Время для жизни 2 - taramans

— Кто входит во вкус? Жулики? — не понял лейтеха.

— Они самые… сейчас во вкус войдут, и драть этих баб начнут, уже начали! А еще… что хуже — и резать станут. Похоже и правда — молодые, дурные, наглые. И причем — не бегут же никуда, тут продолжают пакостить… Значит… Значит — пока не остановят их, так и будут… промышлять.

— Тьфу ты! Чего ты каркаешь? Начнут, не начнут… Давай — на маршрут дуй, умник! Сидит тут… А там может… и девок этих опять грабят! — взъярился лейтенант.

Этот диалог подействовал и на Алешина. Прямо ногами скреб по земле курсант, спеша на маршрут — всех спасти и выручить! И на маршруте Андрей все горячил коня, пуская с шага на рысь.

— Андрюха! Ты брось это… сипетить, говорю, ногами — брось! Чего ты коняшку мучаешь? Нам еще семь часов тут бродить, пожалей животину! — сделал ему замечание Косов.

— А если там…, - помахал в неопределенном направлении напарник.

— А там, скорее всего, ничего не будет! Это ж как… когда чего-то ищешь, чего-то ждешь — все напрасно! Вся гадость обычно происходит неожиданно! Так что… кысмет!

— Чего? — не понял Алешин.

— Кысмет, говорю… судьба, то есть, по-татарски! Повезет-не повезет…

— Ну-у-у… даже если мы просто — мельтешить туда-сюда будем, жулики увидят и побоятся нападать! — не согласился Андрей.

— Иншалла…, - снова философски заметил Косов.

— Чего опять? — помотал головой курсант.

— Говорю — на все воля Аллаха, всемилостивейшего и всемогущего! — засмеялся Иван.

— Вот сколько я тебя знаю, Ваня… Ты периодически какой-то… придурковатый! Несешь всякое…, - фыркнул Алешин.

— Ну-у-у… есть такое, не отрицаю! — пожал плечами попаданец, — Надо иногда и подурачится? А то вот будешь всегда — серьезный, серьезный, а потом — раз! И с ума сошел! От нервных переживаний! — откровенно заржал Косов.

Понимания он в напарнике не нашел.

Но ни в этот день, ни в последующее дежурство на их маршруте ничего не происходило. Между тем, начались экзамены за второй семестр и год. Косову особо бояться было нечего — вроде бы и знаний достаточно, и оценки в течении года — неплохие, да и «букварь» всегда можно успеть полистать.

Как-то, довольно буднично, закончился ремонт в квартире подруги. И Иван помог ей с наведением порядка и расстановкой всего и вся по положенным местам. У Насти стало даже уютно, и красиво. А уж хозяйка была вне себя от радости!

— Иван! Я вот что хотела тебя спросить…, - начала Настя, протирая полотенцем новую посуду, которую мыл в раковине Косов, — У меня здесь соседка есть… Та еще… фря! Мы с ней просто здоровались, из вежливости, можно сказать. А тут… Прямо вот напросилась ко мне в гости — ремонт посмотреть. И ведь никак не отговориться от нее было! А она еще и с бутылкой вина и тортиком приперлась. Ну — вообще никак! Все ходила, смотрела, охала-ахала… А потом, когда уже за столом сидели… я сначала никак понять не могла, чего она так у меня все выспрашивает, да не прямо… а все с какими-то недоговорками да ухмылками! Я уж потом поняла… она решила, что мне все это любовник сделал!

Настя повела рукой, показывая, что это — «все»!

— М-да… и чего?

— Да вот… я думаю, с чего бы это? — недоумевала женщина.

— Да мы, когда за мебелью приезжали… она все рядом с нами терлась, все выспрашивала…, - подтвердил Иван.

— Ага… а ты чего?

— А я чего… я — ничего! — открестился Косов.

— Нет, ты мне скажи… ах, ты… так вот откуда ветер дует, да? Ну я вот тебе…, - подруга попыталась отхлестать его мокрым полотенцем. Ну как — попыталась… частично воплотила…

Благо закончилось все… как всегда — хорошо! Кровать была — выше всяких похвал! Роскошная кровать! Даже поперек — и все равно места хватало!

— Товарищи курсанты! Силами «уэркаэм» города сегодня и в ряд последующих дней в городе, в отдельных его частях, будут проводится оперативные мероприятия. Они не будут носить такого масштабного характера, как то, что… в «Шанхае». Будут носить адресный характер! Но для возможного привлечения вас в патрулях к данным мероприятиям, принято решение вооружить вас револьверами Нагана. Все же… не в чистом поле действовать придется, а в черте города, так что… поаккуратнее. Будьте бдительны, внимательны на маршрутах патрулирования. В случае привлечения к мероприятиям… оружие использовать только в крайнем случае! В крайнем случае! Вот так…

«М-да… кобура такая дубовая, что этот «наган» и захочешь — да не в раз вытащишь!».

Алешин был — сама бдительность! Башкой крутил — что тот летчик-истребитель, ага! Сорок секунд — осмотр задней полусферы!

— Андрюха! У тебя так башка отвалится! — попытался пошутить Иван, но понят приятелем — не был.

— Слушай! А вот эта тропинка куда ведет? — поинтересовался Косов у напарника, — Мы не разу по ней не ездили…

— А, эта… да в тот же поселок Сельхозинститута. Только не ко главному входу, как по основной дороге, а — к краю, там, где общаги стоят. Херовая дорожка, хочу тебе сказать! Пока ты отсутствовал, мы с парнями по ней проехались пару раз… Узкая, там еще пара мест таких сырых, что пиздец просто! Болотина самая настоящая. Овражки неглубокие имеются. И ветки еще эти… низко над тропинкой висят. Так что… в потемках там ездить… ну его нах!

Изрядно стемнело, и Алешин несколько утратил свой пыл к отлову бандюков и насильников. И сам Косов все чаще ловил себя на мысли, что надо бы… ближе к проходной порта… там чайная допоздна работает. Пирожков бы… с горячим чаем.

«А то… у-у-а-а-ф-ф-х… бля, в сон-то как кидает!».

— Ты чего… Андрюха? — спросил он у приятеля.

— А ты не заметил… куда эта девчонка делась? — крутил головой Алешин.

— Какая девчонка? Все бы тебе… только девчонок! Мне бы вот… пирожков и чай! — расставил приоритеты Косов.

— Да перед нами же шла… ну — чуть дальше! Да в светлом же платье