Мой район! - Максим Гаусс

Я был доволен. Но это еще далеко не все.

Вернувшись домой, понял, что матери в квартире нет. Взяв накопленные реципиентом деньги, я поразмыслил и рванул в центр города, решив посетить городской универмаг. Побродив там около двух часов, присмотрелся к товарам, но не нашел того, что нужно. Зато увидели меня…

— Эй, парень! — окликнул меня какой-то мужик, лет тридцати пяти. — Ищешь что-то особенное?

— Ну, можно и так сказать, — отозвался я, уже понимая, что передо мной фарцовщик. Точнее, спекулянт, а теперь уже в некотором роде, бизнесмен. Эти ребята пользовались большим спросом в Совке, продавая то, что не попадало в одежные и обувные магазины. А сейчас они стали работать открыто, слегка сменив принцип работы.

— А деньги есть?

— Найдем!

— Ну и хорошо. Идем со мной! У меня с обратной стороны точка есть. Посмотришь, выберешь.

— Ну, давай…

Разумеется, я предполагал, что это какая-то мутная тема. Возможно, за углом меня просто обнесут, дадут в бубен и сбегут. Но нет, все было нормально. Центр города, все-таки.

В общем, прикупил я у него несколько темных, дерзких футболок с яркими надписями, пару модных джинсовых штанов, ремень, высокие кроссовки, кепку. Не удержался и приобрел еще и цепочку. Было похоже на серебро, но на самом деле простая безделушка. А бонусом, всего за три тысячи рублей, он втюхал мне еще и флакон мужской туалетной воды.

— Бери, бери! Выгодно же! — подбодрил барыга. — Такая вещь всегда пригодиться!

Взял и ее, тем более, что аромат мне понравился. В общем, обновился я знатно.

Посмотрев в зеркало, я видел уже не наивного, забитого школьного ботаника, а дерзкого и уверенного в себе парня, который точно знает, чего хочет.

Более того, отметил, что в моем лице тоже что-то изменилось… Взгляд, выражение. Как будто часть натуры меня прежнего, проступила и на физическом уровне, пусть и едва заметно. Не знаю, может и показалось, но я как будто бы увидел в зеркале частичку себя молодого.

Так же я уже выдвинул предположение, что незаметно растворяюсь между своим сознанием и подсознанием реципиента. Осталось немного от взрослого мужского хладнокровия и уверенности, но при этом значительно снизилось влияние возраста и зрелости. Это сказывалось на принятии решений, на анализ. Мне как будто бы было уже не пятьдесят с копейками, а что-то в районе тридцати. Изменился характер принятия решений, процесс восприятия. Если подвести черту, то грубо говоря, сейчас я был молодым парнем лет восемнадцати, с мышлением около тридцатки. Как-то так.

Сначала меня это напугало, признаюсь, не сразу я въехал. Но постепенно заморачивался все меньше и меньше.

Когда же вернулся домой и вошел в квартиру, стоящая у зеркала мать, остолбенела.

— Антон? — изумленно спросила она. — Это что такое? Это ты или не ты⁈

— Имидж, ма! Имидж! — довольно пояснил я. — Нравится?

— Ну… — она выглядела растерянной, на что я сделал простой вывод — сына она таким никогда не видела. — Я не знаю, все странно. Это что, сейчас так модно?

— Ты знаешь, наверное, да…

* * *

— Чего ты там мямлишь? — отдирая лейкопластырь, угрюмо переспросил Череп.

Лицо лидера гопников перекосило от боли, да и сам то и дело шипел от боли — кровь на подбородке уже успела присохнуть, отчего процедура шла крайне болезненно. Надо же было случайно зацепить на тренировке мешок, чтобы тот вновь повредил рану, что осталась после стычки с никчемным муфлоном Басуковым…

— Да, понимаешь… — пожал плечами Клим. Неудобно ему было отчитываться перед Черепом за собственные ошибки. Пацаны ведь не только не извиняются, но и отчитываться не любят. — Он нас в многоэтажку строящуюся заманил, ну мы там и разбежались. Думали, изловим его по-быстрому, попинаем немного, кровь пустим. А потом разъясним чморику популярно, где он и что неправильно сделал. А этот Барсуков оказался не промах, подкрался и напал на меня как крыса, со спины. С виду жалкий ботан, а сам хитрый. И это, базарит толково.

— Клим, я не понял! Он что, вас развел? — изменился в лице Череп.

— Ну, говорю же… Проблему я с ним пока не решил. Хитрый он, предусмотрительный. Знал, что делает. И ушел красиво.

— Этот муфлон вас пятерых кинул, я правильно понял?

— Ну да. Только это… Не совсем муфлон он. Слушай, чего ты так на него вообще взъелся? Ну да, не пацан. Так на районе таких полно. Может, давай его к нас возьмем?

— Угу… Не муфлон, значит⁈ — Череп смерил Клима свирепым взглядом. — Ты че, попутал? На фиг он нам тут нужен, особенно после такой подставы!

Несколько секунд было тихо.

— Ладно, ладно, — уже куда спокойнее произнес Клим. — Не кипятись. Есть у меня одна идея как на него надавить, чтобы пацанам не мешал. И пасть больше не открывал, куда не нужно. Сначала понаблюдать хочу…

Череп вдруг зарычал от боли — лейкопластырь наконец-то поддался. Он швырнул его прямо на пол и растоптал ногой.

— Другое дело… — выдохнул тот, направляясь к болтающейся на цепи груше. — Это теперь твоя проблема!

— А чего моя-то?

— Че, мля? — вновь набычился Череп. — Ты попутал, Клим?

Тот не ответил, просто стоял и молча смотрел на старшего.

— А, я понял… Думаете, эта сука позорная меня об асфальт уронила? Хрена с два! Я поскользнулся, а тот моментом воспользовался! — Череп вдруг взял, да и пробил мощную двоечку по висящей груше. — Короче, я решил, что эту гниду нужно проучить. Хорошо проучить, чтобы остальным неповадно было. Иначе, что о нас люди подумают? А что я брату своему скажу, а?

— Ну да. Все так.

— То-то же… Ладно, я сам решу насчет Барсукова. Все, дуй отсюда. Ты мне настроение портишь. И Клеща в магаз за пивасом отправь! Скоро Метис приведет чиксу, а я так и не расслабился!

Неожиданно двери в качалку распахнулись и внутрь зала вошли трое. Один высокий и широкоплечий молодой мужчина, лет двадцати с копейками, может чуть больше, а за ним двое братков постарше. Первый выглядел стильно — темные, почти черные джинсы, белая майка, а поверх нее черная рубашка на пуговицах. Сам в весьма неплохой физической форме, но на тупого качка не