Первенцы - Дарья Чернышова

Когда зрители собрались, мужчина выпрямился во весь высокий рост, развел мускулистыми руками и провозгласил:

– Приветствую вас, жители и гости великой Столицы!

Его голос прозвучал на удивление молодо для такой внешности. Толпа притихла, перешептываясь: «Началось, ну-ка, началось!» Итке и Гашеку повезло оказаться в первых рядах: за их спинами кто-то активно толкался, чтобы пробиться поближе к «сцене». Мужчина – похоже, лидер труппы – жестом поблагодарил собравшихся и объявил:

– Мы, скромные бродячие артисты, покажем вам чудеса, подсмотренные в самых разных концах света! Встречайте: перед вами Десятирукий!

С этими словами он указал на белый шатер, откуда вышел, кусая зеленое яблоко, совсем молодой парнишка. Толпа тихонько зароптала: «Как так? У него всего две руки!»

Юноша обвел зрителей хитрым, внимательным взглядом и – Итка могла в этом поклясться – подмигнул ей. Потом подбросил надкусанное яблоко, ловко вынул из карманов куртки еще два и вдруг заставил их кувыркаться в воздухе, догоняя друг друга. Скоморох жонглировал так искусно, что казалось, он вовсе ни к чему не прикасается.

– Вот бы так научиться, – шепнула Итка.

– Э-э… – протянул увлеченный зрелищем Гашек. – Зачем?..

Вдруг с задних рядов в Десятирукого бросили еще одно яблоко: тот совсем не растерялся и, поймав его на лету, легко присоединил к удивительному воздушному танцу. Затем из ниоткуда взялось пятое яблоко – скоморох стал подбрасывать все по очереди на разной высоте, пока кто-то не засвистел от восторга. Толпа одобрительно загудела; юноша, повернувшись вокруг себя, поймал яблоки, коротко поклонился и, пятясь, скрылся в белом шатре.

– Теперь, дорогие зрители, глядите в оба: это Мастер Иллюзий! – представил главный следующего артиста.

Из шатра вышел самый настоящий великан: Итка вполне могла представить его с секирой в руках, сокрушающего одним ударом всех врагов. Однако он, протянув к толпе огромные раскрытые ладони, продемонстрировал, что в каждой из них лежит по серебряной монете. Затем великан сжал кулаки, сделал несколько резких движений и снова показал ладони – пустые!

Итка нахмурилась, не поверив своим глазам.

Гигант взмахнул руками, и толпа ахнула: исчезнувшие монеты вернулись на места. Он повторил это несколько раз, все время как-то по-новому, и Итка окончательно запуталась. Когда Мастер Иллюзий откланялся и ушел обратно в шатер, лидер бродячей труппы поднял над головой кувшин.

– Узрите, жители и гости великой Столицы, укрощение стихии огня!

Мужчина вылил все на тлеющие в жаровне угли: пламя устремилось в небо, а солнце вдруг скрылось за тяжелыми тучами, словно побоялось обжечься.

Перед зрителями снова возник «Десятирукий» юноша с тремя небольшими факелами, которые один за другим поджег от жаровни. Сперва он просто жонглировал ими – так же, как яблоками, – и это выглядело, конечно, опасно, но как-то не слишком впечатляло. А затем, поймав факелы и воткнув все, кроме одного, в землю – вокруг него образовалось огненное кольцо, – юноша проглотил горящую паклю.

Итка вскрикнула от неожиданности. Толпа замерла. Десятирукий вынул факел изо рта и вдруг выдохнул целый поток алого пламени.

Зрители в испуге отпрянули, но, когда юноша с улыбкой исполнил поклон, захлопали в ладоши и даже засвистели.

В это время главный вынес из шатра причудливо сплетенные в форме колеса ветки, местами обмотанные веревкой, и зажег их с помощью торчащих из земли факелов. Потом передал Десятирукому – возникло второе огненное кольцо, которое быстро-быстро закрутилось в воздухе. Языки пламени, казалось, исполняли обрядовый танец и собирались сорваться, пуститься в неистовый пляс, увлекая за собой все и вся. Завороженная Итка забывала дышать.

– Как красиво! – восторженно произнесла она, обращаясь к Гашеку.

Он не ответил. Она повернулась и поняла, что вообще не видит его в толпе.

– Спасибо вам, дорогие зрители! – поблагодарил главный: выступление кончилось, и Десятирукий снова исчез. – Для тех, кому на сегодня не хватило чудес, открыт наш черный шатер: провидица за небольшую плату предскажет вашу судьбу! А пока поддержите бродячих артистов чеканной монетой!

И он пошел собирать пожертвования в огромное медное блюдо.

Толпа зашумела, перемешалась: Итка, безуспешно пытаясь защититься от ударов острых локтей, сама не поняла, как оказалась у загадочного шатра. Сильная рука толкнула ее внутрь: «Давай, шевелись! Здесь очередь!» На мгновение Итка будто ослепла, но во мраке загорелись ароматные свечи.

– Садись, – произнес таинственный женский голос из глубин шатра.

Она разглядела, наконец, маленький круглый стол, над которым тасовала карты провидица. Итка с опаской к ней подошла и присела на предложенный пенек.

– Сколько я буду должна?

Из-под черного капюшона показывалась только нижняя часть лица провидицы. Женщина улыбнулась, протянула Итке колоду и велела:

– Снимай.

Подумав, Итка сдвинула пальцем половину карт. Убрав их из колоды, провидица снова перетасовала оставшиеся.

– Так сколько… – хотела уточнить Итка, но женщина приложила палец к губам.

– Спрашивай, – наконец велела она.

Итка к этому не готовилась, поэтому ненадолго в шатре воцарилась тишина. Казалось, уличные звуки застревают в черном полотне.

– Я ищу своего отца, – решилась Итка. – Что мне надо делать?

Женщина кивнула. Выложив на стол три верхние карты – Итка не могла разглядеть, что на них изображено, – она некоторое время рассматривала их, прежде чем сказала:

– Смотреть. Слушать. Сомневаться.

И указала пальцем на выход из шатра. Итка совсем перестала понимать, что происходит.

– Но я… Что значит… А как же плата?..

Провидица вдруг встала из-за стола, подошла к Итке, приобняла ее за плечи и вытолкнула наружу. Перед ней, поначалу зажмурившейся от ударившего в лицо света, вдруг вырос взволнованный Гашек.

– Ты куда пропала? Идем. Я видел, где тут можно снять комнату. Тяжеловато все на себе таскать.

Итка пошла за ним и услышала, как позади нее страшно возмутилась очередь, но не успела посмотреть, в чем дело – Гашек уже утащил за угол. Они дошагали до конца длинной-предлинной улицы, по пути едва не облитые сверху донизу содержимым ночного горшка, и подошли к крыльцу скромного постоялого дворика.

– Здесь, – сообщил и без того очевидную вещь Гашек.

Итка решила, что город ему не на пользу.

Дверь гостиницы распахнулась. Едва держась на ногах, оттуда вывалился мертвецки пьяный человек.

– Опа, – констатировал он, заметив подошедших, и завел руку за спину.

Итка забеспокоилась, не зная еще, почему именно, и тут же получила ответ – человек вынул из-за пояса длинный нож.

Они с Гашеком, не сговариваясь, развернулись. Там, откуда они пришли, показалась одинокая фигура. Пьяница, отрыгнув, заорал так, что его услышали бы и на вершине