Маугли 4 - Павел Казаков

— Ты убил пятерых моих солдат, а потом заявил, что в одиночку убил высшего. Захотел поговорить со мной. Я выслушаю тебя, если ты победишь пятерых моих солдат в честном бою, а не нападая со спины.

Вот так сразу. Молодец. Что сказать… Сразу мои навыки протестирует. И ещё одно странно. Ему что действительно неинтересно, как я убил высшего? Ну, не может он совсем мне не верить. Или может? Или это для него не так уж важно? Он же понимает, что я не смогу победить пятерых.

— Каргон, Даур, он убил людей из ваших отрядов. Вам и мстить за них. Возьмите ещё троих и покажите нашему гостю, насколько он был не прав, забирая жизни наших воинов.

Два главаря мрачно кивнули, даже не думая перечить. Минут пять мы ждали какого-то Бурда. Это имя назвал один из главарей.

Бурдом оказался здоровенный бородатый мужик, на голову выше меня с огромным цельнометаллическим молотом. Не зря ждали. Весомое подкрепление! Интересно, остальные такие же?

Оказалось нет. Остальные были самые обычные на вид мужики, только с очень внимательными глазами и вооружены мечами, а не копьями или топорами. И движения более-менее правильные. В общем, я их, конечно, даже этим копьём разметаю, но не уверен, что получится это сделать, не выдав свои способности.

И что делать?

Я отвёл копьё в сторону, приняв совершенно не боевую стойку, и спокойно сказал, обращаясь к вожаку, или главарю главарей:

— Это хорошие воины, мне не справиться с ними. Я смогу справиться, и то не уверен, только один на один с кем-то из них. Если хочешь меня казнить, вождь, то назови это казнью. Но это не честный бой. Твоих людей я убил, когда они насиловали женщину. Это неправильно. Воин должен защищать женщин, а не брать силой. Если бы эта женщина была женой любого из этих воинов, — я показал рукой на своих пятерых противников, — они бы сделали тоже самое. Я убил высшего не в поединке. Я сделал ловушку, в которую он попался. Я не такой хороший фехтовальщик, как ты думаешь.

— Стойте! — крикнул двинувшимся на меня бойцам вождь. — Что за ловушка?

— Яма с кольями. Я знаю, высшие могут видеть сквозь стены, поэтому это была не яма, а подвал дома. Я просто сделал так, что пол мог провалиться. Металлические колья лежали в специальных креплениях и поднимались вертикально, если дёрнуть за цепь. Я полгода готовил эту ловушку. Потом я нашёл женщину, чью дочь изнасиловали и убили высшие и поселил её в этом доме. Она знала, что рискует жизнью. Я распустил слух, что живу с прекрасной девушкой. Я знал, что он дойдёт до высших. В итоге, однажды днём из пустоты неподалёку от моего дома вышел высший. Нам повезло, что всего лишь один. Я сделал вид что испугался, женщина побежала, куда мы и договаривались — в дальний угол комнаты. Высший не заметил ловушки, приняв её за обычный подвал. А потом я дёрнул за цепь, он упал на штыри. Штыри не пробили его броню, но тем не менее он получил травму. Я спрыгнул прямо на него, этого хватило, чтобы штырь, который упирался ему в спину, пробил броню. Мы с женщиной тут же накидали в подвал заранее подготовленных промасленных дров и подожгли дом. Сами убежали. Вспыхнул огонь. Высший не смог там выжить.

Я чуть сам не поверил в эту печальную и героическую историю мести. Вот нашло вдохновение. Оно, видимо, с наглостью подружилось. Сейчас меня можно было спрашивать обо всех подробностях и деталях. Я бы везде был точен и не противоречил бы себе нигде. Четверо бойцов напротив меня опустили оружие. По глазам видел, что у них боевой задор исчез. Кроме Бурда. Тот, такое ощущение, не очень меня слушал и не проникся.

— Хорошая история. Хорошая. Как тебя зовут, солдат?

— Джанг, вождь.

— Так вот, Джанг. Поступим справедливо. Казнить тебя не будем, но сразиться тебе придётся. Это будет бой до смерти. Один на один. Честный бой. Ты готов?

— Готов.

Я взял копьё в обе руки.

— Кто хочет сразиться с этим бойцом? Он убил пятерых ваших соратников, но убил высшего.

Бурд не думал и секунды:

— Я!!! — прорычал он. И удивлённо посмотрел по сторонам, не увидев такого же энтузиазма у товарищей по оружию.

— Ну, давай ты, — искренне развеселился вождь.

Остальные отступили, оставляя место нам двоим. Я как мог приготовился двигаться медленно, так как такая массивная туша не могла быть чрезмерно резвой. А мне показывать слишком высокую скорость ни к чему.

Так и вышло. Бурд на самом деле был очень даже неплох для своего роста и веса в плане скорости, но для меня это всё равно было очень и очень медленно.

Вот Бурд с расстояния в пять метров делает быстрый шаг и прыгает, в полёте замахиваясь своим молотом для косого удара сверху вниз. Видно, что отточенное и многократно оттренированное движение. Я стою и стою, медленно расширяя глаза в ужасе. Когда Бурд уже преодолел половину пути, я начинаю реагировать, совсем не грациозно пытаясь поднырнуть под удар молота, но копьё мне только мешает, в итоге я его просто направляю в сторону атакующей туши, уперев в землю, выпускаю из рук и кое-как откатываюсь в сторону, еле-еле избежав мощного удара. Копьё не успело упасть, а Бурд не успел увернуться, а его молот не успел отбить эту такую безобидную на вид палку с железкой на конце. И палка вошла Бурду в живот, а вышла из спины.

Я откатился в сторону, а когда тяжело поднялся, то обнаружил Бурда агонизирующим. Через несколько минут он затих. Эти минуты я не пытался его добить, просто стоял рядом и ждал. В наступившей тишине я вытащил копьё из живота Бурда и повернулся к Вождю.

— Вам боец не нужен? — почему-то мне показалось правильным именно так сейчас сказать. И я действительно почувствовал, что в рядах этого войска я принесу больше пользы, чем если буду один.

— Конечно, нужен! — очень пристально глядя мне в глаза сказал Вождь. Потом указал на одного из подчинённых. — Поступаешь в его распоряжение. Сегодня мы отдыхаем, вечером построение. А завтра нас снова ждёт бой с Высшими!

После этих слов я неожиданно для себя испытал яркую и искреннюю ненависть к Высшим. И меня совершенно не смутил факт, что шансов у