Виконт - Евгений Юллем

— А вот это вы у них спросите, — сказал Патитис.

— Довольно далеко от границы, — хмыкнул отец.

— Не так уж и далеко, лиг двадцать. И кроме пустошей там только владения клана ван Бригена.

Ну тут уже у отца появилась такая гримаса, как будто он закусил лимоном стопарь местной косорыловки.

— Скорее всего, шли через их земли, не через портал. Там бы их просто положили бы всех, не дав выйти, — продолжил маг.

— Опять эти чертовы Бригены, — с чувством сказал отец.

Я порылся в памяти. Ага, северная граница Лундии, на которой лежат земли герцога Бригена. Сам я с ним никогда не встречался, тут соседи друг к другу на пироги не ходят. Но по рассказам всех вокруг тот чуть ли не исчадие ада. Рогов только не хватает. Скотина редкостная. Но и богатая. Друган короля. Если бы наш статус не был таким же, герцог подмял бы под себя и наше графство, но вот король этого не хотел, мы ему важны как один из форпостов. Если занять нашу крепость, то у герцога просто не хватит сил ее оборонять. А конфликт между двумя лендлордами мог спровоцировать давно облизывающихся на наши территории эльфов на вторжение и последующий захват с отходом их к Эльфарии.

— Ну это еще не доказано, — сказал Патитис. — Обвинения такого рода должны быть подкреплены, а то король может и взъяриться.

— А вот и докажем! — взгляд отца остановился на Друге. — Ты как, хорош как ищейка?

Друг презрительно отвернулся. Еще чего. И вообще помогать кому-либо, кроме подопечного-хозяина…

— Друг, поможешь? — я опустился на одно колено и погладил его по голове.

Неудовольствие, обида. Песель глянул на меня с тоской в глазах. Ну если уж хозяин просит…

— И больше не называй его блохастым, — сказал я отцу. — Он обижается.

— А где он живет и чью жратву жрет, он не забыл? — хмыкнул тот. — Ладно, не буду. Прости, Спутник.

Презрение. В самом деле, отец нашел, чем попрекать — куском и лежанкой.

— Ну что, пойдем? — я погладил Друга еще раз, а он грустно лизнул меня в руку. — Не обижайся, он такой не со зла.

— А мне теперь что делать? — Патитис выпрямился, отойдя от стола. — С вами?

— Нет, — сказал отец. — С трупом выясни, будет его дружина хоронить или нет. Вы с Ильгой остаетесь, усильте как можете магическую защиту замка. Настройте сигналки на ушастых — только их мне здесь не хватало. А мы поедем пообщаться с Бригенами.

— Без мага?

— Ну его-то я возьму, — он кивнул на меня. — Не думаю, что их клан осмелится напасть напрямую, вождь клана лицо неприкосновенное, если нет объявленной войны.

— Я бы на благоразумие их клана не рассчитывал, — покачал головой Патитис. — Бригены — полные отморозки.

— А ты что думаешь, Ильга? — спросил отец с подковыркой.

Ильга вся покраснела, как рак. Ага, вспомнил я, ходили слухи, что она тайком встречалась с наследником клана Бригенов, Алиусом. Но что-то там у них не срослось, и дело не дошло не только до помолвки, но даже и вроде как до вражды. Наверное, сладенького захотел, ухмыльнулся я. Мало ему служанок валять, сексуальный опыт зарабатывать, так еще и на дочку аристократа потянуло…

— Ладно, поехали разбираться, — отец развернулся и вышел из комнаты.

Ну разбираться так разбираться. Тем более все были готовы — на дворе уже оседланы кони и около них стояли скучающие дружинники.

— Коня мне! — гаркнул отец. — И ему тоже. Да, кстати, кто тело нашел?

— Я, Ваше Сиятельство! — к нему подскочил дружинник.

— А, ты, Белинго… Едешь с нами, покажешь, где точно.

— Есть, Ваше Сиятельство!

Я поднял своего тяжелого Друга, и аккуратно усадил в седельную сумку. Здоровый какой! А если еще и подрастет? Придется ему отдельное седло делать, будет как Арту-Диту за Люком в истребителе сидеть.

И мы поскакали. Вот не люблю я на лошади ездить, но все равно это лучше, чем пешком ходить. Зато быстро понимается выражение «кавалерийская жопа», когда попрыгаешь так в седле с полчасика-часок — Змиевка-то почти у самых границ графства находится, оттуда до сенарского тракта, который и был ей, рукой подать. Зато собакину похоже это было в удовольствие — с довольной мордой он обозревал окрестности, не обращая никакого внимания на тряску. Теперь понятно, откуда растет их генетическая особенность довольно устроиться на заднем сиденье машины и обозревать окрестности.

После безумной скачки мы остановили лошадей у дороги.

— Здесь? — отец спросил дружинника, нашедшего тело.

— Так точно, Ваше Сиятельство! Вон под тем деревом лежал, я еще на коре знак вырезал!

И точно, на стволе была довольно большая буква «V», вырезанная ножом со всем тщанием.

— Ох и дам я тебе плетей за порчу леса! — погрозил ему кулаком в кожаной перчатке отец.

— Виноват, Ва…

— Заткнись уже, — отец спрыгнул с седла. — Показывай.

Мы вылезли из седел, я достал Друга и поставил на землю.

— Его явно сюда принесли, — отец посмотрел вокруг.

— Да, Ваше Сиятельство! Ничего вокруг не было, ни стрел, ни отметок. Я обошел тут недалеко, и ничего не нашел.

Ага, обошел ты. И затоптал все следы. Вся надежда только на…

— Ищи, Друг! — я погладил его по голове и посмотрел в глаза.

Готов поклясться, что он кивнул. Затем обнюхал место, обошел кругом дерево и задрал лапу.

— Это он так ищет? — хмыкнул отец.

«Это он так свое отношение к вам показывает», — подумал я.

Затем Друг развернулся, и не торопясь, обнюхивая землю, двинулся вглубь леса. Чтобы, значит, двуногие от него не отстали.

— Двое, и ты, Белинго, со мной! — скомандовал отец, когда я уже пошел в чащу за псом.

Мы шли по чаще, усеянной прошлогодней опавшей листвой. Друг явно взял след, но на нас не обращал никакого внимания и общаться не желал.

— К тракту нас ведет, — прокомментировал отец, смотря под ноги.

Ну да, примерно так. К северу, но не напрямую, а наискосок.

Я наблюдал за собакиным. Вот он остановился, сел и негромко тявкнул.

— Что там, друг?

«Были. Здесь. Четверо. Лежали.»

— Сюда! — я махнул рукой. — Он что-то нашел.

— Надеюсь, не эльфийское говно, — сказал отец.

Он вынул из ножен меч, и пошевелил листья.

— Это, похоже, их лежка, — сказал подошедший Белинго. — Я на такие насмотрелся еще во время службы.

— Прочесать все вокруг!

— Вряд они что-нибудь найдут, кроме дерьма. Эльфы обычно ничего за собой не оставляют, — внезапно сказал я. Похоже, память носителя прочно засела во мне.