Замок Сен-Мар - Александра Торн

– Мне этого не понять, – покачала головой мисс Шеридан. – Но допустим, урон репутации. И что?

«Барон стоит во главе местной аристократии и сразу же лишится позиции лидера».

«Ну да, – с насмешкой добавил Джеймс. – Откуда им знать, насколько безродным был этот подкидыш».

«А кроме того, у барона Сен-Мара, который усыновил ребенка, насколько я помню, был брат. И его дети теперь смогут опротестовать наследование приемышем имений и денег старого барона. Таков один из древних законов Эксавеля – приемные дети, как и их потомки, не наследуют прежде живых кровных родственников».

– Какая-то дикость, – поморщилась Маргарет.

«Почему дикость? Представьте, какой это куш, – сказал Джеймс. – Именно поэтому барон и отправился за усыновлением в другую страну и тщательно это все скрывал. Уверен, что мой внук скорее удавится, чем позволит просочиться хоть капле этих сведений в мир».

«Шантаж, в общем, старая добрая тактика, – заключил Энджел. – В обмен на выписку из книги и молчание бартолемиты потребуют у барона его бастарда».

– Но пока не потребовали. Интересно почему, – нахмурилась Маргарет и тут же вздохнула. Господи, ну почему все так сложно, почему все время какие-то препятствия!

Энджел ласково коснулся ее, и девушка закрыла глаза. Она так хотела наконец притронуться к нему по-настоящему! Она так скучала… Энджел обнял ее, но она хотела настоящих объятий, она хотела взять его за руку, увидеть его глаза, его лицо, поцеловать – не мысленно, а просто так, как все люди целуют тех, кого любят…

«Маргарет, – мягко сказал Джеймс, – вам же не обязательно отказываться. Я могу подождать».

«Нет, – ответил Энджел, – это несправедливо. Если вы можете подождать, то подожду и я».

Джеймс деликатно отстранился от них. Какое-то смутное ощущение побеспокоило Маргарет, и бывший консультант тут же насторожился. Как и любые чародеи, они защищали даже свои временные жилища, и сейчас снаружи происходило что-то, задевающее тончайшие нити чар, которыми Энджел окружил отель.

«К гостинице приближаются бартолемиты, шесть штук, – сказал Джеймс. – Маргарет, если вы передадите мне контроль, я разберусь».

– Я могу…

«Если вам нужно побыть вдвоем», – добавил Джеймс, и мисс Шеридан сдалась.

Как всегда, ее сознание на миг помутилось, а потом в тело вселился новый жилец. Девушка прильнула к Энджелу; реальность ускользнула, оставив их наедине, там, где мир не мог их потревожить: душам не нужны слова, чтобы разделить чувства на двоих.

Джеймс, затаив свою горечь, сбросил шаль, застегнул вокруг тонкой талии ремень, к которому крепились две кобуры с револьверами «Мур» и «Мяу» (черт подери!), и надел широкополую шляпу, потому что, несмотря на зиму, в Ла Мадрине сияло солнце. Он быстро спустился по лестнице, пересек зал, двор и вошел в конюшню, где Файза приветствовала его веселым ржанием.

Джеймс потрепал прекрасное создание по холке, оседлал, взнуздал и вывел на улицу. Там, убедившись, что его увидели, он вскочил в седло, чем изрядно шокировал окружающих – поскольку Маргарет была одета в широкие шаровары, скрытые юбкой с разрезом, который распахнулся, как только Джеймс оказался в седле. А к такому разврату эсмеранская общественность была не готова. Под возмущенные возгласы Джеймс пустил кобылку галопом и помчался по улицам прочь от отеля. Он направлялся к пустырю около дороги, что вела к островку тафиров. В конце концов, обычные люди не должны пострадать.

Файза, которой прискучила конюшня, неслась как маленький вихрь, и Джеймс сдернул шляпу, подставив лицо ветру. Бартолемиты погнались за ним без раздумий – хотя Джеймс с гордостью отметил, что их уже шестеро. Видимо, глава Ордена все больше и больше уважал мисс Шеридан как противника, чему определенно способствовало откусывание руки.

