Борей - Кирилл Ликов

лагеря энергетический барьер. Споров было море, основные противники настаивали на огромной энергозатрате, которая могла привести к обесточиванию всего лагеря. Но страх перед аборигенами превысил все доводы разума, и барьер был воздвигнут. Несерьезный такой барьер, в два человеческих роста, великанам по грудь будет, но какой уж был, его же не супротив этих тварей делали. Да и запустили его на самой маленькой мощности, жалея энергию генераторов. Барьер создавал светящееся поле вокруг поселка, которое периодически мерцало в попытках отключиться и иногда разбрасывалось искрами. Люди надеялись, что это отпугнет аборигенов, но понимали, вздумай великаны действительно штурмовать этот энергетическую преграду, долго ей не продержаться.

— А еще бы я произвел тяжелые орудия и, возможно, парочку боевых машин, например танков, — закинул мысль на совещании Ньял.

— Да приводами справимся! — ответил Ярослав. — Наши приводы и волотан пробивают прямым попаданием.

— То-то прямым, — хмыкнул в ответ ведун, — и на близком расстоянии…

Борей не стал вмешиваться в распри подчиненных, но он сам тоже считал, что парочка тяжелых пулеметов и два вертолета были бы впору. Кушать не просят, а угрожающий вид создают. Да только вот ресурсов для производства танков и вертолетов нет.

Воевода, — влетел в палатку начальник разведки, — великаны!

— Опять с визитом вежливости? — оторвался от своих насущных дел Борей.

— Не знаю, но их очень много.

— Десять? Двадцать?

— В районе двух сотен, точнее не успели подсчитать.

— Двести великанов? — ошалел от полученной информации Борей.

— Так точно, — рапортовал Сил Ольгович, — точнее не считали.

— И все движутся сюда?

— Угу, — кивнул сотник.

— Может, у них беда какая? — спросил воевода. — Может, пожар где, и они снялись с насиженных мест и идут в нашу сторону, спасаясь от огня?

— Пожар в снежной степи? — удивился Игорь. — Тут огонь если даже захочет, дальше пяти метров не пройдет, топлива нет для него.

— А вдруг подснежный пожар? — не унимался руководитель экспедиции, очень уж ему не хотелось верить в конфликт между людьми и великанами. — Знаешь, как торфяники горят? Огонь идет под землей, уничтожая все корневища и землю над собой.

— Знаю, как торфяники горят, — буркнул командир разведчиков, — но не уверен, что под таким слоем снега и льда торфяники есть.

— Ладно, — встал из-за стола Борей, — бегут от чего-нибудь или на кого-нибудь — это дело десятое, а людей все равно защищать надо. Поднимай своих парней и передай командиру караульных, чтоб он своих тоже в боевую готовность привел.

— А остальным жителям?

— А им-то зачем? — удивился воевода. — Пусть работают, что же мы под защитой периметра, с приводами и бронекостюмами не отобьем нашествие двухсот аборигенов вооруженных обычными копьями? Твоих — двадцать, караула — двадцать, и я наберу среди руководства с десяток. С нашим вооружением расчет один к четырем очень даже положительный выходит.

— Будем надеяться, — устало вздохнул Игорь.

Великаны остановились за пару километров от поселка людей, постояли часа два, нервируя тем самым Борея и ближайших подчиненных, и двинулись к самому поселению. Караул и разведчики напряглись. Если до этого они еще не воспринимали великанов как реальную угрозу, то сейчас руки сжали цевья приводов, а указательные пальцы вытравили слабину спусковых крючков и готовы были в любой момент открыть огонь.

— Без моей команды не стрелять! — тихо, но вкрадчиво проговорил по радиосвязи Борей. — Стрелять, только если полезут через барьер!

Ледяная волна высокорослых великанов докатилась до барьера и остановилась за пятьдесят метров до него. Из прозрачно-белой толпы выделились десять великанов, самых, наверное, высоких, и подошли к барьеру чуть ближе. На этом все движения с двух сторон кончились, и наступило время борьбы нервов. Видимо, у ледяных великанов нервы тоже были изо льда, так как люди сдались первыми. Прямо напротив выделившейся толпы предводителей великанов барьер пропал и выпустил из огороженной территории десять вооруженных человек в средних бронекостюмах. Это были две пятерки воинов, Василия и Борея.

— Ньял, сможешь выяснить, кто из них главный и связаться с ним на вашем психофизическом уровне? — спросил Борей своего колдуна.

— Постараюсь, — кивнул ведун и закрыл глаза.

Секунды потекли в ожидании. Борей рассматривал всех десятерых вышедших вперед великанов, и взгляд постоянно возвращался к первому, стоящему впереди всех. Он был выше всех своих соплеменников, шире их в плечах и имел морду в разы страшнее остальных. Если бы Борей был великаном, он бы подчинялся исключительно такому вождю.

— Говори, — прохрипел Ньял, — главный стоит впереди всех.

Борей чуть ли не вскричал от радости, радуясь правильности своей догадки, но вовремя остановился. Лишние эмоции могли оттолкнуть собеседников и прервать переговоры. А то и послужить катализатором агрессии.

— Здравствуйте, — спокойно начал воевода, — я начальник экспедиции, меня зовут Борей, с кем имею честь вести беседу?

— Храл, — прохрипел Ньял, — меня зовут Храл, я вождь вождей эвеков.

— Эвеки — это ваше самоназвание? Так вы себя называете? — уточнил Борей.

— Так все нас называют, а кто не называет, тот давно кормит йонгов.

Йонги, как понял Борей, это те самые мелкие существа под снегом, являющиеся основой местной пищевой цепочки.

— Хорошо, мы тоже будем называть вас эвеками, — кивнул воевода, — а теперь позвольте уточнить, зачем вы пришли к нашему лагерю, да такими силами? Вы хотите напасть на нас?

— Я хочу смотреть, — проронил Храл устами Ньяла, — мои воины сказали, что тут поселилось неизвестное племя родов, и я пришел смотреть на вас.

— Со всеми своими племенами — уточнил Борей.

— Мои эвеки тоже не видели давно родов и хотят освежить в памяти, к тому же роды всегда приносили нам войну, и мы все боимся, что вы также пришли принести нам войну и разрушение.

— О нет, — замотал головой человек, — к родам мы не имеем никакого отношения. Мы на этой планете появились уже после их вымирания.

— Он не понял, — произнес Ньял своим голосом, — видимо, мы очень похожи на их предыдущих врагов.

— Мы не пришли с агрессией, — попытался объяснить Борей простыми фразами, — мы нечаянно тут приземлились и пока не имеем связи со своими, как только мы установим связь — прилетит помощь, и нас заберут отсюда.

— Как только вы