Библиотекарь рун. Том 2 - Ким Савин

выставить себя центральной фигурой этой самой резидентуры чужедальнего королевства. Тут и мой паспортный возраст помогает — все-таки в семнадцать лет особо серьезно меня воспринимать не будут в такой роли, хвала магии! И не подставить близких и условных союзников. Вот и примем это как черновой вариант задачи!

— Таранис, послушай, пожалуйста! Что умеет один — другой всегда повторить сможет. Хуже-лучше, по-своему, но — сможет! Если не будет руки опускать. Ты уже слышал — как можно «по-другому». Ты — талантлив! — я «пропустил» отрицающий мах рукой поэта. — И не спорь — я тоже кое-что читал и слышал. Просто образцов у тебя не было — от чего оттолкнуться можно было бы. Теперь — пусть немного, но есть! А дело-то простое — для твоего таланта. Всего-то — писать про насущные проблемы и мысли живых людей. Не про даму и рыцаря с картинки, которые даже какают радугой! — тут Грохотало не выдержал и опять улыбнулся, — но и не только про то, как поденщик, получив монеты, к шлюхе пошел или в лужу упал после кабака…

— Ну, ты уж совсем меня никчемой представил, Лорн! — с небольшим наигрышем возмутился Таранис. — Посмеяться у меня было, конечно, но чтоб я своих работяг дурачками пустыми…

— Прости, я не об этом говорил, — перебил я. — Ты же и сам понимаешь, что есть время подходящее и для веселья, и для раздумий, и для грусти. И песни разные будут. Тебя же в озвученных мною строках привлекло, что они внутри что-то цепляют, так? — Таранис согласно кивнул. — Так оно и цепляет, потому что ты из этих строк — можешь сложить образ своего реального соседа, знакомого или, наоборот, настоящего врага. И этот образ будет живым и узнаваемым, со своими радостями и проблемами. Это все, что я могу тебе сказать — я-то не поэт в отличие от тебя!

— Да что ты мне заливаешь, «не поэт»!.. — не поверил Грохотало.

— А смысл мне тебе заливать? Но это — твое дело, во что верить. А предложить я тебе хотел следующее. Ты верно подметил, что мои слова скорее до дворян достучатся. Ты же — сможешь выразить точнее и понятнее — для народа простого! — Таранис хмыкнул на мои слова. — Можешь-можешь! Так вот я хочу, чтобы ты мне написал, скажем, пять песен. Не для дворцов. Не знаю, как видится тебе, но я вот думаю, что может дело до войны скоро дойти. А песни мне нужны о том, что человек простому — шахтеру, грузчику, ремесленнику — от войн этих только худо бывает. Или что простой боец ради славы графа какого — жизнь или здоровье потеряет, а аристократ — и славу, и добычу себе поимеет. Будешь ты сам эти песни петь или только мне отдашь — дело твое. Помни только — за такое пение, да в неправильном месте, и на рудники можно будет скоро загреметь. …А это — задаток — 10 золотых.

Я снял поясной узкий кошель и протянул Таранису. Тот неверяще уставился на меня, не спеша принимать аванс:

— Я что — сплю? Мне за ненаписанные и неспетые песни вперед платят! А пропью я их завтра, да по девкам прогуляю? — в удивлении и сомнениях выдавил ошарашенный поэт.

— Думаю, наоборот — ты эти песни напишешь и без денег. Потому как настоящий поэт — не может не изливать душу в творчестве, а настоящий народный поэт — напишет о том, что у простых людей на сердце! А как ты вдохновение будешь добывать — у девок или с киркой в шахте — не мое дело. Еще столько же — мой знакомец передаст тебе с весточкой от меня — месяца через три, если будет за что. А не будет — ну, значит я в тебе ошибся. Бывает такое в жизни. Получится — продолжим сотрудничать.

— 4 кроны за песню! Что б мне провалиться! Да что ты с этими песнями моими делать собираешься — сам петь? — продолжал «не верить» Где-то-Грохотало.

— Раздам всем желающим. Интерес мой — чтоб войны не было! Готов за это биться так, что и камня на камне не останется! — уточнил я свою мотивацию и таки впихнул Таранису пояс с золотыми.

* * *

Воскресным утром, а ночному «тусовщику» и два часа после полудня — вполне себе утро, я продрал глаза и, зевая и потягиваясь, уставился на потолок над кроватью. Что ж, камушек в тихий омут я вчера подкинул, посмотрим — куда круги разойдутся. Как раз за каникулы зимние — ясно и станет.

Кстати, о каникулах. Дни до следующих выходных у меня только и оставались — для подготовки к отъезду. И вместить этот отрезок времени должен был целую кучу дел. И Эдну окончательно уговорить на поездку (или будет вариант «Кавказская пленница» — для особо капризных и мнительных), и с транспортом разобраться (точнее разориться — на химер), и подарки выбрать… А еще финальные отборочные… И я буду гадом бесчувственным, если вместе с одними приятелями — за других не поболею…

Мне резко расхотелось выбираться из кровати — навстречу предстоящим делам. И вообще, я слишком хорош в постели — могу проспать еще сутки целые, кто бы дал! Я скосил глаза на неспешащего подниматься со своего уютного коврика Маура. Пантера может в карету запрячь? И я злорадно заулыбался от вдохновляющей меня картинки с котей, который под хомутом тащит за собой колесный транспорт, высунув язык от натуги. А я сижу внутри кареты и ем сметану! Да!

Но карета-то ладно, не срослось у меня с мотоциклом (пока!) — есть химеры, пусть и дорогие. В конце концов, проблема которую можно решить за деньги — это не проблема, а всего лишь расходы. А вот с нечеткими планами — выйти на каникулах еще и в море (на разведку и чтоб пятая точка не скучала!), нужно было что-то решать.

Просто меня преследовали и раздражали мысли о несовершенстве местного технологического уровня — для моих прогрессорских задумок. Казалось бы, вот решу задачу с внешними источниками, поставлю «реактивный» или водометный двигатель на имеющийся кораблик — и будет у меня мегаскоростная яхта. Ну, там еще — укрепить магией руль и корпус — и вуаля! Но в том-то и дело, что «просто» — не получалось никак…

10. Сме-та-ны!

Я