Файза промчалась мимо скромных ремесленных кварталов и вырвалась на пустынную в этот час дорогу – кто же из разумных эсмеранцев куда-то направится в разгар полуденной жары. За спиной Джеймса слышался грохот копыт и вился шлейф пыли, которые поднимали шестеро всадников, безуспешно пытающихся догнать тафирскую кобылку.

– Давай, детка! – крикнул Редферн, вздрогнув от звука девичьего голоса. Никак к этому не привыкнуть!

На дорогу впереди бросала тень купа чахлых деревьев, едва выживающих под солнцем Ла Мадрины и соленым ветром с моря. Джеймс направил Файзу туда, спрыгнул наземь, накинул узду на ветку дерева и очертил лошадку защитным кругом. А потом прислонился к дереву и надел шляпу, чтобы солнце не светило в глаза, пока он подкарауливал бартолемитов. Цепь слабо зазвенела в висках в предвкушении драки.

Адепты Ордена не заставили себя ждать – шестеро всадников окружили Джеймса и даже не удосужились спешиться. Впрочем, это могла быть и разумная предосторожность – если та, кого они называли «миледи», окажется слишком не в настроении, чтобы брать пленных.

– С того, кто тронет лошадь, я живьем сдеру шкуру, – сказал Джеймс; Цепь невидимыми кольцами свилась вокруг. – А теперь, господа, атакуйте. – Он оскалился. – Можете даже не по одному!

* * *

– Где это мы? – прошептала мисс Уикхем.

«Вот почему нужно сначала проводить разведку, а потом уже лезть в чужие порталы», – с досадой подумал Диего и принюхался. Не видно было ни зги: даже оборотень в полной темноте едва различал очертания каких-то коробов или ящиков. Пахло сушеными травами, фруктами и ягодами, и этот крепкий, густой аромат почти полностью забивал человеческий запах. Однако люди тут были – и притом совсем недавно.

– Похоже на склад, – пробормотал Уикхем. – Здесь ящики с сушеными фруктами. Может, мы в подсобке магазина?

– Никого нет, – разочарованно фыркнула Диана. – Ну что, я дам свет?

Диего вытащил револьвер одной рукой, на другой выпустил когти и сказал:

– Давай.

– Lumia!

К потолку взмыл светящийся золотистый шарик и озарил нежным светом тесный склад, забитый коробками. Ни единого следа человеческого присутствия – кроме запаха людей и озоновой вони магии. Диего насторожил уши.

– Слышишь? – спросил он. – Это похоже на звуки порта.

– Ладно. Пойдем посмотрим, куда это нас занесло.

Выбраться из склада с помощью магии не составило особого труда, причем мало кто обратил на них внимание: вокруг кипела жизнь, одни корабли выгружались, другие загружались, так что до Уикхемов никому не было дела.

– Да это же Виллер! – вскричала Диана. – Это виллерский порт!

– Да, – сказал Диего, прочитав табличку над дверью склада. – А это здание и товары в нем принадлежат компании «Моррель и сыновья».

Девушка несколько растерянно уставилась на табличку.

– Конкуренты барона, – добавил Диего. – Хотя, может, и совпадение.

– А может, и нет. Ты запомнил запахи?

– Смутно. Там слишком сильно воняло фруктами.

– Ладно, все равно надо с чего-то начинать. Давай выберемся отсюда к набережной и там возьмем кеб, или что у них тут вместо них, и попросим отвезти нас в контору «Моррель и сыновья». А там посмотрим.

По крайней мере, первая часть плана мисс Уикхем прошла как по маслу: извозчик доставил их в респектабельный квартал, где располагались конторы богатых торговцев, судовладельцев и прочих уважаемых горожан, дающих работу тем, кто не был столь уважаем. По дороге к «Моррелю и сыновьям» Уикхемы миновали контору Сен-Мара, которая отличалась от конкурентов тем, что щеголяла баронской короной на вывеске.

К некоторому удивлению оборотня, несмотря на то, что был полдень и рабочий день еще в самом разгаре, владелец конторы стоял у двери, нарядно одетый и в компании двух молодых людей, весьма на него похожих. Одному было около двадцати пяти, другому – едва двадцать. Диана взяла брата под руку и направилась к Моррелям, делая вид, что прогуливается. Диего принюхивался, изо всех сил напрягая обоняние. От