Пришелец в СССР - Дмитрий Сергеевич Самохин

Мы шли какими-то серыми унылыми служебными коридорами, в которых я при всем желании без навигатора не выберусь. Запоминать дорогу также бессмысленно, без узнаваемых ориентиров я обречен блуждать здесь вечно, если мне вдруг захочется совершить прогулку в одиночестве.

Наконец, коридор закончился стальной дверью с табличкой с буквенно-численным кодом: «IA23459». Чарли Труба остановился и обернулся.

— На борт корабля ты попал. Так что заплати, как мы договаривались, — потребовал он.

— Дойдем до моей каюты, там и заплачу. Чего в коридоре топтаться, — ответил я.

— В каюте ты заплатишь за каюту. А здесь ты заплатишь за борт, — настаивал он.

Мне бы удивиться его настойчивости и настоять на своей версии оплаты, но я так радовался тому, что уже лечу к своей мечте, что потерял всяческую осторожность. Я достал бумажник с пластиковой наличкой, вытащил заранее подготовленную для Чарли сумму и передал ему. Он с жадностью схватил деньги, обернулся по сторонам, словно за нами кто-то мог следить в этом унылом одиноком коридоре, и спрятал деньги во внутреннем кармане служебной куртки.

— Теперь можно идти, — сказал он.

На груди Чарли на цепочке болталась смарт-карта. Он взял ее и коснулся считывателя на стене. Красные цифры на двери окрасились в зеленый, и дверь отъехала в сторону. Мы вышли на одну из центральных палуб корабля, по которой передвигалось множество людей: технический персонал в серой униформе, экипаж корабля в синей униформе, торговцы в красных мантиях и пассажиры в разноцветной одежде.

Чарли уверенно зашагал вперед. Я старался от него не отставать. И хотя на мне был одета такая же серая униформа техника, как и на нем, я каждое мгновение чувствовал, что сейчас меня остановят, потребуют предъявить удостоверение личности и проездной билет на этот рейс. Но никто меня не остановил, никто даже косо не посмотрел на меня. Я в серой униформе техника, был словно человек-невидимка.

Несколько раз мы сворачивали в какие-то коридоры, переходили на новые палубы, и наконец мы оказались на месте. Я ожидал, что сейчас мне покажут мою каюту, и я наконец-то смогу отдохнуть в тишине и одиночестве. В желудке уже начали кокторусы скрестись, так что я был бы очень рад покрепиться.

Чарли Труба остановился перед дверью, одной из множества дверей на этой палубе. Они были все одинаковые и только численно-буквенные обозначения на табличках различали их. Он открыл дверь, попустил меня первым и зашел вслед за мной.

Лишь только дверь каюты закрылась, как я тут же понял, что угодил в серьезную передрягу. И похоже, что виной всему Чарли Труба, который сдал меня, только вот пока не понятно кому.

Я оказался в помещении, напоминающем кабинет какого-то чиновника. За большим рабочим столом с компьютерным терминалом восседал массивный мужчина средних лет в черной военной имперской форме с нашивками полковника. Его лысый череп и огромная челюсть устрашали и заставляли усомниться в том, что он живой человек, а не киборг. Ему бы на поле боя жарить идрисов, а не вальсировать пальцами по виртуальной клавиатуре. За его спиной на всю стену проецировался флаг родной Империи — синее поле с двойной звездой, пронзенной стрелой по центру.

— Как мы и договаривались, я доставил вам болванку, господин полковник, — бодро отрапортовал Чарли Труба.

Болванку? О чем это он? Я вопросительно посмотрел на Чарли, но он старательно делал вид, что меня в этой комнате нет. Похоже, болванка — это я, и он меня продал вот этому вояке за хорошую сумму. Я не понимал толком, что происходит. Где я оказался? И что нужно от меня этому полковнику?

— Ты можешь быть свободен, Труба. Вознаграждение упадет на твой расчетный счет как всегда, — ровным, без эмоций голосом сказал военный.

— Но, господин Гремли, я должен был получить за болванку деньги сразу после доставки. А по графику выплата только в конце недели. Мне сейчас надо, — затараторил Чарли Труба.

— Ты свободен. Оплата будет по графику. Или ты хочешь сам примерить форму штурмовиков? — с угрозой в голосе сказал полковник.

Он даже не удостоил Чарли взглядом. Все это время он пристально смотрел на меня, словно оценивал насколько ценная болванка попала ему в руки.

Видно было как Чарли разозлился, но при этом он сдерживал в себе злость, не давал ей выплеснуться наружу. Он развернулся и, не сказав ни слова, покинул каюту.

— Что здесь происходит? — спросил я.

— Вы житель планеты Коктор? — спросил полковник Гремли.

— Да, но я ничего не понимаю. Что вообще тут творится?

— Вы все узнаете в свое время. Пока же просто отвечайте на мои вопросы.

— Да с какой стати? — возмутился я.

— Если вы не будете добровольно отвечать, мы заставим вас ответить. У нас для этого есть все основания и возможности, — сказал полковник Гремли.

— Да не буду я никому ничего отвечать. Я свободный человек…

— Уже нет.

Его слова прозвучали как смертный приговор. Я не мог поверить, в то что услышал. Да вообще все происходящее напоминало какой-то ночной кошмар. Вот только недавно я был наследником семейного состояния, у меня была хорошая, пускай и не престижная работа, но с перспективой карьерного роста. Я мечтал о том, что стану звездным капитаном, и сделал первые шаги в этом направлении. И вот я уже стою напротив какого-то вояки, который мне сообщает, что я какая-то там болванка и вообще не свободный человек. Да будь у меня сейчас пистолет, я бы пристрелил этого наглеца на месте, а мой папа добился бы моего оправдания.

— Вы житель планеты Коктор. Согласно имперскому закону о миграции, для того чтобы покинуть планету, вы должны были получить соответствующее разрешение в офисе миграционной службы Бресладской империи. Вы этого не сделали. Соответствующего документы у вас на руках нет.

— Так в чем проблема, я сейчас же его оформлю, — сказал я.

Я не знал ничего ни о каком разрешении. Подозреваю, что и мои родители ни о чем таком не догадывались.