Председатель - Вай Нот

— Хороший специалист хотя бы на следующий день заметил бы болезнь. Вы же решили спустить всё на тормозах или даже скрыть. Это недопустимо.

Тупин разочарованно отвернулся от меня в сторону овец и теперь угрюмо разглядывал их и молчал.

— Не забудьте провести ревизию лекарств на всякий случай. Если чего-то не хватает, то сразу ко мне. Овцы должны быть здоровы. Нам ещё план выполнять. Работайте.

Ветеринар всё также молчал.

— Вы меня слышали, товарищ Тупин? — спросил я.

— Слышал, — буркнул он себе под нос.

Ладно, хотя бы так.

Я вернулся в козлика и поехал в правление, где тут же созвонился со Светланой Ждановой. Сообщил ей, что в Красной Заре копытная гниль и предупредил, что отправлю официальный запрос на получение нового ветеринара. Я не питал иллюзий, что Тупин и его единственная помощница ветеринарный фельдшер Кудрявцева сумеют обеспечить надлежащий уход для почти двух сотен больных овец, а ведь ещё и другие животные есть, которые тоже нуждаются во внимании. Конечно, есть и другие работники овцекомплекса, но всё же.

Увы, Светлана меня не сильно обнадёжила, сразу предупредив, что хорошего специалиста найти будет трудно. Но тут не до жиру, пусть хоть какого-нибудь пришлют.

Далее я весь день занимался какими-то мелкими проблемами. То с Елиным пришлось снова общаться по поводу парт. билета Тупина, то с бухгалтером опять поднимали старые и новые документы, чтобы сверить планы. Так и день почти весь пролетел.

А к вечеру, Алла напомнила мне о репетиции юбилея. После чего привела меня на знакомое место. Неподалеку от разрушенного клуба, прямо на лавочках, уже сидела толпа артистов.

Что ж, посмотрим, что за номер каждый из них подготовил.

— Добрый вечер, товарищи артисты! — с улыбкой окинул я взглядом ожидающих меня людей.

— Здравствуйте, товарищ председатель! — отозвались они хором, словно уже отрепетировали и этот момент.

Среди ожидающих меня людей были как музыканты, так и обычные дети. Три женщины в одинаковых зелёных платьях с горошком кокетливо улыбнулись мне.

— Так, что у нас там по плану идёт? Кто первый выступает?

После моего вопроса Алла встала с места и открыла небольшой чемодан, что всё время носила с собой. Внутри оказался магнитофон со знакомым мне названием «Романтик», а рядом с ним лежал микрофон.

Она быстро всё подсоединила и сказала:

— Сначала выступит парторг, Борис Николаевич Елин, с поздравительной речью. После чего идёт речь председателя, а далее вручение почётных грамот для работников колхоза, — объяснила она, — ну а затем начинается развлекательная часть, включающая в себя выступления наших артистов и кино!

— Кино? — неподдельно удивился я, — Откуда?

— Вы чего! Кинопередвижка, — объяснила Алла, — они к нам заедут только на вечер, а после мероприятия отправятся в Красную зарю на два дня.

Речь председателя, ну как же я мог забыть! Без этого никуда. Следует подготовиться.

Один из детей, темноволосый мальчуган лет так семи, сразу же подбежал ко мне и нетерпеливо воскликнул:

— Товарищ председатель, товарищ председатель! Я — первый! Можно начать?

— Ух, какой смелый растёт! — погладил ребёнка по голове, — Будем рады выслушать! Что ты приготовил для нас?

— Я с друзьями буду стишок рассказывать! — от прилива эмоций он то и дело размахивал руками, предвкушая выступление.

— Хорошо, веди своих друзей!

Я уселся на лавочку рядом с Аллой, а паренёк демонстративно встал в метре от нас, затем повернулся ко всем присутствующим и махнул рукой другим детям, подзывая их к себе. Ребятишки выстроились в линию, подняли с гордостью голову, затем мальчуган начал:

«Когда был Ленин маленький,

Похож он был на нас,

Зимой носил он валенки,

И шарф носил, и варежки.

И падал в снег не раз!»

Затем он кивнул девочке, что стояла рядом, и та продолжила стих. Для удобства, каждый из детей заучивал по абзацу. Четыре абзаца — четыре ребёнка и продолжали они строго друг за другом.

Самый крайний ребёнок закончил стих:

«Как мы, шалить умел он,

Как мы, он петь любил,

Правдивым был и смелым

Таким наш Ленин был»

Как прозвучала финальная часть стихотворения мне не понравилось. Мальчик произнёс его без выражения, словно кто-то насильно заставил учить стих, который не вызывал никаких эмоций и ассоциаций у ребёнка.

— Как зовут крайнего? — обратился я к Алле.

— Федя! — вмешалась в наш разговор одна из нарядных женщин, продолжая всё также кокетливо улыбаться.

Долго же искала причину со мной заговорить.

Я кивнул в знак благодарности и подозвал мальчика к себе:

— Федя, а вот скажи, кем приходится тебе Владимир Ильич Ленин?

Толпа загудела. Каждый то и дело пытался подсказать ребёнку ответ. Я поднял ладонь вверх, требуя тишины, и все моментально замолкли.

— Дедушка Ленин друг всех октябрят и пионеров, — тихим и неуверенным голосом ответил мальчик.

— А ещё, кто-нибудь может что-то добавить? — посмотрел на детей я.

— Революонер! Ревлюцнер! — девочка попыталась выговорить слово, что так нелегко давалось, затем перефразировала: — Папа говорил, что он освободитель народов!

— Революционер! Верно, — с улыбкой кивнул я.

— Отец коммунизма! — послышался громкий и решительный голос того самого мальчика, кто так жаждал выступить первым.

Я вновь посмотрел на Федю и добавил:

— Когда-то давно, дедушка Ленин был таким же, как и вы, — обратился к детям я, — Но его смелости хватило, чтобы изменить судьбы всего мира. Ты говоришь о спасителе, Федя, о великом человеке, которого знает каждый. Вам достались строчки неповторимого стихотворения, произносите их с гордостью и выражением!

Я попросил детей выступить повторно. В этот раз стихотворение заиграло совсем другими красками. Федя мальчик умный, сразу понял, что к чему и на этот раз звучал лучше всех.

Под громкие аплодисменты детишки уступили место пожилому гармонисту.

Седой старик в фуражке, словно молодой, поднялся с лавочки и резким движением накинул на себя гармонь, затем сразу же перебирая бешено пальцами принялся наигрывать игривую мелодию:

«Ну так здравствуйте друзья,

Дорогие зрители!

Я для вас спою частушки

Послушать не хотите ли?»

Толпа захлопала в такт музыки, подбадривая исполнителя, а старик тем временем с улыбкой продолжил петь частушки:

«Люда,