Гений рода Дамар – 2 - Игорь Кольцов

Боло зло прищурился.

— Однако я всего лишь хочу дать ей выбор, — закончил я.

Взгляд Патриарха стал задумчивым, да и Боло явно слегка отпустило.

Я понимал, что, с одной стороны, таким заявлением я ослабляю свои позиции. Выбор — штука шаткая. Особенно когда на него кто-то будет пытаться повлиять. Особенно когда речь идет о юной максималистке.

Однако, с другой стороны, именно от влияния Боло на дочь я и страховался сейчас. Слишком легко неправильно понять пару жестких фраз, вырванных из контекста. А в том, что Боло попытается очернить меня в глазах Валери, используя мои же слова, я ничуть не сомневался.

Здесь и сейчас я не сказал ничего, что не смог бы повторить, глядя в глаза самой Валери. Я на ее стороне. Без всяких двойных толкований и допущений.

И даже ее отец ничего не сможет с этим сделать.

— И ты не будешь ее неволить? — насмешливо поинтересовался Боло.

— С какой стати мне это делать? — показательно удивился я. — Мне рабыня не нужна. Напротив, я хочу, чтобы ее не стал неволить никто. Особенно вы, господин Боло.

— Она несвободна по определению, — фыркнул он. — Она несовершеннолетняя.

— Эмансипацию никто не отменял, — пожал плечами я.

— Без моей подписи… — начал Боло и осекся.

Он понял, к чему я вел.

— Доведите дело до конца, господин Боло, — подтверждая его вывод, потребовал я. — Если ваша дочь захочет стать свободной, вы ее отпустите. И подпишете ее эмансипацию. Это мое условие. Тот откуп, который я готов принять от вас.

В кабинете повисла тишина.

Патриарх с интересом рассматривал меня, Боло сверлил меня тяжелым взглядом.

Я спокойно ждал.

— Соглашайся, Харит, — произнес Патриарх. — Виктор не требует ничего неприемлемого. И раз уж так сложилось у тебя с дочкой, надо дать девочке шанс. Мальчик же не требует от тебя молча исключить ее из рода. Возможность поговорить с ней у тебя будет. А если нет… Ей до совершеннолетия сколько осталось? Меньше полугода? Захочет — сбежит чуть попозже, уже имея на то право, и ты ее все равно не остановишь.

Боло метнул яростный взгляд на Патриарха.

Я сдержал ухмылку.

Судя по всему, Патриарх не знал, что Валери — Зеркало. И сказать об этом глава рода Боло не мог. Потому что тогда променял бы, по сути, шило на мыло.

Да, в этом случае Валери не досталась бы мне, Патриарх встал бы на дыбы и ни за что не согласился бы на мои условия.

Однако и из клана он Валери не выпустил бы, а значит, никаких особых плюсов от замужества Валери ее отец не получил бы. Внутри клана никто не дал бы ему большой выкуп за невесту.

Скорее всего, Патриарх и вовсе потребовал бы выдать девушку замуж за одного из своих сыновей. И не заплатил бы ни рупии, отговорившись тесными родственными связями с главным родом клана и абстрактной будущей выгодой от этого для рода Боло.

Не для того Боло растил Зеркало.

К тому же, было у меня подозрение, что Патриарха глава рода Боло ненавидит куда сильнее, чем меня и мой род.

Если он действительно участвовал в уничтожении моего рода, то там была, как минимум, двойная цель. Боло хотел не только нас уничтожить, но и Патриарху нагадить. Позиции Патриарха очень сильно пошатнулись после того, как в сердце клана кто-то безнаказанно вырезал целый род, а клан даже ниточки к виновнику до сих пор не нашел.

Не удивлюсь, если к последнему обстоятельству тоже Боло приложил руку.

— Ты же не против моего общения с дочерью, Виктор? — перевел взгляд на меня глава рода Боло.

— Нет, конечно, — ответил я. — Ее выбор — это ее выбор.

Да, я рисковал. Отец вполне мог найти способ вернуть дочь домой и без прямого приказа.

Однако без этого шанса глава рода Боло не согласился бы на мое требование.

Скорее уж, раскрыл бы, что Валери — Зеркало, и понадеялся бы на то, что в клане сможет получить за нее хоть что-то.

— Хорошо, — решился он. — Я поговорю с Валери. И если она захочет стать свободной, я подпишу документы на ее эмансипацию. Слово!

— Договорились, — кивнул я.

Патриарх довольно откинулся на спинку кресла.

— Значит, мы все решили? — произнес он.

— Разве? — перевел взгляд на него я. — Вы не считаете, что ошибка сюзерена требует компенсации?

На лице Боло мелькнула едва заметная улыбка. Не только он сегодня оказался в роли виноватого, и его это откровенно порадовало.

Патриарх подобрался и бросил на меня уничтожающий взгляд.

— И с меня хочешь что-то поиметь? — едко усмехнулся он.

— Ваш прямой подчиненный напал на вашего же вассала, — ровно сказал я. — Разве это нормальная ситуация?

— Может, ты мне еще уничтожение своего рода припомнишь? — приподнял брови Патриарх.

— Уничтожение моего рода мы с вами уже обсуждали, — так же ровно ответил я. — И по итогам того разговора я получил свое. Вы позволили мне разорвать вассальный договор, подписали мою эмансипацию и выход из клана. Это не считая договора о сотрудничестве, в котором для меня и другие плюсы есть. К тому же, вы не стали искать личную собственность моих родичей, хотя могли. Я это запомнил и оценил.

Патриарх кивнул.

— Я считаю, что за ту ошибку я больше не имею права что-либо требовать, — продолжил я. — Однако к нынешней ситуации это не имеет никакого отношения. Новое происшествие, новое разбирательство.

Патриарх покосился на Эксара, который честно просидел молча все это время, и вздохнул.

— Да, это моя ошибка, — признал Патриарх. — Чего ты хочешь, Виктор?

— Вы не стали защищать меня, я не стану защищать вашего сына, — сказал я. — По-моему, это будет справедливо.

— Ты хочешь разорвать наш договор? — удивился Патриарх.

И его удивление можно было понять. Помимо очевидного риска, в этом договоре было немало бонусов для меня.

— Нет, — слегка улыбнулся я. — Договор останется в силе. За исключением одного-единственного пункта: я не буду драться на дуэлях вместо вашего сына.

Патриарх нахмурился.

В таком виде договор становился выгоден только мне. Патриарх согласился на многие уступки в обмен на защиту сына. Сейчас я, по сути, убираю единственный выгодный ему пункт и оставляю в силе все свои плюшки.

— Что, даже учиться в школе хочешь? — подколол он.

Не хочу. Сидеть за партой с малолетками я и раньше не горел желанием, но теперь я смогу себе позволить и вовсе не появляться в школе. Если Патриарх согласится,