Кодекс Императора - Виктор Молотов

У одного из четверки убитых был очень слабый дар тени, который я и забрал, а талант к магии света отправил обратно в Многомерную Вселенную.

Пора разделаться с остальными. А по рациям я слышал, что врагов стало гораздо больше. Либо это новеньких призвали, либо прошлые решили сократить дистанцию к своей цели, то есть — меня. Но наверняка я этого не узнаю, не настолько хорошо развит мой навык восприятия.

Алина может разобраться со всеми, кто идет по мою душу, но я не люблю настолько полагаться на подчиненных и считаю, что всё должен уметь делать сам. Да и как я могу отказаться от продолжения столь увлекательной игры?

Вытираю клинок от крови об одежду убитого и направляюсь в лес к одному из отстающих из отряда мечника. А то чего он шастает, где не попадя?

* * *

Граф Одинцов изо всех сил боролся со сном. Выпил пять чашек кофе, но они не помогли. Тогда он решил сделать физические упражнения, и с ними сонливость ненадолго отступила.

В очередной раз, когда он делал отжимания, а из окна проскальзывали первые лучи рассветного солнца, в кабинет постучали.

— Войдите! — бросил граф и поднялся на ноги.

В комнату прошел глава его службы безопасности и сообщил:

— Операция закончена.

— Отлично! Пойду посплю, — обрадовался граф.

Конечно, а иначе быть не могло, он стольких людей отправил…

— Закончена провалом.

Эти слова свалились на Одинцова, словно снежный ком, и он сперва не поверил своим ушам.

— Что⁈ — переспросил граф, нахмурившись.

— Ни один из бойцов не выходит на связь.

— Это шутка такая?

— Нет, Ваша Светлость.

Одинцов начинал кипеть от ярости. Как этот мальчишка мог справиться со всеми? Граф поверил бы скорее в массовые помехи, нежели в то, что все группы захвата ликвидированы.

— Да не может быть! Отправьте еще людей, плевать на защиту поместья! — приказал граф.

— Мы и так многих отправили, не скажу, что в поместье осталось много охраны.

— Да мне плевать! Хоть слуг отправьте, но достаньте мне этого мальчишку!

Глава службы безопасности кивнул и вышел из кабинета.

А граф Одинцов яростно смахнул со стола бумаги и, тяжело дыша, впервые осознал: он начал паниковать, опасаясь упустить цель. Такого Вороновы ему не простят!

Нет, он будет искать цесаревича до последнего вздоха!

* * *

— Хватит дуться, я всего на двух человек больше убил, — говорю я Алине, пока мы пробираемся через лес к Белозерскому баронству.

Самолет рухнул совсем недалеко от назначенной цели, поэтому мы решили пройтись до нее пешком, попутно устраняя всех, кто сам желает нашей смерти. Только к утру преследователи, наконец, закончились, или же наши враги еще не выслали подкрепление.

— Всего лишь, — фыркнула Алина, с трудом принимая поражение.

— Я сам тебя учил, а редко бывает так, что ученик превосходит своего учителя. Кстати, держи!

К Алине переходит дар тени и лицо девушки расцветает в улыбке.

— Очень вкусно, — говорит она и обида за проигрыш вмиг исчезает. — Ой, господин, у вас кровь из носа идет…

Я достаю из кармана платок и вытираю кровь. У одного из последних убитых был совсем слабый дар тени, который я решил встроить в свой дар ради усиления. Вот и последствия.

— Мы уже на границе, — говорю и убираю платок обратно в карман.

— Тогда я отправляюсь на разведку.

Я киваю, и Алина исчезает в тени. Но уже через десять минут она возвращается с новостями:

— А я лагерь нашла!

— Веди, — говорю я.

Вскоре мы вышли к лагерю бандитов. Это было понятно по обстановке вокруг. Они забрались глубоко в лес, и здесь мало кто мог их обнаружить. Да не всякий дрон нашел бы их сквозь густые кроны деревьев.

Угли костра еще были горячими, а стоявший на столе чай — теплым. Бандиты явно уходили в спешке.

— Вероятно, они очень хотели жить, раз всё оставили, — вздыхаю я.

— Кто? Военные? — обернулась Алина и захлопала глазами.

Она не видела очевидного.

— Нет, бандиты. Сама подумай, форма на всех военных была чистая и выглаженная. Думаешь, живя в землянках, этого можно добиться? — я кивнул на ветку, на которой сохла чья-то дырявая рубаха.

— Ну, нет, пожалуй, — задумалась она.

— Да и как минимум, военные пришли с другой стороны.

— Мы шли сюда довольно долго, не могли же бандитов выстрелы спугнуть?

— Не уверен, что они вовсе их слышали, расстояние слишком велико. Тем более мы сокращали расстояние, проходя через тени.

— Но что тогда их спугнуло?

— Не знаю. И у нас сейчас другая цель, как раз один знакомый барон пригласил меня в гости.

— Отлично, значит, я снова буду вашей горничной? — улыбается Алина.

— Горничная, которая успешно спрыгнула с парашютом и осталась жива в этой мясорубке? — хмыкаю я.

— Вы смогли меня защитить, — подмигивает она, но мне не нравится эта легенда.

— У тебя другое задание, помнишь?

— Да, но разве оно не терпит?

— Не терпит.

— Господин, в таком случае мне нужно три дня на путь туда-обратно.

— Тогда встретимся уже во дворце.

— Слушаюсь, — Алина кланяется и исчезает в тени.

А я выхожу из лагеря в направлении поместья барона. Хотел я разнообразия в жизни? Вот и получил.

Теперь буду не только зачинщиком зачистки этих земель от бандитов, но и детективом. Перед тем, как разобраться с преступностью, нужно выяснить, куда делась из этого лагеря довольно большая банда.

Глава 6

За окном сгущались тучи, скрывая мерцающую на небе луну. Эта ночь обещала быть темной и холодной. Угли потрескивали в камине, перед которым в кресле сидел барон Звягин Михаил Сергеевич. Ему принадлежало Белозерское баронство, для которого он и попросил помощи у цесаревича Дмитрия Романова.

Барон не ожидал, что наследник приедет, и рассчитывал, что он всего лишь ускорит процесс рассмотрения его прошений через свои связи в правительстве.

Но он приехал на следующее утро после того, как Звягин попросил его о помощи. А помимо этого оказалось, что самолет цесаревича сбили где-то рядом с его землями, и Дмитрию пришлось уходить от погони.

Но раз были преследователи, то почему они не прошли за цесаревичем на земли барона? Ответ мог быть только один, и он лежал на поверхности — все недоброжелатели мертвы.

Барону было сложно представить, как этот, ничем не примечательный на вид, юноша с ними расправился. А больше некому, ведь в катастрофе выжили лишь цесаревич и его служанка, которую он отправил домой после потрясения. Точно не она разобралась с сотнями солдат. Значит и Дмитрий не так прост,