Начало - Андрей Лео

Ждать перевоза пришлось долго. Паром еле ползал, другого определения не придумать. Пока нас перевозили, я залюбовался рекой. Вот бы отдохнуть здесь и порыбачить. Ха, до сих пор рассуждаю категориями двадцать первого века. А впрочем, если переберёмся в Канск, я там и на рыбалку смогу ходить.

Ночевать устроились на берегу. Завтра с утра на базар, тут до города всего пара вёрст осталась. Ужинали с прекрасным видом на речку и расположившееся за ней Перевозное. Издалека оно выглядело намного лучше, чем вблизи. Хозяйкой стола, как и в Устьянском, опять выступала Варвара Игнатьевна. Любят же некоторые женщины кормить до отвала всех окружающих. И я, как самый молодой здесь, похоже, попал под раздачу слонов. Остальные лишь посмеивались, глядя на нас. Ну, мне это на руку, дома дичь лесная уже притомила, рыба не радует, зайчатинки маловато. А у людей свининка — пальчики оближешь и пироги, которые Софа почему-то не печёт.

В конце концов дед Ходок решил заступиться за мой желудок:

— Варвара, хватит потачить^[38] мальца.

— Так не вытник^[39] какой, гомоюн в дороге был.

— Да лопне. Турить^[40] его от стола надоть.

— Ить лопне! С чаго?

— На завтре-то варево^[41] хоть остатца?

— Ша веньгать^[42], дородно^[43] варева.

— Взаболь^[44] ли?

Варвара только руками взмахнула, окружающие уже откровенно смеялись. Эта компашка мне нравилась всё больше и больше: устоявшаяся, люди хорошие, все друг другу рады. Борьба за очередной пирог, затолкнутый в меня, продолжалась бы, наверно, ещё какое-то время, но я решил свалить искупаться, а то точно лопну. Кивнул и, буркнув набитым ртом: «Спасибо», выбрался из круга сидящих.

Тут же сзади донеслось ворчание деда: не понравилось ему, что я без спроса ушёл.

— Эт-ка неслух! Чеслить^[45] угощавшего надоть.

На него сразу шикнули:

— Очурайся^[46], послухмянный^[47] малец.

Дальше я уже не слушал. Боюсь, к концу поездки сам по-ихнему зачирикаю. И чего, интересно, меня гомоюном назвали? Это, насколько помню, значит «работящий». Вроде ничего такого особого не делал, за лошадьми немного ухаживал, ну и телеги помогал из ям вытаскивать. Так скучно же, и тренировка хоть какая-то.

Берег не крутой, у самой реки кусты растут, там и разделся. Вода оказалась очень холодной, поплавать не удалось. Ничего не поделаешь, скоро зима. Быстренько ополоснулся и, стуча зубами, побежал обратно к костру.

Вернувшись, застал приход новой пары. Как их представил один из наших, это его ятровица^[48] с мужем. Они принесли с собой два жбана пива, и мужики под неторопливый разговор их с удовольствием опустошили.

Проболтали до темноты, потом дед Ходок объявил отбой:

— Надот-ка легчи^[49]. Заутро^[50] вставать рано.

Некоторые ложились на землю, некоторые — в телеги. Мы с Софой устроились в своей, так теплее. Тут как раз и шкурки, привезённые на продажу, пригодились: и подстелить, и укрыться хватило. Легли вальтом.

На одной из телег всё никак не могли успокоиться, пока второй наш дедок не шикнул:

— Да уторкаетесь^[51] вы, аспиды!

И тишина-а-а…

А мне что-то не спалось. В голове косяками бродили мысли о дальнейшей жизни. Чем же мне заняться через год-два-три? В данный момент есть золотая жила, и её разработка отнимет определённое время. Но это очень ненадёжный фундамент, строить на нём здание всей жизни смешно. Закончится жила или отберут её — неважно. И что? Искать в тайге новую малолетнему пацану?

«Это несерьёзно», — как говаривал Моргунов в роли Бывалого. Вариант пограбить, самый простой и любимый homo sapiens’ами всех времён и народов, для меня не подойдёт: маловат ещё. И вообще, грабёж не такой уж прибыльный промысел. Может, махинацию какую-нибудь денежную сварганить? Хм… не зная местной жизни? Ой, не смешите мои тапочки! Не-ет, лучше обратиться к опыту народа, всегда преуспевавшего на ниве делать деньги из ничего.

Вы часто видели нищих евреев? А бандитов-евреев? Ну, кроме Израиля, Америки и Одессы, разумеется. И ведь умудряются они неплохо жить и при этом не размахивать оружием. Конечно, взглянув на ценник у зубного врача, ты понимаешь: грабят, ох как грабят, гады! Но жизни твоей не угрожают. Вот и мне желательно найти похожее ремесло, чтоб люди сами деньги несли и радовались. Зубы не предлагать, здесь я больше специалист насчёт выбить, а не вставить.

Идеально мне подходит ювелирное дело. М-да, «ювелиры, ювелиры, что выносят из квартиры золото, золото»^[52]. Тьфу ты чёрт! Мысли опять на воровство съезжают. Да уж, зачем зарабатывать деньги, если они уже где-то лежат? Нужно просто пойти туда и взять.

Ладно, ювелирка — вещь мною любимая, займусь с удовольствием. Под неё и добытое на Волчьем ручье золотишко пойдёт, и найденные мелкие полудрагоценные камушки. Но тут встаёт проблема оборудования. С очисткой и переплавкой золота особых сложностей возникнуть не должно, а вот с обработкой ювелирных камней, боюсь, появятся. Полагаю, хорошие шлифовальные камни и приемлемую оптику сейчас трудно достать. Что ж, завтра в Канске постараюсь всё разведать.

И с юридической стороной вопроса следует разобраться. Открыть фирму? Или ювелирный магазинчик организовать и продавать там изделия с выдуманным клеймом? А собственно, чего выдумывать? Возьму клеймо своего заводика, не зря же дизайнер над ним месяц корпел. Впрочем, для ходового товара несложно и чужие клейма подделать, да и с раритетными безделушками стоит поиграться.