Аромат книг - Кай Майер

– Чёрт с ней, с рамой. Выпусти меня отсюда! Я должен найти её!

Мерси помнила, что в комнатке, где жили брат с сестрой, не было окон. Филандер, по сути, оказался в мышеловке.

Она сняла шляпку, глубоко вздохнула, с размаху саданула дверь левым плечом – и выругалась, как извозчик, потому что дверь не поддалась ни на йоту, а её грудь и плечо пронзила острая боль.

– Ещё раз! – крикнул Филандер.

– Ну конечно, это же не твоё плечо!

– Ты что, ни разу не взламывала дверь?

– Ну не так же!

– Попробуй ударной волной!

«Ни за какие коврижки», – подумала Мерси. Она отступила к перилам и предприняла новую попытку.

На этот раз боль была такая, что она чуть не рухнула на пол. Такие вещи любят описывать в книгах – неустрашимый герой вышибает на своём пути двери, – однако почему-то все умалчивают о синяках и шишках, которые этот герой при этом получает.

Зато около замка в двери теперь появилась длинная щель.

– Почти получилось! – Филандер изнутри снова надавил на ручку, дверь затряслась, но не поддалась.

– Зачем ей вообще понадобилось запирать тебя на ключ?

– Чтобы я не смог удержать её от ужасающей глупости.

– Готова поспорить, что изначально эту ужасающую глупость готов был совершить ты. – Когда-то Мерси достаточно хорошо его знала, и два года, минувшие с тех пор, мало что изменили. Филандер был хорошим парнем, обладавшим, однако же, способностью впутывать себя и окружающих в переделки.

– Мерси?

– Я не ухожу.

– Ты не могла бы поторопиться? Пожалуйста.

Нет, речь шла не о банальной ссоре с сестрой, это было понятно по его голосу.

– Я должен найти Джез. Уже стемнело?

– Как раз смеркается.

Филандер чертыхнулся и снова затряс ручку двери.

– Отойди в сторону! – Она размахнулась в третий раз и всем весом обрушилась на дверь. Кусок рамы разлетелся в острые щепки. Вместе с дверью Мерси вломилась в комнату Филандера и, спотыкаясь, пролетела пару шагов, прежде чем Филандер подхватил её.

– Спасибо, – тихо поблагодарил он и продолжил удерживать её за плечи, хотя это не способствовало улучшению её самочувствия. У Мерси появилось ощущение, что левую половину её тела долго обхаживали дубинкой. Филандер уже сам заметил это и убрал руки. – Извини. Правда извини. Но мне нужно бежать!

Тени у него под глазами были глубже прежнего, светлые волосы отросли. За два года юноша почти превратился в широкоплечего мужчину, это сразу бросалось в глаза, даже несмотря на старый сюртук. На голове Филандера красовался цилиндр, выглядевший так, как будто юноша не снимал его даже в постели.

Мерси соскучилась по Филандеру: она осознала это, когда он протиснулся мимо неё наружу и припустил по крытой галерее. Одновременно она ужасно разозлилась на него за то, что он даже не оглянулся.

– Эй, подожди хотя бы! – крикнула она ему вслед.

– Я должен найти её, прежде чем… а, долго рассказывать.

– Расскажешь по дороге.

Они поспешно сбежали по ступенькам, которые вели не во внутренний двор, а к одному из боковых выходов из бывшего извозчичьего двора. Ходы, проделанные в кирпичной кладке, не уступали по запутанности окрестным переулкам.

– Что ты здесь забыла? – спросил Филандер, когда они свернули на узкую улочку, в которой терпко пахло мочой, а может, ещё и чем похуже. Сгустился туман, и окружающее пространство сузилось до двадцати шагов.

– По-видимому, я пришла как раз вовремя, чтобы вызволить тебя.

– Я уже сказал тебе спасибо.

– Как мило с твоей стороны!

– Зачем ты пришла? – Филандер почти перешёл на бег. Несмотря на ноющее плечо, Мерси поспевала за ним, но её злило, что он совершенно не принимал в расчёт её состояние.

– Сам подумай.

Филандер застонал:

– Птолеми.

– Ты думаешь, я разбиваю себе голову о чужие двери ради забавы?

– Могла бы воспользоваться библиомантикой, рукой бы махнула – и всё.

– Я больше не использую библиомантику.

Филандер на секунду остановился, но тут же бросился дальше, движимый беспокойством за Джезебел.

– Что, правда?

– Да.

– С тех самых пор? Из-за Гровера?

– Давай лучше поговорим про Птолеми.

– Как ты можешь зарывать свой талант в землю?

– Я не зарываю его в землю, я просто им не пользуюсь.

Они свернули за угол, на Друри-лейн: она была шире и значительно оживлённее. Как и все лондонские улицы, здесь была куча грязи, которую непрерывно месили колёса кебов и экипажей. Филандеру и Мерси приходилось держаться домов, чтобы их попросту не раздавили.

– Что тебе понадобилось у Птолеми? – спросила Мерси.

– Не я его сжёг, если ты это имеешь в виду.

– О господи, уж это-то мне понятно! Просто скажи, что у тебя были с ним за дела.

– Я забрал у него книгу, чтобы отнести одному заказчику.

– Какую книгу?

– Откуда мне знать. Она была завёрнута в бумагу. Как и все книги. Иногда я относил пакеты по его поручениям.

– По поручениям Птолеми?

Филандер затряс головой:

– Нет, заказчика. Мистера Малахайда.

Это имя ничего не говорило Мерси.

– Эта книга ещё у тебя?

– Её забрала Джез. Она хотела отнести её Малахайду, потому что я… я собирался оставить её пока у себя, как доказательство, зачем я приходил к Птолеми. На случай, если меня будут искать. – Он искоса взглянул на Мерси. – Я не ожидал, что искать меня будешь ты. Вы с Птолеми вроде не были друзьями.

– Ты часто носил книги этому Малахайду?

– Да. Думаю, это были редкие книги. Они стоили ему порядочных денег.

– Ты, должно быть, неплохо его знал, раз он доверял тебе подобные поручения.

– Таких, как он, не грабят.

– Мы сейчас идём к нему? К Малахайду?

Филандер кивнул.

– Почему ты так боишься за Джез?

– Этот Малахайд… он странный человек. Я приносил ему книги только после захода солнца. Он говорил, что днём спит, а ночью работает.

– Как вампир, что ли?

– Он писатель. Он пишет для «Грошовых ужасов», поэтому я и знал, кто он такой. Вообще-то я сначала выполнял поручения для той барышни-издательницы, мисс Оукенхёрст. Я забирал у него рукописи, относил в издательство и передавал ему гонорар. Однажды вечером он затащил меня к себе в квартиру и предложил работать на него. Он обещал платить почти вдвое больше. Это был единственный раз, когда я видел его. А потом я увидел, что он пишет. Жуткие вещи. Более кровавые, чем всё, что обычно печатают.