Гиперсеть - Василий Головачев

– Откуда вы его знаете?

– Работа такая.

– Почему его теория заинтересовала Совбез?

– Потому что у неё далеко идущие последствия. До их практического применения далеко, но уже сейчас кое-кому может не понравиться возня Кеши с теориями глобального контроля.

– Моделирования?

– Это и есть контроль.

– Кому? Это ведь… – Савва сделал жест, как бы выпуская воздушный шар, – всего лишь мысленный эксперимент.

– А если нет? Если кто-то и в самом деле контролирует наш континуум, всю нашу науку, физику, жизнь?

Савва с сомнением посмотрел на спутницу.

– Неужели подобные фантазии напрягают Совет безопасности?

Виктория рассмеялась.

– Эти фантазии напрягают меня. Но ваш скептицизм забавен. Вы свободно рассуждаете о космологических моделях Вселенной и напрочь отметаете конспирологические. Почему? Не верите в пастухов-инопланетян?

– Не верю, – подтвердил он серьёзно. – Нет ни одного документального подтверждения, что они существуют.

– А НЛО?

– НЛО по большей части объясняются законными физическими явлениями либо шизоидным состоянием очевидцев их появления. По всем каналам ТВ одна говорильня, словно кто-то специально раздувает эту тему, чтобы люди не поверили в настоящий контакт, если он вдруг случится.

– Может, так оно и есть? А вся ТВ-истерия – всего лишь подтверждение начавшейся подготовки к скорому контакту?

Савва наморщил лоб.

– Вы меня… тестируете?

Виктория снова рассмеялась.

– Проверяю на креативность мышления. У вас хорошая реакция, но мыслите вы узко, надо раздвигать рамки обыденного и мыслить масштабней. Человечество упёрлось в тупик деградации, грядёт эпоха перемен, важно не затеряться.

– Для этого не надо верить всему, что говорят СМИ, скрывая истинное положение вещей.

– Тут я с вами соглашусь. Как сказал один светлый человек, писатель: «Чтобы понимать друг друга, много слов не надо. Много надо – чтобы не понимать»^[7].

– А говорите, что не читаете книг.

– Я такого не говорила, хотя времени на чтение и в самом деле нет. Пожалуй, посплю, лететь долго, да и вам советую. В Сингапуре отдыхать не придётся. Кстати, вы там бывали?

– Нет.

– Я тоже. Вообще за границей не бывали?

– Почему? Неоднократно.

– Где?

– В Таиланде, в Индонезии, на Крите.

– Один или с компанией?

– С женой, – сказал Савва, внутренне пожалев, что признался в наличии жены. Хотя тут же пришла мысль, что Шахова скорее всё знает. Добавил: – И с компанией тоже. Правда, в последние два года я за границу не летал.

– Почему?

– Так получилось.

– Работа, подписка, – догадалась Виктория. – Я тоже была в Таиланде, с делегацией. Любовалась дворцом Ват Арун. Не видели?

– Видел, великолепный замок, кажется, периода Аютхаи, если не ошибаюсь. Олицетворяет гору Меру, обиталище кхмерских богов. Он весь покрыт разноцветными плитками фарфора, такие строения там называют прангами.

– Да, мы весь день потратили на экскурсию. А ещё я была в храме Ват Ронг Кхун, он весь ослепительно-белый, с зеркальными вставками и мозаикой из стекла. Изумительно необычный по архитектуре, ажурный и колючий.

Савва промолчал. Храм Ват Ронг Кхун он не посещал.

– В Индонезии тоже полно храмов, индуистских и буддийских. Мне запомнился Прамбанан на Яве.

– Великолепный комплекс, – согласилась Виктория. – Раннее Средневековье, реставрирован в середине прошлого века. Между прочим, и у нас много интересных сооружений и мест, в Центральной России и на Дальнем Востоке, в Крыму. Девочкой меня возили на Украину, ещё до гражданской войны, в Клевань, показывали редкое по красоте место – «тоннель любви». Летом, в солнечную погоду, он так прекрасен, что можно часами бродить по рельсам – да, там рельсы проложены, – между зелёными стенами, увитыми плющом и лозой, и любоваться. Не слышали?

Савва покачал головой.

– Не слышал, теперь туда не съездишь.

– Ну почему? Было бы желание, всегда найдётся вариант.

Подошла бортпроводница.

– Что будете заказывать? – спросил Савва.

– Ничего, только сок. – Виктория некоторое время смотрела на облака под самолётом, закрыла глаза.

Разговор прекратился.

Савва заказал отварную курятину, чай, пообедал и, видя, что спутница уснула, тоже закрыл глаза, подумав, что и ему не мешало бы выспаться.

Снился ему тоннель, пробитый в толще зелёного леса, и гладкие рельсы, почему-то вызывающие отторжение и беспокойство…

* * *

Самолёт сел в сингапурском аэропорту Чэнги в семь часов утра по местному времени.

Ни Савва, ни Виктория не брали с собой больших баулов, довольствуясь дорожными сумками. Причём оба выбрали формат пиквадро, только Савва – чёрного цвета, а Виктория – красного. Когда он увидел в руках женщины сумку, то даже не стал шутить, хотя такое совпадение вкусов его слегка озадачило.

Однако мужчины-спутники запаслись фирменными чемоданами на колёсиках, словно собирались поселиться в Сингапуре надолго, пришлось ждать их в зале на выходе из третьего терминала аэропорта, представлявшего собой ультрасовременное сооружение, открытое в две тысячи восьмом году и отреставрированное с использованием нанотехнологий в две тысячи семнадцатом. К зелёным в полном смысле этого слова «живым» стенам добавили великолепные сады, а к первому в мире «Саду бабочек», в котором проживало более тысячи ярких красавиц, достроили «Сад роботов», населённый множеством смешных и необычных механических созданий. Этот сад Савва не видел, зато полюбовался на крышу главного зала, которая пропускала солнечный свет выборочно и дозированно, что сдерживало обычную для острова тропическую жару.

Чёрников и Скарабеев наконец выбрались из зоны прилёта, присоединились к ожидавшей их паре. Виктория связалась с кем-то по телефону, и вскоре они уселись в подъехавший к центральному пилону прибытия белый минивэн с затемнёнными стёклами. Это был автомобиль российского консульства.

Ехали минут сорок. От аэропорта до гостиницы Fragranse Hotel-Ruby, где остановилась делегация из России, было чуть больше двадцати километров.

Сингапур вблизи поражал воображение. Во-первых, шириной и качеством дорог и улиц, во-вторых, отсутствием пробок при полностью загруженных магистралях, в-третьих, соседством старых «колониальных» кварталов с суперсовременными зданиями, одно из которых – Icon Plaza, построенное в две тысячи шестнадцатом году, считалось самым высоким в мире^[8].