Постчеловек - Алексей Стацевич

Учитель не услышал этих слов. Или услышал, но не обратил внимания. И начал длинную лекцию:

— Как вам известно, в две тысячи восемьдесят девятом году НАСА, совместно с частными компаниями, занимающимися космическим туризмом, отправила особую исследовательскую экспедицию на орбиту Меркурия. Помимо перманентного изучения самого Меркурия, ученые планировали с его орбиты уделить самое пристальное внимание Солнцу, которое в два последних десятилетия вело себя крайне нестабильно. Планировали уделить пристальное внимание, и — уделили. Уже в начале две тысячи девяносто первого года ученым удалось собрать и систематизировать довольно обильный пласт информации, чтобы сделать первые выводы… Увы, предварительное заключение оказалось сугубо пессимистичным — «звезда находится на последней стадии предуничтожения».

Андроид окинул класс беглым, но внимательным взглядом, фиксируя степень заинтересованности, и вновь уставился в стену.

— За следующий год ученые всего мира провели сотни экспериментов, симулирующих дальнейшее развитие событий, а также, продолжая наблюдение за Солнцем, накопили достаточно информации и технических данных, чтобы заключение из «предварительного» перешло в «итоговое». Неутешительный прогноз ученых поверг планету в шок и звучал так: «В течение пятнадцати лет Солнцу грозит гибель посредством стремительного затухания, связанного с ослаблением и прекращением термоядерных реакций внутреннего ядра, следствием чего станет быстрое погружение Земли в вечную мерзлоту».

«Разве возможно запомнить все эти термины и определения? — подумал Костя. — Вроде он говорит понятные по отдельности слова, но в памяти совершенно ничего не откладывается… Как же здорово, что есть чип информации! А если без него? Да еще и экзамен сдавать? То что тогда делать? Учить⁈ — ужаснулся он. — Бедные дети прошлого! Забивали себе головы всякой ненужной ерундой!»

— Как я и сказал, поначалу эта новость вызвала шок и многие его производные: отрицание, панику, беспорядки, мародерства… Самоубийства!.. — Андроид негодующе всплеснул руками. — Еще бы! По сути, человечество ставили перед фактом, что через полтора десятка лет жизнь на планете исчезнет. А как бы вы отреагировали на подобную новость⁈

Класс переглянулся — отвечать никто не торопился. Никто, кроме Кэтьки.

— Я бы ушла в монастырь, — насмешливо бросила она.

— В монастырь? Хм… Знаешь, Сапрыкина, твой вариант кажется мне любопытным… Оригинальным. Молодец! Но ты ведь знаешь, как негативно мы относимся к проявлениям лже-религий?

— Знаю. — Девушка равнодушно пожала плечами.

— Хорошо, Сапрыкина, давай попробуем развить эту тему… Скажи, что ты делала бы в монастыре? Полагаю, молилась бы несуществующему богу, чтобы тот спас Землю? — усмехнулся андроид.

Кэт одарила учителя презрительно-холодным, но в то же время настолько испепеляющим взглядом, что будь на его месте человек — наверняка бы проклял то мгновение, когда решил насмехаться над этой темноволосой девчонкой!

— Я что, дура? — язвительно фыркнула она. — Я бы соблазняла попов и монашек, жгла иконы и оскверняла могилы! Зачем? Чтобы после смерти точно попасть в ад! Потому что там тепло-о-о…

Класс недружно засмеялся — для кого-то подобные высказывания были все же недопустимы.

— Остановись, Сапрыкина, мы тебя услышали, — перебил андроид. — Еще есть желающие высказаться? Нет? Тогда я, пожалуй, продолжу лекцию. — Он прочистил горло, хоть этого и не требовалось, и заговорил: — Итак, человечеству дали срок — пятнадцать лет… Много это или мало, судите сами, но, к счастью, в двадцать первом веке — а особенно в его конце — технологии не стояли на месте, развиваясь даже не семимильными, а семидесятимильными шагами! Да, я знаю, что такого выражения не существует, но им я как бы хочу подчеркнуть, какого гипертехнологического прогресса добилось научное сообщество на стыке веков. И это сообщество, благодаря лучшим умам мира и самым продвинутым нейросетям, сумело смоделировать дальнейшую линию поведения и дало людскому роду призрачный шанс на спасение.

Андроид вновь обвел класс взглядом, и на этот раз в нем проглядывалась лукавая хитринка. Настолько лукавая, что можно было подумать, будто это сам учитель являлся одним из упомянутых им «лучших умов мира и самой продвинутой нейросетью».

— Города-небоскребы! — вдруг торжественно провозгласил он. — Это и был тот единственный призрачный шанс! Да, сначала идея казалась утопической. Посудите сами — пустить все силы и человеческие ресурсы на небывалую по масштабам стройку, чтобы за условные десять-пятнадцать лет соорудить автономно функционирующий дом, вмещающий сто тысяч жителей… Которых потом в придачу требовалось обеспечить электричеством, теплом, горячей и холодной водой, работой… едой, в конце концов! Согласитесь, идея выглядела так себе! Но, за неимением внятных альтернатив и с подачи богатейших людей планеты, стройка все же началась. И это была поистине грандиозная стройка!

Вполуха слушая лекцию, Костя незаметно зевнул и потер заслезившиеся глаза — от монотонного голоса андроида тянуло в сон. Сейчас бы закрыть глаза и немного подремать… А учитель продолжал вести урок:

— Но дело не могло ограничиться строительством всего лишь одного небоскреба! К концу века население планеты вплотную приблизилось к десяти миллиардам человек. И чтобы спасти всех, требовалось возвести сто тысяч подобных домов! И это, как вы понимаете, даже несмотря на современные технологии, оказалось невозможным. Невозможным чисто физически: не хватало ресурса — как строительного, так и человеческого. Нет, дома, конечно, строились, но не в таком количестве… — Андроид на секунду замолчал, а затем громко постучал ручкой по столу: — Не спи!

Костя встрепенулся, подумав, что тот обращается к нему. Но нет.

— Кузнецов, не спи!

Взгляды переместились на Кузнецова.

— А я чего? Я ничего! — вытаращив сонные глаза, заверил тот. — Не сплю и даже не думал!

Учитель в очередной раз окинул класс взглядом, фиксируя на лицах учеников начавшую проступать скуку. Но деваться было некуда — требовалось довести урок до конца!

— Вскоре правительства ведущих стран мира заговорили о различных непопулярных ухищрениях, на которые они были готовы пойти, чтобы в разы сократить количество строек. Во-первых, по новой директиве спасать предполагалось только детей, подростков, а также мужчин и женщин репродуктивного возраста, то есть не старше пятидесяти лет. Иными словами — никаких стариков! И эта мера оказалась действенной, существенно сократив требуемое количество домов. Но тут стоит отметить, что многие люди не захотели бросать родителей, обрекая тех на неминуемую гибель, и в знак солидарности попросту отказались от своих будущих мест в небоскребах. Тем самым обрекая на гибель и себя… Глупцы…

Андроид осуждающе покачал головой — любовь к родителям механическому созданию была чужда.

— А затем случилось «во-вторых». Новоиспеченный Совет Америки, Европы и Японии принял единогласное решение об исключении густонаселенных, но бедных