Буревестник - Денис Грей

Следуя указаниям робота, подключил его к управлению платформой. Использовал электромагнитные клапана от топливопровода в качестве реле управления. Усадил Васяна на кресло пилота и пристегнул его ремнями безопасности, а сам уселся сзади на брезент. Васян аккуратно вывел грави на маневровом и плавно повел платформу, следуя моим указаниям.

Платформа, издавая негромкий гул, медленно двигалась по песку и горам технического мусора. Я сидел и наслаждался моментом, ел сушёный гриб и указывал Васе, куда ехать. Разве это не круто? Я чувствовал себя настоящим повелителем! А Вася молодец, он вёл платформу плавно и аккуратно, умело объезжая все препятствия.

— Вась?

— Слушаю.

— Ты мне доверяешь?

— Доверие — свойственно людям. У меня факты. Больше плюсов — хорошо. Меньше — хрень.

Не, ну а что я хотел? Мир, дружба, жвачка? Это с боевым роботом, который мыслит категориями войны? М-да, дурачок ты, Коленька, еще «тот»!

— Вась, а если много минусов?

— Тебя придётся устранить. Если устранить объект не представляется возможным, то я обязан полностью стереть свою память. Это аналог вашей смерти. Поэтому лучше БЕЗ минусов.

М-да, дела… Почесав затылок, вынужден был признать простую логику робота. Кто я для него? Не сослуживец и не союзник, а так… Случайный и, скорее всего, временный попутчик. И пока я ему полезен, мы вместе.

— Понимаю я всё, Вася. Надеюсь, до этого не дойдёт…

Помолчали… Из нагромождения техники выглянул корпус флайера.

— Всё, Вась, приехали! — Я слез с платформы и подошел к флайеру.

— Знаешь такой?

— Нет, мне эта модель не знакома. Но повторю, практически все они идентичные по конструкции.

— Ясно, обнадеживающий ответ. Вась, а военные? — решил подколоть робота.

— Эта информация разглашению не подлежит!

— Зануда ты, Василий! Ну и хрен с тобой…

Подцепив корпус флайера талью, выволок его из кучи металла и, подтащив ближе к платформе, поднял повыше, чтобы получше его рассмотреть со всех сторон.

Ага, на днище видны места для подъемных движков, также рядом блюдца модулей антиграва, почти как и на платформе. Сзади два маршевых, но размером не больше, чем маневровые на истребителе. Под «капотом» — бак и место под снятый мной генератор. Топливопроводы у меня найдутся, а вот что делать с блоком управления, которого нет?

— Вась?!

— Найди любой искин, подключим. Я помогу.

— Отлично!

Я потер руки от предвкушения серьезной и интересной работы! Провозились до рассвета, но нашел все необходимое для ремонта флайера.

И так, что имеем:

Корпус флайера, целый — одна штука.

Маневровые двигатели от истребителя — восемь штук. Четыре под днище для взлета, два на корму под маршевые и два на передок под тормозные.

Один генератор, правда, немного большего размера, но это даже в плюс! Запас энергии лишним не будет!

Бак — на месте, турбинки, топливопровод и силовые кабели у меня есть на базе.

Привод антиграва сниму со второй платформы.

И наконец… маленький, размером с кулак, искин. Нашел! Нашел его в корпусе другого флайера. Машина была уж очень сильно искорежена и завалена хламом. Я с огромным трудом извлек его из кучи. Пришлось распиливать замятый корпус, чтобы добраться до его потрохов. И вуаля — искин стоял в специальном блоке, от которого шло множество проводов ко всем агрегатам.

Положив драгоценную находку в свой карман, скомандовал Василию править на базу, а сам завалился отдыхать, укрывшись куском брезента.

Как только мы вернулись на нашу базу, я подвесил флайер на цепь в ангаре нашего корабля. Затем я сразу же приступил к установке подъёмных двигателей. Василий тем временем, гордо восседая на своем троне-кресле гравиплатформы, щедро раздавал мне «ценные» указания. То я кривенько движок закрепил, то я топливопровод немного не того сечения применил, то генератор с перебором мощности, и будет аж «ДВАДЦАТИПРОЦЕНТНЫЙ!!!» перерасход топлива!

Ну-ну, поворчи, поворчи, экономный ты наш! Хотя под монотонный «бабуйнежь» робота работалось легко, и я планировал уже завтра утром провести летные испытания. Только вот за искином дело. Робот поклялся, что «хакнет» его, «как два пальца об… асфальт»! Вот я и погляжу! И вот еще что меня интересовало. Откуда робот знает мой язык?

— Вась?

— Слушаю.

— Все забываю спросить, а откуда ты кахарский язык знаешь? И как ты сразу определил, что я на нем говорю? Ну, тогда, в первую нашу встречу?

— В меня закачаны практически все языки народов и рас, населяющих освоенное пространство. В том числе и «кахарский». Или, по-научному, «кахар-вортн». Ты тогда лежал на брезенте и разговаривал сам с собой на неизвестном мне языке. Я слушал и сопоставлял фонетику. Аналогов не нашлось, и я уже решил обратиться к тебе на «общем» языке Альянса, как ты пару раз сказал на кахарском. Тогда я и поздоровался с тобой на этом языке.

— Тот язык, что ты не понял, это «русский» язык, Вась. Один из языков моей родной планеты — Земля.

— На твоей планете не один язык?

— Ну да. Есть еще много разных! Английский там, например, немецкий… А что?

— Странно, а есть ли «общий»?

— Ну, пытались ввести для всех «английский», но не преуспели как-то. Тут я тебя в этом вопросе не сильно просвещу, сам немного знаю. Ты лучше ответь вот на что: как так получилось, что я, говоря на родном языке, использовал слова на кахарском? Знаешь, нет?

— Ментопрограмма.

— Как?

— Ментопрограмма. Это база данных с языком. Ее тебе закачали прямиком в мозг. Сделать это можно либо в медкапсуле, либо используя специальное устройство. Обычно оно в виде обруча, который надевают на голову при изучении. Но при этом методе скорость обучения снижается втрое.

— О как! Это опасно?

— Нет. Единственный побочный эффект — это небольшая путаница некоторых слов в разных языках на начальной стадии, потом проходит. Нужна практика.

— А что, только языки так можно учить?

— Не только. Так учат практически всё. Языки, науки, обучаются управлению техникой, учатся воевать. Быстро, надежно, правильно. Но это дает только знания, на всё нужна практика.

— Понятно. Спасибо, Вась!

— Эта информация не секретна. Пользуйся.

— Ну спасибо. Уважил… Вась, а ты знаешь, из тебя выйдет отличный КГБ-ист!

— Нет информации о «КГБ-изме», но секретная