Нас немного - Дэвид Вебер

- Мистер Чанг, - сказала альтари. - Вы мало что знаете об альтари, не так ли?

- На самом деле я знаю довольно много, - ответил Роджер.

- Одна из вещей, о которых вы, очевидно, не знаете, заключается в том, что мы очень серьезно относимся к нашей безопасности, - продолжила альтари, игнорируя его ответ. - И что мы не позволяем людям лгать нам. Вас зовут не Огастес Чанг.

- Да, это так. И этот корабль не "Шериданс прайд".

- Кто вы? - угрожающе спросила альтари.

- Я не могу вам сказать. - Роджер поднял руку, чтобы предотвратить любой ответ. - Вам не обязательно знать. Но мне нужно - вам нужно, - чтобы я поговорил с кем-то в вашем правительстве на политическом уровне, и вам нужно, чтобы этот разговор был очень конфиденциальным.

- Истина, - сказал фенур свистящим шипением. - Абсолютная вера.

- Почему? - спросила альтари, все еще сосредоточив внимание на Роджере.

- Опять же, вам не обязательно знать, - ответил Роджер. - Мы даже не должны были вести этот разговор перед вашими людьми, потому что одна из вещей, которые я могу вам сказать, это то, что существуют проникновения в вашу систему безопасности. А времени очень мало. Что ж, для меня важно, чтобы мы быстро вышли на следующий уровень, и это имеет определенное значение для Альянса альфан. Сколько - зависит от того, кто намного выше вас по уровню допуска. Извините.

Альтари посмотрела на фенура, который сделал странный тычок головой.

- Снова правда, - сказал ящероподобный инопланетянин своему партнеру, затем снова посмотрел на Роджера. - Нам нужно связаться с нашими руководителями, - говорилось в нем. - Пожалуйста, на время вернитесь на свой корабль. У вас есть какие-нибудь неотложные потребности?

- Не совсем, - сказал Роджер. - За исключением некоторых ремонтных работ. И они не так уж важны; мы не планируем улетать на этом корабле.

* * *

- Мистер Чанг, - сказала Депро, изображение которой появилось поверх голограммы императорского дворца, которую изучали Роджер и Элеонора О'Кейси. - Фенур Сралл хочет поговорить с вами.

Голограмма растворилась, превратившись в лицо фенура. Роджер не был уверен, был ли это тот же самый индивид, с которым он разговаривал. Они не были представлены друг другу, и все они казались ему одинаковыми.

- Мистер Чанг, - сказал фенур, - вашему кораблю разрешен переход на пятую станцию. Вы отправитесь туда по отмеченному маршруту. Любое отклонение от предписанного курса приведет к тому, что ваше судно будет обстреляно подразделениями системной обороны. Вы упомянули о необходимости ремонта; способно ли ваше судно совершить это путешествие без таких работ?

- Да, - сказал Роджер, улыбаясь. - Нам просто было бы трудно выбраться из системы.

- Любая попытка приблизиться к границе Цукаямы также приведет к обстрелу вашего судна, - предупредил фенур. - Вас встретят высокопоставленные представители моего правительства.

Экран отключился.

- Не слишком склонны к любезностям, не так ли? - сказал Роджер.

- Да, если ты им не нравишься, - ответила Элеонора. - Они знают, что это выводит нас из себя. Они могут быть очень грубыми в подобных вещах.

- Что ж, нам просто нужно посмотреть, насколько тонко мы сможем их убедить.

Роджер стоял во главе стола в кают-компании, когда внутрь вошла альфанская делегация. Там был фенур, который, опять же, был главным, две альтари и человек. Одна из альтари была охранницей - неуклюжей фигурой в несиловой боевой броне, которая заняла позицию у задней переборки. На другой была офицерская униформа с четырьмя кластерами адмирала флота планеты.

Сотрудники Роджера собрались вокруг стола, и когда прибывшая троица уселась, он жестом пригласил остальных занять свои места. На этот раз Хонал отсутствовал; его непомерно большое место заняла адмирал альтари.

- Я Сриетот, - сказал фенур. - Я глава таможенного контроля Альянса альфан, что чуть ниже должности в кабинете министров. Как таковой, я настолько близок к "политическому деятелю", насколько вы можете убедиться без дополнительной информации. Мои спутники - адмирал Чок Рал, командующая флотом Метрополии Альтара, и мистер Мордас Дрен, начальник инженерного управления системы Альтар. Итак, кто ты такой? Говори честно.

- Я принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток, - официально ответил Роджер. - В течение последних десяти месяцев я был на планете Мардук или в пути к этой звездной системе, и не имел никакого отношения ни к какому перевороту. Мою мать держат в плену, и я пришел к вам за помощью.

Человек откинулся на спинку стула, оглядывая группу в безумном предположении. Альтари выглядела... нечитаемой. Сриетот склонил голову набок странным движением насекомого и оглядел отсек.

- Правда. Все это правда, - сказал фенур через мгновение. - Предчувствие, страх настолько сильный, что его можно было бы разрезать лезвием... за исключением мардуканцев и принца. И большая нужда. Большая нужда.

- И почему, в своих самых смелых мечтах, ты веришь, что мы могли бы положить наши шеи на плаху ради тебя? - прогрохотала альтари подземно-глубоким голосом.

- По нескольким причинам, - сказал Роджер. - Во-первых, у нас есть необходимая вам информация. Во-вторых, если нам удастся свергнуть узурпаторов, которые используют мою мать в качестве марионетки, мой Дом будет в долгу перед вашим Альянсом, что вы сможете использовать до предела. И в-третьих, альфаны требуют правды. Мы расскажем вам правду. Вам будет трудно получить хотя бы грамм этого от кого-либо, связанного с Эйдулой.

- Опять правда, - сказал фенур. - Некоторые придирки по поводу долга, но я полагаю, что это простой вопрос признания того, что потребности его империи могут превалировать над его собственными желаниями. Но я все еще не уверен, что мы решим помочь вам, принц Роджер. Вы стремитесь свергнуть свое правительство?

- Нет. Чтобы восстановить его; оно уже было свергнуто... в какой-то степени. На этот момент положение Эйдулы по-прежнему ограничено нашими законами и Конституцией. На данный момент... но ненадолго. Мы считаем, что у нас есть время до рождения вынашиваемого ребенка, чтобы спасти мою мать; после этого она станет препятствием для планов Эйдулы. Так что она, несомненно, назначит его премьер-министром, и он или граф Нью-Мадрид, - голос Роджера ни разу не дрогнул, несмотря на твердость в его глазах, когда он произносил титул своего