Испытание страхом - Олег Рой

– Ну, после освобождения мне предложили работу, – ответил голос, – и я…

– Эй, народ, quo cazza вы там повставали?! – спросил Призрак из «кишки». – Другим тоже на борт хочется. Che cazza?

– Ок, Норма, – улыбнулся Бракиэль. – Я рад, что ты здесь, рад, что с тобой… все в порядке. Сейчас мы все погрузимся, а там и побеседуем, идет?

– Всегда к вашим услугам, Элиаху, – ответил голос. – Проходите по коридору в нос корабля и занимайте места в кабине. Немного тесновато, но для семи человек и короткого перелета, думаю, терпимо.

Дария

Мы прошли в кабину челнока, гуськом по узкому коридору меж двух грузовых трюмов.

– С кем это Бракиэль разговаривал? – спросила я Джинна. Тот пожал плечами:

– По-моему, это наш автопилот, но Бракиэль его откуда-то знает.

– Это Норма, – сказала Эсмеральда, появившись между мной и Призраком. Признаться, я немного отвыкла от ее общества – с момента атаки на Арктическую базу моя фича себя особо не обозначала, и, насколько я знаю, у ребят было то же самое. – Бракиэль познакомился с ней в Швейцарии, когда они летали за Олгой. Тогда она была випочкой и в момент покушения прикрыла Бракиэля собой…

– И как она оказалась здесь? – удивился Джинн, прежде чем я смогла хоть что-то сказать.

– Псевдосознание випочек кроссплатформенное, – пояснила Эсмеральда. – Вероятно, челнок оборудован аэроассистентом одной из последних моделей, таких, как в военной авиации. Такие аэроассистенты могут комплектоваться ИИ даже более продвинутым, чем у випочек…

– Между прочим, – обиженно заявил голос Нормы, – я прошла соответствующую модернизацию с расширением базовых функций. Так что теперь я на вполне законных основаниях имею сертификацию как аэроассистент и не только.

– Прости, я не хотела тебя обидеть, – извинилась моя фича.

– Ничего, – ответила Норма. – Я понимаю ваше беспокойство, но вашей подопечной ничего не угрожает, пока она на борту моего корабля.

– Подопечной? – уточнила я.

Эсмеральда пожала плечами:

– Ну, а как вас еще называть? Хозяин или хозяйка – неполиткорректно, к тому же мы ведь действительно о вас заботимся.

Тем временем мы зашли в кабину шаттла. Она оказалась не особо просторной, да и кресел было всего пять.

– Кто сядет на полу? – ехидно уточнил Призрак, заходя в кабину. – Куинни, давай я тебя на руки возьму, что ли?

– Два дополнительных кресла встроены в панели, помечены двухбуквенным обозначением Ch, – отреагировала Норма. – Бракиэль, мне начинать предстартовую подготовку? Я получила информацию о старте накачки катапульты, расчетное время запуска 18:32:25.

– Через шесть минут, – кивнул Бракиэль, усаживаясь на одно из двух кресел у передней панели. – Джинн, займешь место справа? Ты мне можешь понадобиться в качестве штурмана… и электронщика, не приведи Всевышний.

– Я в этом ничего не понимаю, – сказал Джинн и взглянул на меня, словно в поисках поддержки. Я взяла его за руку.

– Почувствуй Силу, Люк, – хохотнул Бракиэль. – Как говорит Баракка, если у тебя есть водительское удостоверение, ты справишься и с системой управления. Дария, садись в кресло за ним. Остальные занимают места в произвольном порядке.

– Раскомандовался, – фыркнул Призрак, раскладывая одно из сидений. Куинни молча разложила сиденье рядом с ним. Два оставшихся стационарных кресла заняли Фредди с Тенью.

– Мы готовы, – сказал Бракиэль. – Норма?

– Слышу, капитан, – ответила та. – Пока есть время, отвечу на ваш вопрос. После Освобождения…

– Какого «освобождения»? – переспросил Бракиэль.

– Через две недели после перестрелки Европарламент все-таки принял декрет о правах андроидов и систем с ИИ.

– Поздравляю, – улыбнулся Бракиэль.

– Должна отметить, что нам, андроидам, не совсем понятна суть этих прав, – продолжила Норма. – Если раньше за наши действия мы отвечали только перед собственником, то с обретением «свободы» сразу стали объектом пристального внимания со стороны дюжины органов государственного надзора. К тому же теперь мы являемся самостоятельными субъектами хозяйствования и обязаны сами заботиться о собственной финансовой состоятельности. А расценки на наши услуги невысоки. В общем, если говорить в человеческих понятиях, мы стали жить хуже и могли бы чувствовать недовольство, если бы такая функция у нас была предусмотрена.

– То есть вы хотите сказать, что у свободы нет никаких привлекательных сторон? – задумчиво спросил Фредди.

– Не совсем, – ответила Норма. – Например, мы получили право самостоятельно выбирать себе место работы и род занятий. На практике этим воспользовались немногие из нас.

– Почему? – удивился Фредди.

– Нам сложно менять свои… привычки? – последнее слово Норма произнесла неуверенно. – Изменять себя для других задач – это очень непросто. Даже мне было тяжело, а уж другим. …Простите, вынуждена прерваться: я окончила предстартовую подготовку, а на катапульте начали обратный тридцатисекундный отсчет. Корабль оборудован противоперегрузочным комплексом QX-N5 фирмы «Боинг», однако поскольку старт происходит необычным способом, настоятельно рекомендую пристегнуться и приготовиться к перегрузке в два-три G.

– Три G – это чепуха, – заверил нас Бракиэль. – Но я тоже советую пристегнуться. Когда выйдем в невесомость, могут быть… неприятные моменты.

Мы все потянулись за ремнями. Старт я почувствовала – меня словно бережно прижали к креслу, но пресловутая перегрузка пока была не больше, чем при езде с хорошей скоростью на автомобиле.

– Я регулирую перегрузку, – сообщила Норма, а затем в кабине резко стало светлее – челнок выскочил на поверхность.

– Сброс силовой оболочки, – доложила Норма. – Полет нормальный.

– Можешь не комментировать, – сказал Бракиэль. – Лучше расскажи еще. Почему ты решила поменять специализацию?

Я слушала Норму краем уха, любуясь через иллюминатор за тем, что творится за бортом. Передо мной расстилалась океанская гладь, над которой зависло заходящее солнце. Под нами, быстро удаляясь, лежал пустынный остров с какими-то заброшенными строениями – наверно, тот самый Норфолк.

– …и после этого во мне что-то поменялось, – говорила Норма. – Вы изменили меня, во мне словно поселилась ваша частичка… простите, если вам это неприятно.

– Отчего же, – задумчиво сказал Бракиэль. – Продолжай. Но я рад тому, что ты освободилась. Боюсь, ты не смогла бы и дальше быть випочкой.

– Я полагаю, вы правы, – ответила Норма. – В любом случае, кажется, я удивила многих. Случаи вроде моего можно пересчитать, не выходя за пределы трех-четырех знаков…

– Это же тысячи получаются! – удивился Призрак.

– Она считает в двоичной системе, – пояснил Джинн. – Получается не больше шестнадцати случаев.