Похититель луридиума - Бобби Пирс

Толстый железный люк закрылся за ними. Маленькая группа стояла молча, пока фонтанный лифт стремительно опускался все ниже в темноте. Вильям подумал: интересно, насколько глубоко они спустятся? И посмотрел на остальных. Тишина была невыносимой. И решил ее нарушить.

– Что с Искией? – Вильям посмотрел на Гофмана.

– А что с ней? – Гофман ответил вопросом на вопрос.

– Она в опасности?

– Она наверняка вместе с остальными.

Гофман, очевидно, не очень хотел сейчас разговаривать об Искии.

Лифт дернулся, остановился, и стена перед ними отодвинулась.

– Идем! – сказал Гофман, и Лайка прыгнула следом за ним.

Слаппертон пропустил Вильяма вперед. И вскоре они уже быстро шли вперед по длинному коридору без окон и дверей. У Вильяма стучало в ушах. Он попытался сглотнуть, но это не помогло.

Вскоре они остановились перед массивной дверью, похожей на дверь в бомбоубежище. Слаппертон поднес большой палец к сенсору на стене, и дверь открылась.

– Добро пожаловать, профессор Слаппертон, – произнес голос, показавшийся Вильяму знакомым.

– Спасибо, Малин, – ответил Слаппертон и продолжил идти.

– Добро пожаловать в Ультратайный отдел Института, – прошептал Слаппертон. – Сюда.

Вильям огляделся.

Они были окружены машинами на любой вкус. На некоторых висели небольшие плакаты. «Антигенератор», «Сжиматель», «Цейтнот-машина», «Призыватель антиматерии». Вильям прошел за Слаппертоном мимо ржавой бочки на которой было написано «Турбина прошлого» и остановился.

Перед ними появилась новая дверь с надписью: «К вакуумному поезду».

Слаппертон поднял большой палец и приложил к сенсору на стене. Никакой реакции.

– Неспроста это, – произнес он с растущей паникой в голосе.

– Что-то не так? – спросил Гофман.

Слаппертон попробовал другой большой палец. По-прежнему никакой реакции.

– Не работает, – сказал он. – Наверное, кто-то…

И вдруг погас свет. Они стояли в кромешной тьме. Где-то наверху загромыхало.

– Оно внутри, – прошептал Слаппертон. – Сюда, – продолжил он и направил маленький карманный фонарик в темноту.

Профессор рванул красную пожарную дверь. Вильям и другие следовали прямо за ним. Слаппертон посветил вниз, и там обнаружилась узкая лестница. Грохот снова сотряс лестницу. Длинноногий Гофман перепрыгивал по три ступеньки разом. Вильям с трудом успевал за ним.

Когда они спустились вниз, наверху раздался взрыв. Вильям поднял голову и увидел пламя и клубы дыма.

– Скорее! – крикнул Слаппертон и указал на стоящий перед ними вагон поезда.

Вильям огляделся: они стояли на перроне подземной железной дороги.

– Внутрь! – заорал Слаппертон.

Внутри поезд был похож на обычный, с двумя рядами кресел с каждой стороны. Но кресла были, скорее, как те, что установлены в гоночных машинах. С глубокими подголовниками и двойными ремнями безопасности.

– Пристегнитесь как следует! – Слаппертон занял место в самом первом кресле.

В стенку поезда что-то ударило.

– Он прямо снаружи! – закричал Гофман.

Слаппертон одновременно нажал на две красные кнопки и откинулся назад.

– Надеюсь, что сработает, – сказал он и закрыл глаза. – Держитесь крепче, и голову прижмите к подголовникам.

Новый удар по стенке поезда, прямо рядом с Вильямом. Потом послышался мерный гул и высокий звук, их вжало в сиденья. Ускорение было таким, что Вильям не мог пошевелиться.

Через некоторое время давление уменьшилось, и все снова стало нормально. Вильям выпрямился и огляделся.

– Мы перемещаемся? – спросил он.

– Еще как, – ответил Слаппертон. Уже достигли скорости 500 км/ч. Крейсерская скорость будет чуть больше тысячи километров в час.