, уставившись на свою светло-соломенную шевелюру и каштанового цвета усы без единого седого волоска.

— Словно проклятье старчества сняли… — пробормотала Помфри, наколдовавшая то самое зеркало. — Но до понедельника я вас из лазарета не выпущу, профессор Кеттлберн!

— Ох, но я же здоров как динозавр!

— Сомнус, — медиковедьма банально усыпила пациента и волшебной палочкой уложила его в кровать, предварительно сняв клетчатую мужскую юбку, традиционную для Шотландии. Благо профессор не успел ещё испортить свою одёжку об магических существ, а то ведь каждый год меняет, весной выглядя как неряха с кучей заплат.

— Ребята, поздравляю с успешными экспериментами, — Дамблдор вышел из-за ширмы, подошел к школьникам с отеческой улыбкой и позволил себе потрепать Гарри по голове. — Но… Я вас настоятельно прошу не лезть в личную жизнь окружающих. Сильванус пережил свою жену и дочь, его внуки и внучки живут в Швеции, а правнуки учатся в Шармбатоне. Ты помог излечить тело и дух, Гарри, но растеребил раны души, а они подчас болят хуже некуда.

— Но их тоже надо лечить, профессор Дамблдор, — насуплено ответил волшебник-юнлинг, памятуя беседу с маленьким зелёненьким гранд-мастером Ордена Джедеав, когда официально состоялся перевод Брапара в сервисную структуру.

— Очень-очень бережно, Гарри, блюдя постулат всех целителей: «Не навреди!»

— Так на очереди как раз очень-очень бережный эксперимент, профессор.

— Ох, никаких больше экспериментов! Не позволю! Тем более над спящим, — стала тихо восклицать мадам Помфри, грудью загородив проход к пациенту.

— Так только над спящим и можно, мадам Помфри, — заявил Поттер. Продолжить пояснение он не успел.

— Экспекто Патронум, — близнецы переглянулись, догадавшись, и хором произнесли заклинание, имея силы на вызов своих бельчат.

— Эх… — под напором счастливых эмоций бабушка сдалась, поняв задумку и растеряв боевой настрой. Именно в спящих Лонгботтомов отправлялись Патронусы.

— Экспекто Патронум, — следом Перси наколдовал короткошёрстного сенбернара, вдвое меньше того, что получался в Мунго, но это от нехватки магических сил.

— Экспекто Патронум, — из палочки Пенелопы Кристал вылетела норка и умчалась вместе с псом.

— Экспекто Патронум, — Рон тоже призвал своего терьера, будучи умелым и способным, в отличие от сестры и её закадычной подружки.

— Кому как не спящему магозоологу за счастье исследовать природу Патронусов, профессор Дамблдор? Экспекто Патронум, — вызывая своего сниджета.

— В данном частном случае ты прав, Гарри, но только в сложившихся обстоятельствах. Экспекто Патронум. Сильванус, — начав наговаривать послание своему призрачно-синему фениксу, — предоставляем тебе во сне экспериментальный шанс залечить душевные раны и познать природу Патронусов. Дерзай, дружище!

— Экспекто Патронум, — мадам Помфри последней вызвала своего лосося, на миг опередившего феникса с влётом в лохматую голову усыплённого и укрытого пациента.

Криви заворожённо и восторженно щёлкал волшебных существ, переполненный счастьем.

— За сим все эксперименты завершены. Расходитесь по своим спальням, мальчики и девочки, — командным голосом непререкаемо изрёк директор школы, опасаясь других опытов, которые могут взбрести в голову с еле заметным шрамом на лбу. Избавление от куска души Реддла сделало Поттера гиперактивным мальчиком, явственно показав, насколько он смышлёный и каким задавленным жил.

Дети умчались, а взрослые остались расхлёбывать последствия, такие как срочный заказ зелий на экстренный случай и внесение в планы варку израсходованных запасов, вызов специалистов из Мунго для освидетельствования и экспертизы, поиск заместителя для преподавания УзМС на время неминуемого отпуска Кеттлберна и прочее, уже не связанное с сенсационным исцелением и омоложением профессора.

Вопреки распоряжению взрослого, эксперименты детей на этом не завершились…

Глава 70

Планы и статьи

Дамблдор как сглазил — ночной эксперимент провалился. Уизли не имели привычку записывать сны: у старших они выветрились, а младшему снился бред о том, как его мутузят пирожки с печёнкой. Пенелопе приснилась подростковая эротика. Сам волшебник-юнлинг помыкался в подсознательном отражении школы, но ощутить своего Патронуса или попасть в сон Кеттлберна тоже так и не смог. Лиха беда начала! Крючок заброшен, дальше учиться и тренироваться осознавать себя во сне, ибо это очень полезное умение расширяет сознательную деятельность.

После зарядки, которую некоторые вчера